Читать онлайн «Путь моей жизни. Воспоминания Митрополита Евлогия(Георгиевского), изложенные по его рассказам Т.Манухиной». Страница 191

Параллельно этим ветвям существует еще "Церковь апостола Фомы", возглавляемая митрополитом Титом и объединяющая около 100000 верующих и имеющая 200 церквей. Она откололась от "якобитов" лет семьдесят тому назад. Националистическая по духу, Церковь эта проникнута протестантскими заимствованиями — например, она не признает святых.

Есть еще одна Церковь, "Евангельской миссии", возглавляемая священником-англичанином Батли. Он был посвящен не имеющим паствы митрополитом (или даже патриархом) из Месопотамии. Церковь Батли остальные Церкви не признают, усматривают в ней несторианский уклон, считают Батли ставленником англичан, обвиняют в подкупе крещаемых английскими деньгами. Надо сказать, что в Индии между всеми разветвлениями христианства наблюдается конкуренция, и деньги известную роль играют [223], деморализуя народные массы. В их представлении миссионер из Европы или из Америки — человек с деньгами, которого можно обобрать.

В эту поездку на побережье Малабара о. Андроник ознакомился со всеми разветвлениями индусского христианства и с некоторыми видными его представителями — и пришел к заключению, что направление его собственного миссионерского пути особое, ни с одной из существующих индусских Церквей не совпадающее.

Он побывал у Антиохийского Патриарха Ильи-Игнатия III, который как раз в это время объезжал Индию, и был встречен им благосклонно и гостеприимно. Но встреча эта к дальнейшему сближению не повела. Зато с Церковью Католикоса Василия-Григория о. Андроник сблизился. По его словам, в Сирийской Церкви, в ее главе и епископах, чувствуется истинно христианский дух и крепкая спаянность иерархии со своей паствой. В беседах с некоторыми видными представителями этой Церкви о. Андроник постоянно указывал на основной недостаток — оторванность Сирийской Церкви от Вселенской Православной Церкви и был неожиданно для себя утешен общим желанием единения со Вселенской Церковью через посредствующее звено — Русскую Православную Церковь. Это стремление и сблизило Церковь Католикоса с о. Андроником — единственным православным русским иеромонахом на всю Индию, который мог бы помочь делу объединения с Православной Церковью. Нашего иеромонаха "якобиты" оценили, полюбили, им заинтересовались. Выяснилось, что близость с нами в прошлом, каноническая и вероучительная, им очень ценна.

Единомыслие в вопросе о соединении сблизило о. Андроника с диаконом Сирийской Церкви о. Фомою, бывшим главою "якобитской" семинарии, очень образованным, скромным человеком, уже лет 20 пребывающим в сане диакона. О.Фома живет близ Патапапурама в центре Траванкора, где развивает энергичную религиозно-просветительную деятельность. Он владеет здесь несколькими участками земли, построил на одном из них училище с церковью, на другом небольшой женский монастырь (первый в Траванкоре). По приглашению о. Фомы о. Андроник приехал погостить. В лице о. Фомы он нашел друга нашей Церкви и братски преданного ему человека. Временно поселившись вместе, они сообща занялись религиозно-просветительной работой: по воскресеньям устраивали в округе религиозные митинги. Индусы любят дискуссии на религиозные темы, полемику, доклады, проповеди; любят выяснять, на чьей стороне правда, и высоко ценят образование (черта, дающая основание заключить, что действенно влиять на индусов можно через учебные заведения). Ознакомил о. Фома своего гостя и с созданной им маленькой женской обителью и попросил достать ему православный чин пострижения в монашество, а также высказал желание, чтобы две русские монахини приехали в его монастырь.

Побывал о. Андроник и в мужском "якобитском" монастыре; основан он 12 лет тому назад. В одном из своих донесений о. Андроник довольно подробно рассказывает об этом посещении. Монашеский устав "якобитов" многим отличается от нашего. Отличительные черты "якобитского" монашества — отсутствие той суровой аскезы, которая характеризует наш устав. Нет долгих служб, нет употребления "Иисусовой молитвы", серьезной сосредоточенности, нет и обетов при пострижении. Молитва и послушание не являются сущностью монашеского подвига, а как бы обрамляют монашескую жизнь; общие молитвы в монастыре частые, но краткие, зато у "якобитских" монахов больше, нежели у нас, определенных и узаконенных часов на размышления и на молчание; но вне этих часов монахи ведут оживленные беседы друг с другом и группами. Состав монахов в монастыре, который посетил о. Андроник, — преимущественно молодежь.

О.Фома высоко оценил подвижнический дух о. Андроника и предложил своему гостю основать скиток и подарил ему на горе кусок земли. Здесь, орудуя заступом и топором, наш русский подвижник стал строить себе келью и церковку. Индусы на работу косились… Гора посвящена языческой богине Бодрагали, — заповедная. Посыпались петиции местным правительственным властям, но решительных мер не последовало: церковь о. Андронику разрешено иметь, но на правах домовой, т. е. без права создать приход. Вокруг скита о. Андроник развел сад и огород. Хотел заняться пчеловодством, да оно не пошло; неблагоприятны для него климатические условия. Хижину себе о. Андроник соорудил из пальм с перекрытием из кокосовых листьев вместо прочной крыши. Обстановка убогая: вся мебель — две доски, они служат и постелью, и сиденьем, и столом. По вечерам освещение — одна лампада. Питье — вода, редко что иное. Еда скудная, "…но не могу жаловаться, чтобы я голодал против воли. Господь помогал сводить концы с концами…" — пишет он мне в своем донесении. И упоминает о полной безопасности для него в ночное время: с вечера до утра, он уверен, никто не придет: вершина горы, по убеждению окрестных жителей, обиталище злых духов. Дикие звери реальная опасность в тех краях. Тигры и дикие слоны обыкновенно днем от человека уходят, зато в темноте без огня ходить нельзя. "Был случай, — рассказывает о. Андроник в одном из своих писем, — когда я ночь провел в деревне, где в окрестном лесу ночует около двадцати пяти диких слонов. Как-то раз в темноте мы огнем спугнули леопарда. Людям со слабым здоровьем и пугливым нужно быть осторожными…" Грозная опасность — змеи. За год в Индии погибает от укусов до тридцати тысяч человек. Однажды вошел о. Андроник в свою церковь, а на престоле лежит кобра…

О.Андроник в своем скиточке пребывает не безвыходно. Он разъезжает с докладами, проповедями по соседям и раз в неделю служит Литургию в церкви о. Фомы. Тогда приходится оставлять все свои посадки на произвол судьбы; случалось находить их по возвращении попорченными от обезьяньих набегов. На климат о. Андроник не жалуется, климат там хороший.

Из этих описаний условий жизни и миссионерских трудов о. Андроника можно сделать заключение, что о. Андроник являет пример "мужа апостольского", стойкого, самоотверженного. Всевозможные лишения, опасности, подвижничество в полном физическом и моральном одиночестве, несколько лет без возможности исповедаться… — все это он мужественно претерпевает. Ярко и светло вырисовывается личность о. Андроника. Я чувствую, что мы виноваты, — мы недостаточно живо отзывались на его запросы, письма, донесения. Только совсем недавно организовался "Комитет помощи о. Андронику" при Свято-Троицком Братстве под председательством о. А.Калашникова, дабы по мере возможности заботиться хоть о самой скромной субсидии нашему подвижнику.