Читать онлайн «Война на море. Внимание рейдеры!». Страница 99

В 0 часов 45 минут, всего лишь через 25 минут после начала операции, замигала сигнальная лампа на мостике «Оле Веггера». Послание, адресованное Крюдеру, было коротким и недвусмысленным: «Корабли в наших руках». Еще через несколько минут Варнинг сообщил о деталях своей головокружительно успешной операции:

«1. „Оле Веггер“, норвежский корабль, водоизмещение 12 201 тонна, на борту 7000 тонн китового жира и 5500 тонн топлива. Экипаж около 190 человек, запасов продовольствия на 10 недель. Скорость 10 узлов при расходе топлива 45 тонн в сутки. Вооружения на борту не имеет. Вышел из Рио-де-Жанейро в ноябре 1940 года.

2. „Солглимт“, норвежский корабль, водоизмещение 12 246 тонн, на борту 4000 тонн китового жира и 4000 тонн топлива, экипаж 60 человек, но на борту может находиться еще 300, запасов продовольствия на 10 недель. Вооружения на борту не имеет, однако есть площадки для зенитных орудий, установленные в Монтевидео. Вышел из Монтевидео и туда же должен был вернуться».

Наличие площадок для орудий навело Варнинга на мысль попытаться найти сами орудия. В одном из трюмов «Солглимта», между ящиками и бочками с жиром, он обнаружил 2 орудия калибром 105 миллиметров и запас снарядов — по 300 на каждое орудие.

Поиски в трюмах «Оле Веггера» привели к обнаружению таких же орудий и боеприпасов. Норвежцы были или слишком заняты, чтобы заниматься установкой орудий, либо же были настолько уверены, что находятся в полной безопасности, что сочли это излишним.

Лейтенант Ганс Карл Хеммер, командовавший вторым катером и получивший приказ захватить китобойные суда, также добился прекрасных результатов. Хеммер, не говоривший по-норвежски и лишь немного по-английски, решил проблему языкового барьера, повесив себе на шею табличку. На ней крупными буквами было написано: «Я Хеммер, офицер германского военно-морского флота. Ваш корабль захвачен. Не пытайтесь сопротивляться, команде оставаться на своих местах».

Хеммер позднее так вспоминал о ходе этой операции:

«Ночь выдалась темной, туман ограничивал видимость до 1000 метров. Наш катер подошел к первому кораблю, по-видимому, самому тихоходному. Я быстро взобрался на борт, поднялся по лестнице в каюту капитана, достал свой пистолет и карманный фонарик. Моим глазам предстало забавное зрелище: капитан, спавший в шерстяном белье и издававший громовой храп. Я потряс его за плечо и прокричал текст, написанный на моей табличке. Результат оказался просто потрясающим. Он что-то проворчал и перевернулся на другой бок. Это меня совершенно обескуражило. Представьте себе, с другой стороны, насколько должна была удивить этого капитана такая картина: немецкий офицер, да еще с картонной табличкой на шее, стоящий рядом с его койкой, когда судно находится в далеких антарктических водах».

Таким необычным, но эффективным способом Хеммер и его команда из 18 человек захватили четыре 300-тонных китобойных судна. Трем другим удалось уйти. «Пингвин» же не мог пуститься в погоню за ними, поскольку именно в это время вышел из строя цилиндр в одной из его машин. Тем не менее Крюдер был вполне удовлетворен результатами ночного рейда, благодаря которому немцы без единого выстрела овладели двумя китобойными базами водоизмещением по 12 000 тонн каждая и четырьмя китобойными кораблями. И это не говоря уже об 11 000 тонн китового жира.

Но и это было не все. Оставалась еще вторая половина китобойного флота — база «Пелагос» и ее 7 китобойных судов, которые действовали примерно в 220 милях к востоку отсюда. Если они уже собирались идти домой, намеченную против них операцию необходимо было осуществить быстро. Один из китобойных судов вполне мог поднять тревогу, после чего «Пелагос» и его китобойцы обратились бы в бегство. При условиях плохой видимости, если бы они стали соблюдать радиомолчание, у Крюдера не было бы практически никаких шансов обнаружить их.

«Пингвин» по-прежнему шел на одной машине, покинув место своего триумфа в 4 часа 40 минут 15 января. У Крюдера при этом оставалось немало опасений относительно немецких команд, оставленных на борту захваченных им кораблей. Норвежцы значительно превосходили их численно (примерно в соотношении 20 к 1). Поэтому, хотя Варнинг и его люди были хорошо вооружены, норвежские моряки в любой момент могли взять верх над ними благодаря простому численному превосходству. Впрочем, эти опасения оказались напрасными. Норвежцы были настолько заинтересованы в добыче максимального количества китов до окончания сезона, что ничего, кроме этой работы, их не интересовало.

Чтобы ввести в заблуждение противника, Крюдер сначала двинулся в северном направлении, пока не вышел из поля зрения норвежских моряков. Затем он взял курс на восток. В 8 часов ремонт машины был завершен, и рейдер устремился вперед на полной скорости. Радисты продолжали следить за переговорами по радио между «Пелагосом» и его китобойцами. Видимость внезапно значительно улучшилась. Немного позже с «Пелагоса» стали по радио вызывать «Оле Веггер» и «Солглимт», однако ответа не получили. В 20 часов радисты «Пелагоса» прекратили попытки установить связь, вероятно, решив — по крайней мере, так надеялся Крюдер, — что те были слишком заняты, чтобы отвечать.

Еще через два часа сила радиосигнала позволила определить, что «Пингвин» подошел достаточно близко к флотилии «Пелагоса». Затем, в 22 часа 9 минут, когда рейдер медленно продвигался вдоль ледяного поля в сгущающихся сумерках, прямо по курсу был замечен белый свет. Через 10 минут рейдер прошел мимо китобойного судна, выдвинувшегося дальше остальных в западном направлении. Китобоец медленно дрейфовал, буксируя тушу кита, однако, несмотря на то что «Пингвин» прошел на расстоянии каких-нибудь 3–4 миль, никакой реакции со стороны норвежцев не последовало. По-видимому, экипаж крепко спал.

Прошло еще 45 минут. «Пингвин» шел вперед на скорости 16 узлов, когда его впередсмотрящие заметили свет на горизонте. Вскоре стало ясно, что это огни одного большого судна, вокруг которого находилось еще пять более мелких. Итак, «Пелагос» обнаружен.

Хотя ночь была очень темной, горизонт оставался чистым, и Крюдер опасался, что приближающийся рейдер могут заметить. Однако вскоре все вокруг заволокло легким туманом. В сочетании с паром, идущим из труб китобойной базы, это позволило «Пингвину» развить полную скорость и подойти к «Пелагосу» на расстояние 200 метров. Здесь он и оставался необнаруженным в течение часа, пока Крюдер оценивал обстановку. После наступления полуночи он приказал включить прожектора, передать на «Пелагос» распоряжение не пытаться воспользоваться беспроводными средствами связи и выслал вперед шлюпки с группами захвата.