Напишите о себе. Кланяемся, помним, любим.
Ваш К. Алексеев
470. Л. Я. Гуревич
2 октября 1914
Москва
Дорогая Любовь Яковлевна!
Открываем возобновлением "Горя от ума" (Добужинский исправляет прежнюю постановку)1.
Третья постановка – Пушкина: "Каменный гость", "Пир во время чумы" и "Моцарт и Сальери" 3.
"Осенние скрипки", вероятно, останутся в студии 4.
Забыл написать. Весь наш багаж нашелся. Он был разыскан в Мюнхене – гостиница "Roter Hahn", a потом переслан в Линдау экспедитору, у которого он пока и застрял. Хлопочем получить багаж, но, пожалуй, до окончания войны это не удастся. Жена подробно пишет Вам об этом.
Что сказать о себе? Война так давит меня и всех, что приходится из последних сил напрягаться, чтобы работать в искусстве, которое стало таким лишним, ненужным.
Ваш К. Алексеев
Очень понимаю Вашу боль за брата и не нахожу слов, чтобы утешить Вас. Вспоминая все муки, которые переживают теперь миллионы людей из-за Вильгельма Преступника, начинает казаться, что судьба Вашего брата сравнительно терпима. А пройдет война, и надо думать – его вернут. Все это, конечно, плохо утешает…
27 октября 1914
Москва
Дорогой Сулер.
Так понятно, что Художественный театр хочет иллюстрировать мощь России, для чего и нужны единение, золотые ширмы, большая толпа, мощный звук и гений Грибоедова. Художественный театр славит союзника, который, подобно Бельгии, воюет ради идеи мира и международных законов, которые только одни могут уничтожить в будущем войну.
Ваш К. Алексеев
472*. M. E. Пятницкому
3 декабря 1914
Москва
Очень тронут Вашим вниманием и присылкой карточки на концерт крестьян. Если мои дела освободят меня на указанные Вами дни, доставлю себе огромное удовольствие побывать на Вашем концерте. Желаю Вам искренно полного успеха в Вашем симпатичном деле.
С совершенным почтением
К. Станиславский
473*. К. К. Алексеевой
12 декабря 1914
Москва
Залаживал Пушкина1, много играл; вот почему не писал эти дни. О чем тебе интересно знать? Во-первых, о войне; во-вторых, как прошел "Пазухин"2; в-третьих, о кукольной выставке. Вот, кажется, и все, что было интересного за это короткое время. О войне говорят много и без толку. Решили, что Варшаву отдают, и очень волновались этим. Потом ходили сплетни, что уже там учреждена милиция. Оказалось, что милиция уже давно разрешена, а не по случаю сдачи Варшавы, которую и не намерены сдавать. Теперь оказывается, что о милиции хлопочут, но что ее еще нет. Сегодня говорили в театре, что какой-то важный военный, приехавший только с войны, говорил, что это время ничего сообщать не будут (или, вернее, будут сообщать пустяки), так как боятся разглашения тайн, даже среди самого штаба, но что будто надо ждать в скором времени радостных известий и что наша тактика – гениальна будто бы.
– Зачем изображать на сцене негодяев? Надо изображать только прекрасных людей… и т. д.
???? тут д.б. рисунок (в книге стр.604)
Твой папа
Жму руку и обнимаю Александра Георгиевича. Целую ручку Марии Ивановне. Очень сконфужен, что не простился с ней.