Читать онлайн «Владимир Путин: «Немец» в Кремле». Страница 70

Круг лиц, введенных Путиным в Кремль и Белый дом, не ограничился только этой троицей. Премьер-министру удалось достаточно быстро расставить по ключевым постам лояльных ему людей из числа друзей и бывших сослуживцев. Преемником Бородина стал сорокаоднолетний предприниматель из Санкт-Петербурга Владимир Кожин, в период перестройки работавший в Германии, а затем руководивший северо-западным отделением Федеральной службы по валютно-экономическому контролю. Впоследствии он возглавил это государственное учреждение. За недолгое время пребывания в должности генерального директора Санкт-петербургского объединения совместных предприятий Кожин помог Путину установить контакты со многими иностранными бизнесменами. Еще один «германист», тридцатитрехлетний Игорь Щеголев встал во главе кремлевской пресс-службы. Двенадцать лет назад он учился в Лейпцигском университете. Путин тогда служил в представительстве КГБ в Дрездене. Наконец, пост руководителя аппарата правительства занял Дмитрий Козак. Он также закончил соответствующий факультет Ленинградского университета, работал в прокуратуре, возглавлял правовое управление мэрии и руководил собственной юридической фирмой. Вообще, перечень бывших сослуживцев Путина, ныне занявших видные посты во властных структурах, можно продолжать до бесконечности. К ним принадлежат уже упоминавшиеся секретарь Совета безопасности Сергей Иванов и пользующийся безграничным доверием Путина директор ФСБ Николай Патрушев. Наряду с Виктором Ивановым нынешний руководитель ведущей российской спецслужбы также пользуется репутацией специалиста высшего класса по борьбе с экономической преступностью. На Лубянке они последовательно возглавляли Управление контрразведки. Естественно, сразу же возникает вопрос: не являются ли эти назначения первыми признаками будущей крупномасштабной кампании по искоренению коррупции в высших эшелонах власти?

Частичное обновление кадрового состава в верхнем слое правящей элиты за счет бывших офицеров Ленинградского управления КГБ и предпринимателей, впервые заявивших о себе во времена перестройки и, несомненно, тесно сотрудничавших с органами государственной безопасности, как нельзя лучше характеризует управленческий стиль Путина. Очевидно, он полностью доверяет только людям своей профессии или давним знакомым. Отличительными чертами новых представителей российского политического истеблишмента являются относительно молодой возраст, служба в КГБ и, по всей видимости, любовь к армейской дисциплине. Не следует также забывать о том, что многие из них — способные менеджеры, накопившие богатый опыт общения с западными бизнесменами и умеющие находить с ними общий язык. С их помощью Путин незаметно для окружающих упрочил свою власть. Они получили прямой доступ к президенту и сделались его ближайшими советниками, взяв под контроль все стадии подготовки различными инстанциями любых инициатив в политической и экономических областях. Но их ни в коем случае нельзя отождествлять с Татьяной Дьяченко, тоже имевшей официальный статус советника, но использовавшей свое положение для «проталкивания» нужных ей и ее окружению решений и зачастую своими действиями вносившей разлад в работу государственных учреждений.

Тех, кто полагал, что Путин немедленно объявит войну олигархам, ожидало горькое разочарование. Но они не учитывали густоту сплетенной «семьей» паутины политико-экономических связей. Для ее разрыва необходимо было выстроить собственную нишу внутри существующей системы власти. Поэтому члены прокремлевской олигархической группировки смогли в полной мере воспользоваться «плодами победы». За весомый вклад в подрыв политических позиций оппонентов Кремля Березовский и Абрамович, уже прибравшие к рукам нефтяную промышленность Западной Сибири, получили возможность ухватить в процессе приватизации еще один жирный кусок и завладеть расположенными там же алюминиевыми заводами. Фактически под их контроль перешли 70% мощностей этой стратегически важной сырьевой отрасли. Еще в ноябре Путин с негодованием отверг помощь, предложенную ему «великим комбинатором» и «главным финансистом „семьи“». Он назвал ее «троянским конем» и добавил знаменательную фразу: «Бойтесь данайцев, дары приносящих». Тем не менее после декабрьских выборов в России начался новый этап передела собственности. В марте 2000 года Березовский выступал с докладом в Берлине. На вопрос, почему власти позволили ему стать монополистом и считает ли он такое положение вещей справедливым, один из столпов российского бизнеса ответил: «Мы живем в мире глобализации. Объединяется все и вся, даже „Даймлер“ и „Крайслер“, „Дойче банк“ и „Дрезденер банк“. Консолидированный российский капитал подыскал себе нового директора-распорядителя — вот в чем, на мой взгляд, смысл избрания Путина».

Тем временем исполняющий обязанности главы государства целиком сосредоточился на подготовке к выборам. Для убедительной победы в первом туре, позволяющей с полным основанием говорить о всенародной поддержке Путина, требовалось заранее вывести из игры Зюганова и Примакова, вместе с ним входивших в тройку наиболее популярных политиков. Сперва «кремлевская гвардия» предприняла ряд тактических шагов, нацеленных на углубления раскола в довольно разношерстном лагере левой оппозиции. «Справа» ситуация складывалась в пользу правящих кругов. Лидеры «Союза правых сил» после первоначальных колебаний дружно выразили поддержку реформаторским планам Путина. Собственно говоря, ничего другого им не оставалось. Этот блок слишком зависел от его финансовой и информационной поддержки. Напротив, коммунисты, несмотря на провал проекта единого предвыборного альянса «коммуно-националистической» направленности и наметившуюся тенденцию распада некогда монолитных рядов КПРФ, по-прежнему оставались главной оппозиционной силой, с которой приходилось считаться. Поэтому в январе 2000 года «закулисным торгом» занимались уже во время распределения портфелей председателей важнейших парламентских комитетов. К немалому удивлению демократов, депутаты от «Единства» договорились за их спиной с коммунистами. В итоге важнейшие думские комитеты возглавили представители проправительственной фракции, КПРФ и группы «Народный депутат». Кремлевской команде удалось не только удовлетворить избирателей, голосовавших за партию Зюганова, но и не допустить избрания Примакова спикером нижней палаты. Таким образом, еще более четко обозначилась перспектива его отказа от участия в президентских выборах.

Демократы пали жертвами циничного расчета. В качестве компенсации им предложили посты председателей второстепенных комитетов. В знак протеста члены фракций «Отечество», «Союз правых сил» и «Яблока» в полном составе покинули зал заседаний. Однако они недолго испытывали терпение власть предержащих. Поразмыслив немного, Кириенко первым из демократов решил смириться с сокрушительным поражением и пойти на попятную. Через какое-то время к аналогичному выводу пришли также парламентарии остальных двух фракций. Большинство из них так и не поняло тактики Путина. На самом деле будущий президент, скорее всего, просто в очередной раз демонстрировал силу. В Кремле сочли нужным, не отказываясь от стратегической концепции реформирования экономики и государственного устройства, заключить с коммунистами «временное перемирие». В новом политическом раскладе либералам, вопреки их ожиданиям, отводилось довольно скромное место.