Читать онлайн «Княгиня грез. История голливудской актрисы, взошедшей на трон». Страница 134

Gratia Patricia Principis Rainierii III UXOR.

Под этой плитой вполне могли бы покоиться мощи средневековой святой. Грейс никогда не предавала свою мечту. Славу она заслужила сполна.

Я ни в коем случае не являюсь первым биографом Грейс. Мне повезло, что я смог воспользоваться материалом, собранным другими авторами, и их открытиями, и я должен начать с благодарности им за это. Их книги и статьи, а также отклики на них вошли в мое повествование.

После гибели и похорон Грейс Гвен Робинс добавила заключительную главу к написанной ею биографии, которая затем была переиздана в считанные недели под заглавием «Княгиня Грейс. 1929–1982». Это посмертное издание было столь же теплым и восторженным, как и его первоначальный вариант. Автор не стала менять тех страниц, что были изъяты ею по просьбе Грейс. Однако Каролина сочла поспешную публикацию книги оскорбительной по отношению к ее недавно ушедшей из жизни матери и написала автору все, что думает по этому поводу.

По всей видимости, Каролина плохо представляла себе, что вообще можно написать о ее матери. Вскоре она это узнала. Летом 1983 года журнал «Пипл» поручил Линде Макс провести небольшое исследование и подготовить обстоятельный материал на тему «Грейс Келли из Филадельфии», который был затем опубликован в годовщину гибели Грейс. После двух с половиной десятилетий тщательно отредактированных интервью и статей, это стало первой серьезной попыткой взглянуть, что же в действительности находится под ликом иконы. Вслед за ней последовали все новые и новые попытки. Дальнейшие разоблачения и глубокий психологический анализ содержался в последних биографиях княгини — таких, как «Княгиня Грейс» Сары Брэдфорд и «Грейс Монакская» Стивена Энглунда, которые вышли едва ли не наперегонки друг с другом в начале лета 1984 года. В 1983 году «Даблдей» поручил лос-анджелесскому автору Джеймсу Спада составить альбом памятных фотографий Грейс Келли. Так получилось, что, занимаясь поиском свежих источников для подписей к ним, Спада откопал Дона Ричардсона и вытащил на свет божий историю его романа с Грейс. Заручившись от родных и друзей Грейс (в особенности от ее сестры Лизанны) подтверждением этой истории, Спада оставил идею фотоальбома и занялся написанием полномасштабной биографии «Грейс, или Тайная жизнь княгини», которая была опубликована в 1987 году.

Откровения Спада стали на тот момент самым смелым отступлением от традиционного образа Грейс, и именно они подсказали Ренье идею оказать специальное содействие двум другим авторам, которые были друзьями семьи и которые, как он надеялся, воссоздадут совершенно противоположную картину. Князь и трое его детей тесно и откровенно сотрудничали с американским автором Джефри Робинсоном и с Джуди Куин — бывшей подневестницей Грейс.

Вышедшая в свет в 1989 году книга Робинсона «Ренье и Грейс» явилась беззастенчивой попыткой представить историю жизни актрисы с точки зрения Гримальди, и что примечательно: разошлась она куда хуже, чем книга Спады. Имелись все основания предполагать, что опус, вышедший из-под пера Джудит Балабан Куин, — «Подневестницы. Грейс Келли, княгиня Монакская и шесть ее ближайших подружек» — получится столь же хвалебным; однако Джуди Куин оказалась верна памяти Грейс и, к тому же, прекрасно помнила перепады настроения Ренье, вспышки злобы и раздражительности, которые и описала со всей откровенностью. Ее книга тотчас стала бестселлером.

Размышляя по поводу плодов своего сотрудничества с Джуди Куин и Джефри Робинсоном, князь Ренье (если верить Наде Лакост, которая была его пресс-секретарем на протяжении более двадцати лет) пришел к заключению, что независимо от того, помогал он биографам или нет, результат неизменно оказывается не в его пользу. Их книги либо предавали его и становились бестселлерами, либо отражали его точку зрения и были никому не нужны. Разговаривая со мной по телефону 30 июля 1992 года, Мисс Лакост вежливо и обстоятельно объяснила мне, почему мне не стоит ожидать от княжеской семьи какого-либо содействия в подготовке моей книги. Так оно и вышло.

Принц Альбер выразил наиболее искреннее и учтивое сожаление. Он даже лично подписал письмо. Стефания ответила отказом через своего личного секретаря. Каролина также ответила через помощника: «В нашей семье не принято давать одобрение проектам подобного рода, и мы бы просили Вас проследить за тем, чтобы ни в самой книге, ни в рекламных публикациях не присутствовали какие бы то ни было упоминания или ссылки на авторизацию со стороны княжеской семьи либо представителей их пресс-службы».

Я счастлив заверить, что это действительно так: моя книга не была авторизована семейством Гримальди и уж тем более — князем Ренье, который отвечал неизменным отказом на просьбы об интервью. Однако я благодарен тем из его друзей, кто дал мне на это согласие.

Я также благодарен полученной возможности встретиться и побеседовать с рядом авторов, на чьих работах основывается моя книга. То, что я многим обязан Гвен Робинс, явствует из самого текста. Сари Брэдфорд и Джеймс Спада щедро поделились со мной своими воспоминаниями и тем самым оказали мне неоценимую услугу в сборе материала. Линда Маркс предоставила мне часть собранных ею материалов, и хотя Джефри Робинсон, мой старый знакомый, не видел смысла в создании новых биографий Грейс, он высказал свое мнение с присущим ему остроумием и шармом.

Филадельфия стала базой моих исследований, касающихся юных лет и воспитания Грейс, и я благодарен многим людям, оказавшим мне помощь.

Благодаря Аллану Вуду для меня открылись в Филадельфии многие двери; он был моим неутомимым спутником во время моих поездок туда. Шарлотта Тейер была безупречной хозяйкой и скрашивала долгие часы. Дж. Пермар Ричардс представил меня членам «Лодочного ряда» и Талли Вогану, который брал меня вместе с собой и своими гребцами на реку Скукл, а также стал отличным гидом во время гонок на приз «Бриллиантовые весла» в Хенли.

Роберт Корт и Розали Сверлин гостеприимно предоставили мне кров. Дональд Спото был моим гидом, наставником и другом, а путешествовать вместе с Джин Хауард вверх по каньону Колдуотер было сущим удовольствием.

Монако стало для меня крепким орешком. Здесь полным-полно брошюр о жизни княжества, однако, как и в любом другом авторитарном обществе, добыть здесь правдивую информацию — вещь не из легких. Здесь не принято обсуждать важные дела по телефону, и меня не раз предупреждали об этом, когда я звонил в Монако — в цивилизованную, на первый взгляд, западную страну. И поэтому я тем более благодарен тем жителям княжества, которые во время моих визитов любезно предоставляли мне информацию и кров.