Читать онлайн «От солдата до генерала: воспоминания о войне». Страница 104

Подразделения дивизии начали прочесывать населенный пункт. Все местные жители, кто имеет оружие или причастность к душманам, пытались уйти в горы. На их пути оказываемся мы. Огнем из автоматов не даем им вырваться из района. В воздухе работают наши вертолеты — «вертушки».

Авианаводчик, приданный разведгруппе, давал целеуказания на уничтожения душманов.

Средства связи работали постоянно. К полудню начали разряжаться аккумуляторные батареи. Радиостанции работали только на прием. Чтобы понять, где находятся разведывательные группы, командир дивизии генерал-майор В.И. Миронов приказал обозначить себя дымами. Артиллерийский корректировщик внес поправки в нанесении артиллерийских ударов по противнику с учетом нашего нахождения.

С каждым метром продвижения наших войск огневое противодействие со стороны душманов нарастало. Со стороны гор экипажи вертолетов наблюдали выдвижение конных душманов. По ним был нанесен огневой удар дивизионной артиллерии и в промежутках между ударами работали вертолеты. Тем не менее, часть душманов уже начали вести огонь с противоположной стороны. Нам приходится отражать атаки и спереди и сзади. Так продолжалось около 2–3 часов.

К 16 часам все заканчивается. Много пленённых. С ними уже работает местный Царандой и ХАТ. Мы спустились с гор к основным силам дивизии.

После напряженного боя ощущение такое, как после трудного экзамена. Усталость валила с ног. Скамейка в БТР — как спальная кровать в гостинце люкс. За полтора часа движения до дислокации разведывательного батальона успеваешь выспаться и прийти в форму.

По прибытии в расположение заместитель по тылу А.К. Терехин уже подготовил баню. Это был неписаный закон: при возвращении с задания первым делом баня, а потом прием пищи.

При прохождении Баграмского поворота на узел связи разведбата давали информацию — прошли поворот. Теперь начинала работать «машина» под руководством Кузьмича — баня, столовая. Баня, обыкновенная машина ТДА, подавала пар и теплую воду в построенное помещение из ящиков для снарядов. Эта баня была для нас, как «Сандуны» для москвичей. В последствии построили кирпичную баню с бассейном, но эта осталась в памяти на всю жизнь.

При возвращении всех встречала наша единственная женщина в батальоне — Наташа Ратушняк. Она была, как талисман для всех разведчиков. Находила для каждого своё, неповторимое, родное и близкое слово. Каждый разведчик старался, со своей стороны, сделать для нее доброе и хорошее.

Жизнь разведчиков показала и доказала, что только вместе, думая о каждом в повседневной жизни, прикрывая в бою товарища, мы живем и сейчас одной боевой семьей. По мере возможности встречаемся. Кто-то живет уже в другом государстве, кто-то стал большим начальником, открыл свой бизнес, но, все равно, мы — одна единая семья 781-го отдельного разведывательного батальона 108-й мед.

Я родился 2 августа 1951 года в поселке Игри Тоншаевского района Горьковской области. Русский. Образование — высшее.

Окончил в 1968 г. Тоншаевскую среднюю школу, в 1972 году Калининградское высшее военно-инженерное училище имени Жданова, в 1977 году — командный факультет Военноинженерной академии.

В настоящее время — Начальник факультета Военноинженерной академии

Имею награды:

• два ордена Красной Звезды;

• орден Красного Знамени;

• медаль «За боевые заслуги».

Все награды были получены при выполнении интернационального долга в Афганистане.

В боевых действиях на территории Афганистана участвовал в должности начальника штаба 45-го инженерносаперного полка 40-й армии в 1986–1988 гг.

О начале война в Афганистане узнал при прохождении службы в должности начальника штаба батальона в г. Бобруйске Белорусского военного округа. Информации о начале военных действий было мало. В декабре 1979 года в Афганистан военным советником уехал командир батальона майор Дятел В.H., я принял командование батальоном. В марте 1983 года приходит распоряжение об отправке в Афганистан командира взвода — уезжает лейтенант Лабур Н.Г, окончивший с отличием Каменец-Подольское высшее военноинженерное училище. В 1984 г. при разведке маршрута движения полка взвод попал в засаду и лейтенант Лабур Н.Г. был убит.

В 1984 году я был назначен начальником штаба 10-го гвардейского инженерно-саперного полка в г. Могилеве.

В 1986 году мне было предложено поехать в Афганистан на должность начальника штаба 45-го инженерно-саперного полка.

Уже 5 августа 1986 года я прибыл в Кабул, представился начальнику инженерных войск 40-й армии полковнику Поварчуку Т.П. и далее убыл в г. Чарикар, где дислоцировался полк.

Командовал полком полковник Антоненко Николай Георгиевич, который был моим наставником и учителем на начальном этапе моей службы в Афганистане. С ним я ходил на свою первую боевую операцию. К тому времени он имел большой опыт в организации выполнения поставленных задач и старался передать его вновь прибывшим офицерам. А замена офицеров проходила через каждые два года. Приходили по замене офицеры, не имеющие опыта ведения боевых действий, выполнения поставленных задач. А это приводило к потерям личного состава и техники.

Всего я участвовал в 12 операциях, но самой запоминающейся для меня осталась первая Алихелевская операция.

Операция у крепости Алихель по доставке боеприпасов и продовольствия в один из афганских гарнизонов, прикрывших границу с Пакистаном, была моим первым боевым выходом, реально показавшим как страшна, коварна и масштабна была минная война, развернутая против Советских войск. На Алихель полк вышел под командованием в то время полковника Николая Георгиевича Антоненко. Я действовал во главе отряда обеспечения движения наших подразделений. Маршрут проходил через Кабул, Гардез и на восток к крепости Алихель.

Особенно тяжелыми оказались последние 17 км от горы Нарай к крепости.

Забегая вперед, скажу, что нам удалось пройти этот короткий участок, ширина которого в среднем не превышала 200–250 км, только за трое (!) суток. И то, благодаря мужеству, беспримерной самоотдачи рядовых саперов и грамотному руководству офицеров. Вдоль всего ущелья бежала небольшая горная речушка. Только в ее границах и не было, пожалуй, мин и фугасов. Вся остальная территория, пригодная для прохода людей и техники, была буквально нашпигована смертельными снарядами взрывчатых веществ.

Большие проблемы доставляли двойные фугасы, установленные на большой глубине мина на мину. Миноискателем обнаружить их было крайне тяжело. Против боевых машин разминирования на этих фугасах использовались специальные взрыватели, которые приводили в боевое положение только после наезда трала. Таким образом, вся сила взрыва приходила на саму БМР. На одной из таких ловушек подорвалась машина сержанта Виктора Синицкого. Взрывом вырвало практически всю правую ходовую часть БМР. К счастью, Виктор Синицкий остался жив, вместе с ремонтниками уже через три часа вернул машину в строй и продолжил выполнения боевой задачи.