Читать онлайн «Жизнь мага. Алистер Кроули». Страница 98

Подобно всем хорошим ученикам, Нойбург сохранял дистанцию между собой и своим учителем, которого называл или Святым Гуру, или, более фамильярно, АС: мало кто осмеливался называть Кроули Алистером в лицо, а были и такие, кто верил, что, если произнести его полное имя, Кроули воспользуется этой дерзостью и применит к смельчаку свою власть.

Восемнадцатого ноября путешественники высадились в Алжире, по канатной дороге добрались до Эль-Арбы, откуда, запасшись провизией, пустились в пеший поход по пустыне. Несколько первых ночей они провели в убогих придорожных гостиницах, но вскоре, оставив позади места оседлого проживания людей, стали располагаться прямо под открытым небом, заворачиваясь в спальные мешки, поскольку ночи в пустыне становились холодными. Это и был, как заявлял Кроули, правильный способ осматривать страну — пешком, а не из окна автомобиля или роскошного купе поезда.

Смотреть на открывающиеся виды и переживать приключения — вот что главным образом входило в намерения Кроули, когда он путешествовал: он удовлетворял свою страсть к путешествиям, а потому игнорировал предупреждения представителей французских властей в Алжире о том, что они с Нойбургом легко могут наткнуться в пути на бандитов. Разумеется, поначалу у него в голове не было никакой магической цели, хотя он и взял с собой в дорогу кое-что из своих магических одежд и принадлежностей, включая украшенный драгоценными камнями крест с крупным топазом. Все эти вещи, в том числе большое золотое кольцо с массивной сапфировой звездой, которое Кроули купил на Цейлоне, служили не только магическим целям. Кроули надеялся, что они будут свидетельствовать о его величии перед всеми, кто встретится ему на пути. Само наличие такого кольца на его пальце заставляло людей уважать его. Заходя в кофейню, Кроули чертил своим кольцом астрологические знаки в воздухе, читая при этом строки из Корана, которые потом обсуждал со своими спутниками. Чтение вслух текстов из Корана было ежедневным занятием Кроули.

Кроули был убеждён и, возможно, не ошибался, что чтение им вслух отрывков из Корана, а также магические драгоценности и в самом деле производили впечатление на местных арабов. Однако он был не меньше убеждён в том, что его неофит никакого впечатления на них не производил. Нойбург со своей «неуклюжей шаркающей походкой и странными телодвижениями, с виноватым взглядом и сумасшедшим смехом» принижал собой любое впечатление, которое производил Кроули. Нужно было что-то с этим делать, поэтому Кроули состриг с головы Нойбурга все волосы, кроме двух прядей — по одной с двух сторон головы, выкрасил эти пряди в красный цвет и завил их наподобие маленьких рожек. Теперь неофит превратился в ручного демона и компаньона Кроули. Эта перемена внешности произвела желаемый эффект. «Чем более странно и жутко выглядел Нойбург, — писал Кроули, — чем более абсурдно и гротескно он себя вёл, тем большим уважением местные жители проникались к магу, которому удалось приручить столь фантастического и ужасного джинна». Общее впечатление усиливал Кроули, отпустивший на время длинную бороду и абсолютно обривший голову, если не считать единственного клочка волос посередине лба. Кроме того, он носил арабский бурнус, а также свои магические одежды для церемоний. Нойбург принимал такое обращение спокойно. Он относился к учителю с рабской покорностью, а возможно, получал удовольствие от его садистских действий.

К 22 ноября странная парочка прибыла в Омаль, ныне известный какСур-эль-Гозлан, и остановилась в гостинице «Гросса». В первый же вечер после ужина они отправились гулять по городу. «Мы оказались в одном непристойном месте, где, как я вынужден признать к моему глубокому сожалению, мой спутник недвусмысленно проявил свои порочные наклонности. Моя ответственность перед его бедной матерью и дядюшками, так же как и перед моим собственным нравственным чувством, заставила меня при помощи слов, действительно жестоких, но заслуженных, пресечь это ужасное стремление к половым сношениям. Сам же я провёл время с арабскими девушками».

Однако в Омале произошло нечто более важное, чем случай с Нойбургом. Здесь Кроули услышал голос, приказывающий ему идти в пустыню. Это был тот же голос, который диктовал ему «Книгу Закона» в Каире в 1904 году. Кроме того, голос дал ему понять, что он должен продолжить магические занятия, прерванные им в Мексике в 1900 году и касающиеся Девятнадцати Ключей (или Призывов).

Речь идёт о магических заклинаниях, иногда называемых Ключами и открытых «сэром» Эдвардом Келли и Джоном Ди, астрологом королевы Елизаветы I. Оба они были выдающимися магами. Ди был математиком и алхимиком, вычислившим благоприятную дату для коронации Елизаветы; Келли — магом и медиумом, который использовал «камень видения» (или хрустальный шар), чтобы делать предсказания и общаться с духами. Именно таким образом он получил Ключи, записав их под диктовку (задом наперёд, чтобы избежать воздействия пробуждаемых заклинаниями сил) нескольких духов, которые говорили на енохианском языке, языке ангелов. Два из девятнадцати Ключей пробуждали «стихию Духа», шестнадцать — были способны вызвать четыре основных стихии, тогда как последний Ключ позволял призывать любой из тридцати Эфиров, представлявших собой духовные субстанции, более тонкие, чем материя, известных также под названием «воздухи».

Девятнадцать Ключей были чрезвычайно важны для церемоний «Золотой Зари», поэтому Кроули изучал их с Мазерсом, а позднее — по рукописям Ди и Келли в Бри-. 1 танском музее и музее Эшмола в Оксфорде. Будучи в Мексике, он вызвал образы 29-го и 30-го Эфиров, но не смог продвинуться дальше, поскольку был слишком неопытен в магии: теперь, став специалистом, он мог продолжить. Кроме того, у него были с собой его записи и копия «Ключей к тридцати Эфирам» Джона Ди, которые алхимик переписал в том виде, в каком получил их Келли.

Повинуясь приказу голоса, Кроули и Нойбург направились на юг и углубились в пустыню. Кроули должен был исполнять ритуалы, в то время как Нойбургу, его магическому секретарю и писцу, следовало записывать всё, что он говорит, и делать заметки обо всём происходящем.

Когда они находили уединённое место, где едва ли кто-нибудь мог их увидеть, Кроули брал в руки крест и, используя топаз в качестве «камня видения», входил в состояние транса. У него были видения, и он повторял слова, которые слышал. Нойбург преданно всё записывал.

Из Омаля они добрались до расположенного примерно в шестидесяти милях к югу Бу-Саада, преодолев часть пути пешком, а другую часть — в запряжённой лошадьми повозке и прибыв в пункт назначения через пять дней, 27-го ноября. Взглянув на город, Кроули оценил его как одно из самых красивых мест, которые он когда-либо посещал. Известный как место паломничества художников, город представлял собой уединённый оазис, застроенный белёнными известью домами, поросший пальмами, окружённый зарослями кактусов и миндальными садами и орошаемый рекой, берущей начало в горах и бегущей по ущелью на юг.