Читать онлайн «Так шли мы к победе». Страница 146

Командир литовского батальона майор Вольфас Виленскис, расставив на переднем крае обороны почти все пулеметы и часть стрелков, со своими главными силами устремился в тыл атакующим. Внезапное появление там советских солдат вызвало у гитлеровцев панику. Они бросились назад и столкнулись с бойцами Виленскиса, которые, уничтожив в рукопашной схватке около сотни фашистов, рассеяли атакующих. Увидев, что в помощь удиравшим фашистам развернулось около двух пехотных рот противника, майор Виленскис лег за пулемет и снайперским огнем отбил их атаку. Оправившись от испуга, гитлеровцы предприняли еще две атаки, но успеха так и не добились.

Генерал П. Г. Чанчибадзе правильно оценил вылазку противника как начало атак подошедших резервов. Он потребовал от командира 16-й Литовской дивизии полковника Урбшаса подготовиться к отражению нового, более мощного натиска. Поэтому 13 октября довольно сильный удар двух полков пехоты и 50 танков на стыке 249-го и 167-го стрелковых полков 16-й Литовской стрелковой дивизии не был неожиданным. И все же частям дивизии выпала трудная задача. Четырежды противник при поддержке танков обрушивался на батальоны 249-го полка. Дважды бой заканчивался ожесточенной рукопашной схваткой. Четвертая атака гитлеровцев была особенно яростной. Фашистские солдаты, обезумевшие от шнапса и вида многочисленных трупов своих сообщников по разбою, прорвались почти к самым окопам подразделений нашего полка. И в этот решающий миг над бруствером поднялся во весь рост подполковник Лысенко. Метнув гранату и стреляя на ходу из автомата, он бросился навстречу врагу. Воины-литовцы вслед за командиром в одно мгновение взметнулись над окопами, обогнали подполковника, прикрыли его и сшиблись с приблизившимися фашистами. Рукопашная схватка длилась около часа. Никто не хотел признать себя побежденным. Но то ли гитлеровцы постепенно трезвели, то ли они просто не выдержали — сначала лишь раненые фашисты покидали поле боя, затем одиночки выскакивали из гущи дерущихся и устремлялись в тыл, а потом настал тот момент, когда немцы стали все заметнее пятиться и вдруг, словно по команде, в панике бросились назад.

Федор Константинович Лысенко за геройство, проявленное в этом бою, был удостоен звания Героя Советского Союза. Были награждены и многие его подчиненные.

..А тем временем наш прорыв к морю все-таки вынудил Гитлера отказаться от решения удержать район Риги за собой. Как впоследствии выяснилось, узнав о падении Паланги и выходе советских войск к морю севернее и южнее Клайпеды, фюрер разрешил своему любимцу Шернеру с вечера 12 октября отвести войска из района Риги на Курляндский полуостров. Но Шернер не успел организовать отвод, так как атаки 2-го и 3-го Прибалтийских фронтов вынудили оккупантов под угрозой окружения улизнуть из района латвийской столицы. В этот день Андрей Иванович Еременко, постоянно державший меня в курсе событий на подступах к Риге, поспешил поделиться со мной радостью: войска его правого соседа — 3-го Прибалтийского фронта — очистили правобережную часть города от фашистов, а его армии стремятся отрезать пути отхода противника к западу от столицы Советской Латвии — Риги.

В связи с отступлением из Риги войска группы армий «Север» словно сматывались в плотный клубок на Курляндском полуострове. Я подумал, что разматывать его будет нелегко. Мне тогда казалось, что в создавшейся обстановке необходимо было всеми наличными силами 2-го и 3-го Прибалтийских фронтов без каких-либо перегруппировок и паузы в наступлении перейти к решительному преследованию не всегда организованно отступавших из Рижского укрепрайона главных сил группы армий «Север», не допустить их беспрепятственного отхода. Необходимо было нанести им поражение, поскольку в Курляндии гитлеровцы могли спастись от наших ударов, перейдя к жесткой обороне в благоприятных условиях лесисто-болотистой местности. Важно было максимально использовать относительно сухое время для решительного наступления, чтобы еще до тяжелой, характерной для Прибалтики распутицы всеми силами и средствами, которыми располагали Прибалтийские фронты и Балтийский флот, расправиться с основными силами курляндской группировки врага.

16 октября, после овладения Ригой, 3-й Прибалтийский фронт был упразднен. При этом две его армии выключились из наступательных действий: 67-я, действовавшая на правом крыле 3-го Прибалтийского фронта, была передана Ленинградскому фронту и получила пассивную задачу по противодесантной обороне побережья Рижского залива, а 54-я выводилась в резерв Ставки. 1-я ударная армия передавалась А. И. Еременко, 61-я — 1-му Прибалтийскому фронту. Однако фактически войска армии П. А. Белова пришли к нам лишь спустя две недели, в самый разгар осенней распутицы, когда вести наступательные действия стало практически невозможно. Эта реорганизация потребовала перегруппировки войск 2-го Прибалтийского фронта. И решением Ставки начало общего наступления против курляндской группировки было перенесено на 27 октября.

Читатель также, вероятно, не забыл и того, что 39-я армия 3-го Белорусского фронта была устранена от дальнейшего участия в незавершенной еще Мемельской операции.

Все это в совокупности облегчило немецко-фашистскому командованию отвод рижской группировкп в Курляндию и переход здесь силами 36–38 дивизии (в том числе 7–8 танковых и моторизованных) к жесткой обороне на фронте от юго-восточных подступов к Лиепае и до Тукумса, протяжением всего в 210 километров, имея при этом на весьма благоприятной для обороны местности очень высокую оперативную плотность — около 6 километров фронта на одну дивизию.

В связи с этим темпы нашего наступления вскоре резко снизились. На каждую атаку немецко-фашистские войска, имея крупные резервы, отвечали сильными контрударами. Каждый километр доставался нам лишь в итоге ожесточенных схваток. Однако в эти неблагоприятные для наступления осенние дни напряженные бои не прекращались ни на один час.

Должен сказать, что, как у руководящего состава Прибалтийских фронтов, так и в Генеральном штабе, Ставке, возникло убеждение, что гитлеровское командование, учитывая сложившуюся к тому времени на советско-герман-ском фронте обстановку, обязательно постарается как можно быстрее эвакуировать войска группы армий «Север» из Курляндии в Германию, чтобы использовать их для обороны «фатерлянда». Такое мнение было вполне логичным, ибо Гитлеру и его ближайшему окружению, безусловно, было бы весьма выгодно заполучить более трех десятков дивизий группы армий «Север» для попыток остановить советское наступление у границ Германии.