Читать онлайн «Максим Максимович Литвинов: революционер, дипломат, человек». Страница 56

Наступила минута отплытия. Солдаты заполнили палубу, прильнули к иллюминаторам. Они не знали тонкостей десятимесячной дипломатической битвы, но они понимали, что эту битву выиграла их страна, еще неведомая им Советская Россия. Солдаты с нетерпением ждали гудка, они готовы были впрячься в этот огромный корабль и потащить его за собой.

Наконец пароход дал сигнал, оторвался от причала, развернулся и взял курс на Петроград.

После возвращения из Копенгагена Литвинов недолго пробыл в Москве. Советская Россия искала экономических контактов с Западной Европой. В феврале 1920 года между РСФСРи Эстонией был заключен мирный договор, установлены дипломатические отношения. Эту миссию великолепно выполнил Леонид Борисович Красин.

Значение Эстонии как торгового партнера Советской России все больше возрастало, через эту страну необходимо было наладить товарообмен с Западной Европой. Центральный Комитет РКП (б) и лично Владимир Ильич Ленин остановили свой выбор на Литвинове. Для этого были веские причины. Он уже вел переговоры с эстонским правительством. Кроме того, успешное выполнение Литвиновым миссии в Копенгагене, где он не только добился освобождения военнопленных, но и как уполномоченный Совета Народных Комиссаров решил ряд политических и экономических проблем, позволяло надеяться, что Литвинов справится и с новым заданием.

В начале января 1921 года Литвинов, назначенный полпредом и одновременно торгпредом в Эстонии, выехал в Таллин и 13 января вручил эстонскому правительству удостоверяющий документ, подписанный В. И. Лениным. Литвинов по приезде в Таллин поселился в гостинице «Золотой лев», в которой жили сотрудники полпредства и торгпредства. Потом пришлось снять скромную квартиру, а затем некоторое время Литвинов жил в гостинице «Бристоль», туда же переехали и многие сотрудники полпредства.

В советской колонии царила атмосфера товарищества, дружбы и взаимного уважения. Литвинов привлек к сотрудничеству в советском полпредстве местных коммунистов. Интернационализм Литвинова кроме своей идейной основы объяснялся еще и тем фактом, что Литвинов как революционер формировался в условиях эмиграции. Он многие годы жил в окружении людей разных национальностей, умел находить среди них много друзей, устанавливал с ними органическую идейную связь.

Такой подход был характерен для всей ленинской гвардии. Чичерин и Литвинов в первые годы формирования советской дипломатической службы привлекали к работе иностранцев-коммунистов.

Вальмар Теодорович Адамс, деятель Эстляндской Трудовой Коммуны, редактировавший в те годы газету «Молот» в Тарту и прошедший через тюрьмы буржуазной Эстонии, познакомился с Литвиновым сразу после его приезда в Таллин.

В. Т. Адамс свидетельствует: «С Максимом Максимовичем я встречался в 1921 году в советском полпредстве в Таллине, когда он только что был назначен на работу в Эстонию. Максим Максимович предложил мне занять должность референта по эстонским делам: просматривать эстонскую прессу, важные материалы переводить и реферировать. Мне было тогда 22 года, я только что вышел из тюрьмы и работал учителем.

Наш первый разговор был продолжительным. Он происходил в гостинице «Бристоль». На столе у Литвинова стояло несколько телефонов, лежал большой ворох газет и журналов. Литвинов встретил меня очень приветливо. Просто одетый, уже полнеющий, с живыми, добрыми глазами и естественной манерой говорить, он сразу завоевал мое доверие.

Я рассказал Максиму Максимовичу о внутриполитическом положении Эстонии, он задал мне много вопросов, делал записи в блокнот, живо интересовался всем, что тогда происходило в стране. Потом Литвинов дал мне несколько отеческих советов. Я намеревался уехать из Эстонии. Максим Максимович сказал, что этого ни в коем случае не надо делать.

По ходу нашей беседы Литвинову понадобился кто-то из сотрудников полпредства. Он позвонил по телефону, но ему никто не ответил. Была суббота. «Все ребята ушли, ничего не поделаешь», – сказал Литвинов с доброй улыбкой. И мы еще долго говорили о наших делах».

В сложных условиях начал Литвинов свою деятельность в Эстонии. Внешнеполитическое положение Советской России оставалось тяжелым. Западный мир по-прежнему не признавал большевистское правительство. Внутри страны контрреволюция не только не сложила оружие, но продолжала свои попытки захвата власти в отдельных районах страны, готовила кронштадтский мятеж. Активизировались контрреволюционные элементы в деревне. Голод и тиф продолжали терзать Республику.

Буржуазное правительство Эстонии проводило политику террора в отношении коммунистов и всех прогрессивных элементов в стране. Белогвардейская нечисть, выметенная Красной Армией из пределов России, обосновалась в том числе и в Прибалтике. Белогвардейцы, осевшие в Таллине, рассчитывая на попустительство эстонских властей, угрожали расправой советским дипломатам.

Случались и прямые провокации. Как-то вечером Литвинов возвращался в полпредство. Машина мчалась по шоссе на окраине города. Вдруг автомобиль резко занесло, развернуло, посыпались разбитые стекла. Оказывается, поперек дороги был натянут трос. На этот раз серьезной аварии не произошло, но попытки диверсий не прекращались, все время приходилось быть настороже. Литвинов обычно относился к выходкам белогвардейцев спокойно, без паники, хотя он знал, что полпредовский автомобиль с красным флажком с серпом и молотом вызывает ярость у врагов Советской России.

Деятельность Литвинова в Эстонии была очень разносторонней. Но, несмотря на чрезвычайную занятость многими сложными проблемами, он внимательно следил за рыночной конъюнктурой, использовал любую благоприятную ситуацию для массовой закупки необходимых товаров и отправки их в Советскую Россию. Эстонский исследователь Д. М. Руднев, ознакомившийся с некоторыми документами, свидетельствующими о деятельности Литвинова в Таллине, отмечал: «Даже далеко не полный перечень телеграмм замнаркома внешней торговли Лежавы и члена коллегии НКВТ Войкова Литвинову и его ответных телеграмм позволяет судить о размахе и напряженности работы торгпреда в Эстонии».

24 января 1921 года Лежава просит Литвинова ускорить отправку паровой турбины в Омск.

25 января Лежава просит Литвинова направить три тысячи пудов гвоздей в Петроград, а также послать туда инструменты и оборудование для лесозаготовок и лесопогрузочных работ. Лежава уточняет, что «промедление отзывается самым чувствительным образом на хозяйстве республики».

5 февраля Войков просит Литвинова ускорить поставку кос.