Читать онлайн «Адмирал Дэвид Битти. История британского флота в конце XIX — начале XX в.в.». Страница 73

Таким образом, англо-американское морское соперничество, начавшись еще в годы первой мировой войны, в полной мере развернулось только с 1919 г., впервые по-настоящему проявив себя на Парижской мирной конференции. Уроки первой мировой войны показали, какой удар по торговле нейтральных стран может нанести блокада морских путей британским флотом. Не случайно поэтому президент Вильсон провозгласил в своих 14 пунктах "абсолютную свободу мореплавания как в мирное, так и в военное время". Ни один из английских государственных деятелей того времени не счел возможным удовлетворить это требование Вильсона. Встретив сопротивление со стороны Великобритании, США перешли к отрытому давлению. Вильсон предупредил, что если Англия будет продолжать отказываться от признания его требований, то американцы используют всю свою современную технику, чтобы создать самый мощный военный флот в мире.

Таким образом, на Парижской мирной конференции 1919 г. с большой остротой встала другая кардинальная проблема англо-американских взаимоотношений, тесно связанная с вопросом о "свободе морей", – проблема соотношения сил военных флотов обеих держав. Поиск взаимоприемлемого выхода из тупика осложнялся вопросом о судьбе германского флота. Английские условия капитуляции вызвали резкие возражения американской стороны. Вильсон и его адмиралы не имели ничего против изъятия у Германии всех подводных лодок. Разногласия возникли именно вокруг надводных кораблей. Американский президент вообще был против чрезмерно тяжелых условий капитуляции. Он считал, что Германии следует сохранить как минимум 10 линейных кораблей новейших конструкций. Командующий морскими операциями (в военно-морском департаменте США пост, соответствующий первому морскому лорду в Англии) адмирал Бенсон в этом вопросе был полностью солидарен с главой Белого дома. Они полагали, что наличие могущественного военного флота вблизи Британских островов поможет обуздать военно-морские амбиции Лондона. В отсутствии сильного соперника английский флот неизбежно превратится в инструмент глобального диктата.

Как уже говорилось, после подписания перемирия главные силы бывшего кайзеровского флота не были интернированы в нейтральном порту, а в полном составе попали в руки англичан. В этой ситуации американцы видели для себя предпочтительный выход в уничтожении германских военных кораблей. Однако британское руководство начало настаивать на разделе бывшего германского флота между союзниками в следующих пропорциях: Великобритании – 70%, Франции – 10%, Италии – 10%,, Японии – 8%, США – 2%. Пропорции были определены исходя из потерь, которые понесли флоты союзных держав в борьбе с Германией на морях. В рамках этих процентов распределение германских тяжелых кораблей выглядело следующим образом: Великобритании причиталось 13 дредноутов и 4 линейных крейсера, Франции – 4 дредноута, Италии – 3 дредноута, Японии – 1 дредноут и 1 линейный крейсер. США тяжелых кораблей не получали.

В случае раздела германского флота на таких условиях диспропорция в силе линейных флотов Англии и США стала бы еще значительнее, достигнув соотношения 3:1. В Уайтхолле не было единого мнения относительно целесообразности включения германских кораблей в состав английских эскадр. Их адаптация потребовала бы времени и значительных расходов, поскольку германские военные корабли имели определенные конструктивные особенности, другие стандарты калибров главной и вспомогательной артиллерии и т. п. Уэмисс считал более приемлемым уничтожить эти корабли. Его склонен был поддержать глава правительственного кабинета Дэвид Ллойд Джордж.

Но большинство военных моряков выступали за раздел. Возглавлял эту фракцию сам командующий флотом. 4 апреля 1919г. Битти представил в Адмиралтейство пространный меморандум, в котором по пунктам изложил свои соображения о сложившейся ситуации. Главные из этих пунктов гласили: "2) Когда обсуждалась судьба германских кораблей, изначально считалось, что соотношение военно-морских сил союзных держав будет оставаться таким же, как во время войны, и что, учитывая вклад британской морской мощи в общее дело победы союзников, ни одна из союзных держав не сделает попытку оспорить наше морское господство.

3) Вместе с тем, из меморандума, подготовленного американским военно-морским штабом в Париже под руководством адмирала Бенсона и процитированного в "Тайме" от 24 марта 1919 г., совершенно очевидно, что в настоящий момент американцы не собираются мириться с морским превосходством Великобритании, полагая, что при наличии существующих у них судостроительных ресурсов они смогут через несколько лет поставить себя на позиции первой морской державы. Их также вдохновляет перспектива предполагаемого состояния, в котором оказалась Великобритания после четырех с половиной лет войны.

4) Если мы в обозримом будущем хотим избежать принятия обширных судостроительных программ и в то же время противостоять американским усилиям, совершенно необходимо настаивать на разделе германских кораблей, исходя из потерь, понесенных флотами союзников. Такое распределение позволит нам продержаться в течение нескольких следующих лет, сосредоточив свои усилия на обучении персонала и разработке новых типов кораблей.

5) Превосходство на море, жизненно важное для нашего существования, должно быть обеспечено любой ценой, даже над такой предположительно дружественной державой, как Америка…".

Естественно, что предстоящая дележка очень тревожила американцев. Бенсон и офицеры генерального морского штаба уже подсчитывали новое соотношение сил, возникающее после раздела германского флота. В среде американского морского командования муссировался слух о якобы готовящейся передаче Японии английской доли дредноутов, что не прибавляло доверия в отношениях между бывшими союзниками.

В марте 1919 г. в неофициальной беседе Эдвард Хауз заявил Ллойд Джорджу: "Я подумал, что, если Великобритания потребует распределения германского флота вместо его потопления, это повлечет за собой принятие большой морской программы в Америке и что Англия и Соединенные Штаты окажутся в таком же отношении друг к другу в будущем, в каком были Англия и Германия в прошлом". Угрозу неограниченного морского строительства Вильсон намеревался использовать на Парижской мирной конференции в качестве "большой дубинки", с помощью которой можно было бы заставить союзников принять его условия. Позиция, которую с самого начала занял американский президент, была очень жесткой: англичане должны официально признать доктрину Монро, поддержать вильсоновский проект Лиги Наций и согласиться с требованием "абсолютной свободы мореплавания вне территориальных вод в мирное и в военное время", в противном случае США положат конец вековому господству Англии на морях.