Читать онлайн «Танковые сражения. Боевое применение танков во Второй мировой войне. 1939-1945». Страница 100

«Паттон убедил Брэдли, что сможет достичь Саара за три дня и «с легкостью прорвет Западный вал». Имея шесть пехотных и три бронетанковые дивизии, а также две механизированные группы (бригады), 3-я армия насчитывала приблизительно 260 тысяч солдат и офицеров. Противостоящая ей 1-я немецкая армия имела в своем составе 86 тысяч человек. Семь из восьми ее дивизий были растянуты на фронте в 75 миль, а в резерве находилась одна только 11-я танковая дивизия с 69 танками. В то время как немецкие дивизии были вынуждены рассредоточиться в оборонительных порядках, Паттон, имея полное превосходство в воздухе и возможность широкого маневра на земле, мог создать превосходство в силах на любом участке, который бы он выбрал. К тому же Паттон имел значительное преимущество в соотношении сил – 3:1 по личному составу, 8:1 по танкам и обладал «огромным превосходством по артиллерии»[251].

В конце октября мне стало ясно, что нам грозит новое крупное наступление американцев. Наши передовые посты на западном берегу Мозеля были оттеснены за реку, а американские орудия вели непрерывный пристрелочный огонь. Скоротечные бои местного значения шли юго-восточнее Понта-Муссона, имелись признаки концентрации крупных сил в районе Тионвиля, к северу от Меца. По нашим предположениям, один из ударов противника должен был быть нанесен от Тионвиля, а второй – из района Шато-Сален, будучи направлен непосредственно на Саарбрюккен. Целью этих ударов была, очевидно, крепость Мец.

Хотя у нас не было разведывательной авиации, разведка агентурная действовала довольно неплохо, и мы были в курсе всех приготовлений американцев[252]. Служба радиоперехвата еще раз доказала свою ценность, поскольку американцы проявляли совершенную беспечность в отношении телефонных переговоров и радиосообщений. Тем не менее начавшееся 8 ноября наступление застало наши войска на передовой врасплох – погода стояла самая неблагоприятная, и бдительность службы наземного наблюдения несколько ослабла.

Прошедший 5 ноября проливной дождь размыл дороги, превратив ручьи и речушки в бурлящие реки. Даже гусеничные машины буксовали в грязи, а почти все мосты по течению Мозеля были снесены стихией. Американский ХХ корпус должен был наносить удар в районе Меца, а XII корпус – наступать на фронте шириной 35 миль в направлении Саарбрюккена с форсированием реки Сей. Генерал Эдди, командир XII корпуса, имел все основания просить отложить наступление, но Паттон не хотел и слышать об этом. С рассветом 8 ноября, поддержанная мощной артподготовкой, пехота XII корпуса перешла в наступление.

Как я уже упоминал, первая атака оказалась неожиданной для наших частей, поэтому они не смогли претворить в жизнь план Балька относительно эластичной обороны и отойти на позиции в нашем тылу. На участке XII корпуса американцы атаковали наши 48-ю и 559-ю дивизии и правый фланг 361-й дивизии. Эти соединения понесли тяжелые потери от артобстрела, и американцам удалось навести несколько переправ через Сей. Генерал Эдди бросил в наступление 26, 35 и 80-ю пехотные дивизии, оставив 4-ю и 6-ю бронетанковые дивизии в резерве для развития успеха.

9 ноября в бой вступили и американские танки, но условия для их действий оказались весьма неблагоприятными. Танки были вынуждены держаться дорог, и часть машин была уничтожена нашими 88-мм пушками. По моему мнению, бронетанковые дивизии противника были задействованы слишком рано, и Эдди поступил бы более разумно, если бы подождал до тех пор, пока пехота не вклинится глубже в полосу нашей обороны. Однако 4-я дивизия армии США была закаленным в боях соединением, и, несмотря на ужасную погоду, ее боевое командование «В» смяло левый фланг 48-й дивизии и вышло к Аннокуру и Вивье.

10 ноября 11-я танковая дивизия – единственный наш резерв – перешла в контратаку и отбила Вивье. Дождь и мокрый снег не позволяли действовать американской авиации и затрудняли продвижение танков и автомашин. Наши испытанные в боях танкисты максимально использовали эти обстоятельства и уничтожили в тот день около 30 американских танков. 11 и 12 ноября 11-я танковая дивизия прикрывала отход сильно поредевшей 559-й дивизии и заняла новые позиции на высотах у Моранжа. Боевое командование «А» из состава 4-й бронетанковой дивизии вступило в бой восточнее Шато-Сален и 11 ноября подошло к Родальбу, где было остановлено огнем противотанковой артиллерии и минными полями. 6-я американская бронетанковая дивизия также продвигалась вполне успешно и днем 11 ноября решительным броском овладела мостом у Ан-сюр-Нид.

12 ноября 11-я танковая дивизия предприняла контрнаступление от Моранжа против боевого командования «А» 4-й бронетанковой дивизии. Наши танковые подразделения имели большой опыт боев в распутицу; 13 ноября они отбили у противника Родальб и взяли в плен целый батальон американцев. В результате мы получили время для того, чтобы перегруппироваться и подтянуть резервы.

Американцы продолжали упорно идти вперед. Боевое командование «В» и 35-я пехотная дивизия наступали на Моранж с запада, а 6-я бронетанковая дивизия пыталась прорвать нашу оборону у Фалькемона, откуда открывалась прямая дорога на Саарбрюккен. Мы перебросили на этот участок[253] 21-ю танковую и 36-ю пехотную дивизии, а 11-я танковая дивизия удерживала пока высоты вокруг Моранжа. 15 ноября мы отвели с передовой остатки 48-й и 559-й дивизий и объединили их в одну боевую группу.

Утром 15 ноября наши части отступили из руин Моранжа, но к тому времени американцы, очевидно, уже выдохлись. В этот же день XII корпус запросил командование о временной приостановке наступления; кроме тяжелых потерь и распутицы, это объяснялось тем, что северный фланг XII корпуса оказался открытым в результате попыток XX американского корпуса окружить Мец.

В ночь с 8 на 9 ноября XX корпус начал наступление на Мец. Подразделения 90-й дивизии США на штурмовых лодках форсировали Мозель к северу от Тионвиля, что стало совершенной неожиданностью для оборонявшихся немецких солдат[254]. К вечеру 9 ноября восемь батальонов пехоты этой дивизии уже переправились на другой берег Мозеля и захватили там плацдарм. Две наши дивизии, оборонявшиеся на этом участке, – 416-я пехотная и 19-я фольксгрена– дерская – оказали незначительное сопротивление; их боевые качества были довольно низкими, да и в любом случае фронт их обороны был слишком растянут[255].

Командование группы армий «Г» было чрезвычайно обеспокоено быстрым расширением плацдарма под Тионвилем; у 1-й армии совсем не осталось резервов, и мы были вынуждены просить у Рундштедта выделить нам одну танковую дивизию. Но даже главнокомандующий немецкими войсками на Западе не мог пойти на такой шаг в пределах своих полномочий и обратился к Гитлеру[256]. Переговоры по этому поводу с Верховным командованием вооруженных сил длились около суток, после чего нам все же была передана 25-я гренадерская моторизованная дивизия. Дивизия в то время находилась восточнее Трева, где должна была получить пополнение. Поскольку у дивизии не было горючего, она не была в состоянии участвовать в боях до 12 ноября. Эта задержка была чрезвычайно досадна, так как сильное течение Мозеля и точный огонь немецкой артиллерии не позволяли 90-й дивизии американцев закончить наведение моста через реку до вечера 11 ноября, и в течение трех дней американская пехота оставалась на своем плацдарме без танков и противотанковой артиллерии. Тем не менее американцы упорно сопротивлялись, отбив все контратаки нашей пехоты (у нас не было ни одного танка, чтобы бросить против них), и вечером 11 ноября взяли штурмом форты Метрих и Кёнигсмахер.