Читать онлайн «Миллиардеры. История крупнейших финансовых династий». Страница 74

В сороковых годах XIX столетия началась массовая эмиграция из Европы в Америку. Хотя это звучит неправдоподобно, она стала для Астора новым источником прибылей. Дело в том, что значительная часть эмигрантов оседала именно в Нью-Йорке: за десять лет (1840-1850) число жителей города увеличилось с 300 тысяч до 500 тысяч человек. Эмигранты искали работу и жилье. Надо было строить новые дома. И тут на их горизонте появился вездесущий Астор – владелец свободных земельных участков. Он не соглашался продавать их, подписывая договоры лишь на сдачу в аренду (как правило, на двадцать один год). Он оказался прав: стоимость земельных участков в Нью-Йорке росла молниеносно, особенно в связи с наплывом эмигрантов.

В 1848 году, перед смертью (Джону Джекобу Астору было тогда восемьдесят четыре года), он считался богатейшим человеком в Америке. Его наследники получили состояние порядка 20 миллионов долларов, что вызвало всеобщую сенсацию. Слово «миллионер» только рождалось, и американцы еще не привыкли к тому, что на свете могут быть такие состояния. Газета «Нью-Йорк джорнел» писала, что такие суммы «выходят за рамки нашего воображения». Джеймс Гордон Беннет, редактор и владелец «Нью-Йорк трибюн» (его сын прославился тем, что финансировал экспедиции Стэнли в Африку), писал после смерти Джона Д. Астора:

«Мы публикуем на своих страницах копию одного из крупнейших документов нашего времени – завещание Джона Джекоба Астора. Он оставил своим наследникам из первого, второго, третьего и четвертого поколений наследство на общую сумму 20 миллионов долларов. Если бы мы были в дружеских отношениях с Джоном Джекобом Астором, то прежде всего постарались бы убедить его в том, что половина этого огромного состояния, по меньшей мере 10 миллионов, принадлежит жителям города Нью-Йорка.

В последние пятьдесят лет жизни Джона Джекоба Астора его собственность увеличилась, а стоимость ее возросла в два раза… Фермы и городские участки, которые он приобрел сорок, двадцать, десять или пять лет назад, стали дороже исключительно благодаря трудолюбию граждан Нью-Йорка. Очевидно, как дважды два четыре, что половина огромного наследства Астора увеличилась благодаря усилиям его сограждан».

Джон Джекоб Астор был тогда уже покойником и не мог прочитать этих волнующих и наивных выводов. Но если бы он даже прочел их, то, видимо, только усмехнулся бы по такому поводу: он был слишком циничен, чтобы расчувствоваться. Во всяком случае, его сын Уильям Б. Астор, который унаследовал большую часть состояния отца, вовсе не обратил внимания на выводы известного журналиста и немедленно приступил к увеличению полученного наследства.

Перед смертью отца Уильяму Астору было пятьдесят шесть лет. Его собственный капитал оценивался в 5 миллионов долларов. После отца он стал председателем правления «Америкэн фюр компани» и по примеру старого Астора занялся продажей недвижимости. Унаследованное состояние помогло ему начать новую экспансию в этой области. Используя те же методы, он ко дню своей смерти в 1875 году был владельцем семисот различных домов и зданий, не считая незастроенных земельных участков. Он прославился тем, что взимал высокую квартирную плату с жильцов, даже если их квартиры были почти непригодны для жилья. В наследство своим детям Уильям оставил капитал в 100 миллионов долларов. В течение жизни одного поколения общественные отношения в Америке изменились настолько, что после смерти Астора-сына газеты поместили его жизнеописание, составленное в идолопоклоннических тонах. Прославлялись его «заслуги», отмечалось, что он является «образцом предпринимателя».

Имущество и капиталы Уильяма Б. Астора унаследовали его сыновья – Джекоб II и Уильям II. Не будем представлять здесь ни их самих, ни их наследников, среди которых часто повторяются имена Джон Джекоб (сейчас уже VII), Уильям и Уолдорф. Напомним только, что Джон Джекоб II приумножил семейное состояние: не мог же он отстать от других американских миллионеров! Густав Манерс пишет о нем:

«Никогда в жизни он так и не построил ни одной железнодорожной линии и вообще ничего не понимал в железнодорожном деле, но так как он владел огромным богатством, нажитым главным образом за счет квартирной платы, то мог скупить достаточно акций, чтобы стать одним из главных акционеров [линии «Нью-Йорк сентрал рейлроуд»], а затем вместе с другими акционерами подкупил законодательное собрание [штата Нью-Йорк], чтобы оно приняло законы, которые в огромной степени повысили стоимость акций».

В следующих поколениях Асторов наиболее интересной фигурой является Уильям Уолдорф Астор, который, хотя и унаследовал от отца 100 миллионов долларов, возненавидел Америку и в конце XIX века вместе с несколькими ближайшими родственниками переселился в Англию. До своего отъезда он тщетно добивался депутатского мандата в палате представителей. Эти политические неудачи якобы повлияли на его решение покинуть США. А в Нью-Йорке остался знаменитый отель «Уолдорф-Астория», построенный этим наследником миллионов.

На Британских островах Уильям купил дворец в Кливдене, принадлежавший некогда герцогам Вестминстерским, и решил никогда не возвращаться в Америку, отнюдь не отрекаясь от огромных богатств, оставшихся по ту сторону океана. В 1899 году Уильям отказался от американского гражданства, став подданным ее королевского величества. В 1915 году ему был пожалован титул лорда.

Героями последующих разделов этой главы будут уже его наследники.

Во второй половине XIX века миссис Уильям Астор, супруга одного из представителей этой династии миллионеров, узурпировала себе право выступать в роли королевы американского высшего света. Как известно, в Соединенных Штатах никогда не было аристократии в европейском значении этого слова. Зато развивалась и процветала плутократия, и потому миссис Астор решила, что из-за унаследованного ею огромного богатства и своеобразного приоритета она может претендовать на главенствующее положение среди американских миллионеров.

В своем роскошном п претенциозном дворце на знаменитой Пятой авеню в Нью-Йорке она устраивала пышные приемы, тщательно составляя списки приглашенных. Постепенно эти приглашения в дом миссис Астор стали предметом гордости и зависти. Гости миссис Астор не помнили или не хотели вспоминать, каково происхождение богатства Асторов. Впрочем, многие из них пришли к огромным состояниям столь же бесчестным и противозаконным путем, как и сами хозяева.

Салон миссис Астор все же вошел в историю Соединенных Штатов. В своей книге «Развитие американской цивилизации» Чарлз и Мэри Бирд пишут о миссис Астор: