Читать онлайн «Клан Кеннеди». Страница 204

В 1964 году начала создаваться система вышеназванных центров, которая была поддержана президентом Джонсоном.

Если по негритянскому вопросу и по делам, связанным с детской преступностью, между новым президентом и министром юстиции позиции совпадали, то по другим проблемам между ними уже вскоре после того, как Джонсон переехал в Белый дом, возникла политическая и личная напряженность, порой переходившая в открытую неприязнь. Она была связана прежде всего со стремлением Джонсона противопоставить программе «новых рубежей» Джона Кеннеди свою программу, которая в принципе имела бы тот же вектор, что и прежний курс, но превосходила бы его и по содержанию выдвигаемых задач, и по красочности лозунгов.

Роберт Кеннеди, как живое напоминание о «новых рубежах» и их носителе, вызывал неприятие у окружения президента и у него самого. По словам российских исследователей, Джонсон, «став президентом и частенько вспоминая о своей незавидной роли в администрации Джона Кеннеди, не хотел мириться с действиями человека, который по своему весу в Демократической партии почти не уступал ему самому»{1152}.

В результате работы помощников Джонсона родилась программа «великого общества», которая намечала действительно серьезные меры по преодолению нищеты, восстановлению крупных городов, особенно городских центров, парадоксально становившихся районами трущоб со всеми их бедами и пороками, по охране окружающей среды, по совершенствованию здравоохранения и просвещения, особенно начального образования. Критики этой программы обращали внимание не столько на ее содержательную сторону, сколько на пропагандистские лозунги, начиная с названия: действительно, современное демократическое государство должно считать поставленные задачи сами собой разумеющимися, не именуя себя «великим обществом»{1153}.

Тем не менее эта программа являлась важнейшим инструментом демократов на выборах 1964 года. Успеху Демократической партии помогло то, что в качестве главного глашатая республиканцев на выборах выступил тот самый крайне консервативный сенатор от штата Аризона Барри Голдуотер, над которым в свое время подсмеивался Джон. Это была весьма примечательная и противоречивая фигура, типичное порождение контрастов демократической Америки.

Решительно выступая против какого бы то ни было расширения гражданских прав (уже принятые законы Голдуотер с явной неохотой все-таки обещал соблюдать) и призывая к жесткой политике в отношении СССР, объявляя о готовности использовать силу оружия для защиты демократических ценностей, видя в любом просчете американской политики происки мирового коммунизма, Голдуотер в то же время красноречиво вещал об утрате американских идеалов, духа пионерства, простой религиозности. Одновременно он демонстрировал приверженность техническому прогрессу и даже сам пилотировал собственный самолет, что широко рекламировалось в прессе и по телевидению. Стараниями не только демократов, но и своих соперников из Республиканской партии Голдуотер вскоре был превращен в своеобразную карикатуру на самого себя, или, как писал историк Хофстедер, он был «похож на европейскую карикатуру американца с Запада своими ковбойскими чертами, своей осторожной, несколько старомодной моралью, которая не исключает любви к современным техническим новинкам»{1154}.

В условиях намечавшейся разрядки международной напряженности, роста левых и даже левацких настроений в США доктрины Голдуотера были явно неприемлемы большинству американцев.

Кандидатом от Демократической партии на выборах 1964 года был выдвинут Линдон Джонсон, внутренняя программа которого содержала требования «великого общества», а внешняя была относительно умеренной и предусматривала, в частности, достижение соглашения по сокращению вооружений в глобальном масштабе, но в то же время намечала и меры по «сдерживанию» коммунизма.

Успех Джонсона сначала в лагере своей партии, а затем и на всеобщих выборах в ноябре 1964 года почти неизбежно имел своим последствием всплеск недружелюбного отношения к Роберту Кеннеди, имя которого повсеместно ассоциировалось с деятельностью его покойного брата.

Наиболее четко расхождения, разногласия, а затем и конфликт проявились в решении проблем Латинской Америки.

Поначалу Кеннеди подверг критике новую трактовку Союза ради прогресса, которая была дана заместителем госсекретаря по делам этого региона Томасом Манном. Занимавший этот пост недолгое время в 1965—1966 годах, Манн решил выдвинуться, учитывая настроения президента, и представил докладную записку, в которой предлагал свернуть либерально-реформистскую деятельность Союза ради прогресса. Он считал, что двумя основными критериями для оказания поддержки Соединенными Штатами тому или иному латиноамериканскому государству являются не только приверженность западным демократическим институтам, но и полная поддержка США, причем не оговаривалось, что речь идет именно о политике по отношению к этому региону, а не о глобальном правительственном курсе. При этом в число государств с демократическими институтами включались и те, в которых у власти стояли военные группировки, формально сохранявшие систему всеобщих выборов{1155}.

Так США должны были стать заложником тех самых «сукиных сынов», по поводу которых Франклин Рузвельт якобы говорил, что это «наши сукины сыны» (на самом деле эти слова Рузвельту были приписаны, и об этом мы уже упоминали){1156}. Меморандум Манна был одобрен Джонсоном.

Конфликт Роберта Кеннеди с этим государственным деятелем, переросший в столкновение с президентом, произошел уже после того, как после избрания Линдона Джонсона на президентский пост Роберт покинул кабинет.

Став сенатором от штата Нью-Йорк на выборах 1964 года (авторитет семьи Кеннеди был настолько высок, что для победы на выборах в верхнюю палату пришлось приложить минимальные усилия) и уйдя в связи с этим с министерского поста, Роберт счел, что теперь его руки развязаны. Он чувствовал себя надежно, так как пользовался огромной поддержкой избирателей не только в «имперском штате» (то есть в штате Нью-Йорк), но и на всем северо-востоке страны, особенно в родном Массачусетсе.

События не заставили себя ждать. В апреле 1965 года в Доминиканской Республике произошло свержение автократического режима, поддерживаемого США. Было образовано временное революционное правительство, которое Т. Манн и другие сотрудники Госдепартамента сочли «прокастровским», а события — чреватыми установлением коммунистической власти. По распоряжению президента в Доминиканскую Республику была отправлена американская морская пехота, оказавшая помощь правым силам в устранении временного правительства. В связи с тем, что действия США вызвали волну критики в ряде стран Латинской Америки, Джонсон пошел на хитроумный ход — направил в Доминикану американских представителей для расследования положения дел на месте, причем предложил войти в эту группу уже не раз упоминавшемуся известному историку А. Шлезингеру, ранее соратнику Джона, а теперь помощнику Роберта Кеннеди.