Читать онлайн «Военные мемуары. Единство, 1942–1944». Страница 191

Я принял к сведению эти дополнительные объяснения и еще раз высказал свои соображения.

Не найдя в заявлении, сделанном мне вчера во второй половине дня Макмилланом и Мэрфи, достаточного обоснования позиции, занятой американским и английским правительствами в вопросе о перемирии, и, с другой стороны, узнав в конце дня по телефону из тунисской резиденции, что в городе приняты меры, которые, кажется, предвещают в скором времени созыв конференции (реквизиция помещений и т. д.), я попросил Макмиллана о встрече вечером 8 сентября.

…В результате беседы с ним я получил новые и важные сведения об обстоятельствах переговоров с Италией.

Еще 20 августа в расположение союзников прибыли на самолете два итальянских офицера… Они высадились в Сицилии…

Союзники испытывали большие сомнения относительно действительности полномочий итальянских представителей, поскольку последние проявили полное равнодушие к условиям перемирия, которые они должны были подписать, и заботились лишь о том, чтобы выяснить, что намерены сделать англичане и американцы. Они производили впечатление людей, морально опустошенных, не способных ни на что реагировать.

И только утром 3 сентября в Лиссабоне был представлен документ, подтверждавший их права полномочных представителей. Во второй половине того же дня соглашение было подписано.

Тактика союзников в значительной мере была простым блефом. Все было направлено к тому, чтобы в максимальной степени использовать впечатление, произведенное внезапным сообщением о капитуляции Италии, для проведения успешной высадки союзных войск… В случае если бы была проведена консультация с Комитетом освобождения, то, по словам Макмиллана, было бы трудно отказаться от консультации с греками, с югославами, в результате чего появилась бы опасность разглашения тайны. Несомненно, русские были посвящены в тайну, но это было сделано в интересах высокой политики…

8 сентября утром все снова оказалось под вопросом: итальянцы заявили, что положение немцев в Италии слишком прочно, что итальянцы не могут от них освободиться собственными силами и т. д. Вот тогда со стороны союзников и был пущен в ход смелый блеф. По инициативе Макмиллана итальянским полномочным представителям ответили, что уже слишком поздно отступать и что в 18 час. 30 мин., как было договорено, заявление генерала Эйзенхауэра будет передано по радио. Вслед за ним будет передано заявление маршала Бадольо, которое он в соответствии с соглашением должен сделать два часа спустя после заявления Эйзенхауэра.

Касаясь дальнейшего, Макмиллан заявил, что не может быть и речи о подписании конвенции о перемирии до тех пор, пока не появится власть, с которой можно будет об этом говорить. Во всяком случае, никакого обсуждения с итальянцами не будет. Соответствующее условие соглашения о перемирии гласит: все статьи политического, экономического и иного характера будут обсуждаться только между союзниками.

Я принял к сведению эти заверения, но снова настаивал, как уже делал это раньше, на том, какое тяжелое впечатление произведет на французское общественное мнение факт, что Францию держали в стороне, тогда как ее участие — как по политическим причинам, так и принимая во внимание ее роль в войне — было необходимо. Я настаивал, чтобы в ближайшие дни это положение было изменено и право Франции участвовать в переговорах было полностью признано.

Французский комитет национального освобождения принял к сведению заявление генерала Эйзенхауэра от 8 сентября о заключении военного перемирия с правительством маршала Бадольо. Комитет принял также к сведению сообщение, содержащееся в этом заявлении, что условия перемирия были предварительно одобрены правительствами Великобритании, Соединенных Штатов и СССР.

Комитет выражает свою радость по поводу капитуляции правительства Италии, чему способствовали своими мужественными усилиями и своими бесчисленными жертвами французские армии и французское Сопротивление, действующее совместно с доблестными войсками союзников со дня 10 июня 1940. Они не ослабят своих усилий и не остановятся перед новыми жертвами до достижения полной победы над всеми державами оси.

Комитет уже имел случай довести до сведения трех правительств Лондона, Вашингтона и Москвы — точку зрения Франции относительно положений подготавливаемого договора о перемирии. Комитет решил вновь ознакомить эти правительства, а также правительства других государств, участвующих в войне с Италией, с условиями, которые, по его мнению, необходимы для защиты жизненных интересов метрополии и империи и которые настоятельно требуют участия Франции в выработке соглашений, касающихся Италии.

Сегодня в 15 часов я виделся с Мэрфи и Макмилланом. Я настаивал на следующих пунктах:

1) необходимо немедленно передать нам текст соглашения о военном перемирии.

Мои собеседники ответили, что они считали, будто такое сообщение утром того же дня было направлено штабом генерала Эйзенхауэра начальнику штаба генерала Жиро генералу Девэнку;

2) необходимо информировать нас точно и без промедления о состоянии переговоров между союзниками относительно политических, финансовых и иных условий договора о перемирии. Мы желали бы по возможности скорее получить проект договора, чтобы вовремя представить наши замечания;

3) мы считаем уместным срочное опубликование в Лондоне и Вашингтоне сообщения о том, что Комитет ввиду необходимости соблюдения тайны в условиях военной обстановки не мог быть осведомлен относительно переговоров, начатых с итальянским командованием, но что американское и английское правительства не имеют намерения держать Комитет в стороне от итальянских дел и, следовательно, Комитет будет участвовать в дальнейших переговорах.

Мэрфи и Макмиллан обещали немедленно отправить соответствующие телеграммы своим правительствам.

В ходе беседы Мэрфи и Макмиллан снова заявили, что они были убеждены в том, что союзное командование информировало французское командование о ходе начатых переговоров.

В тот же день вечером я снова виделся с Мэрфи, а затем с Макмилланом. Я им сообщил, что на заседании Комитета, состоявшемся в 17 часов, генерал Жиро заявил, что вопреки утверждениям английского и американского представителей его никогда не информировали о переговорах и даже сейчас он не имеет представления о военных статьях соглашения о перемирии.