Читать онлайн «Лазо». Страница 46

Гневно осудили делегаты съезда лицемерие союзников, заявивших вначале о своем невмешательстве во внутренние дела России, а затем захвативших Сибирскую железную дорогу, рудники и другие самые важные отрасли промышленности.

Виновниками свержения истинно народной власти Советов съезд считал городские и земские самоуправления и правые социалистические организации, которые стали на путь борьбы с народной трудовой властью.

«Называющее себя Всероссийским правительством (Омское), — говорилось в постановлении съезда, — считать врагом народа и беспощадно с ним бороться. Единственной властью России признать Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет Советов рабочих и крестьянских депутатов и Совет Народных Комиссаров — власть, служащую интересам трудового народа всего мира и находящуюся в г. Москве».

Съезд потребовал «немедленного освобождения местностей, занятых иностранными войсками, и вывода их из пределов России, Сибири и Дальнего Востока» и принял решение «восстановить во всем Ольгинском уезде Советы рабочих и крестьянских депутатов, избрав… Исполнительный Комитет, коему передать всю полноту власти в уезде» [30].

Эта резолюция была принята единогласно и распространена по всему Приморью.

Съезд обсудил и принял выработанную специальной комиссией декларацию консульскому корпусу во Владивостоке для доведения до сведения их правительств, народа и войска, находящегося в Сибири и на Дальнем Востоке.

В декларации говорилось о том, что в ответ на неслыханные насилия над мирным населением трудящиеся Ольгинского уезда взялись за оружие, изгнали колчаковцев и восстановили Советы. «Вы своим присутствием и своими действиями, — заявлял съезд иностранным дипломатам, — разжигаете и поддерживаете кровавую гражданскую войну в России, раздирающую нас и наши земли на куски. Вы помогаете кучке спекулянтов, торговцев, капиталистов, промышленников, офицеров и чиновников издеваться над во-лей большинства, творить неслыханное насилие над рабочими и крестьянами. Мы заявляем вам, экспедиционным войскам, что не воюем с народом ваших стран и не хотим воевать с вами.

Но до тех пор, пока вы находитесь на нашей территории вооруженными, пока вы поддерживаете врагов, мы будем вести борьбу до последней капли крови…»

На четвертом заседании 29 июня, открывшемся в восемь часов утра, съезд заслушал информацию Лазо о боях партизан с американскими войсками под Романовкой. 30 июня на закрытом заседании были утверждены по докладу Лазо основные положения об организации и управлении партизанскими отрядами: во главе всех отрядов уезда стоит командующий отрядами уезда, избранный революционным Исполнительным комитетом Советов и утвержденный партизанами всех отрядов. Командующий отрядами самостоятелен в исполнении боевых операций, но в отношении общих целей и задач ведет работу по указаниям революционного Исполнительного комитета.

О земле, лесе, горных богатствах и по всем другим вопросам съезд принял решения, учитывая интересы трудящихся и в полном соответствии с декретами Совета Народных Комиссаров.

Корейские делегаты просили предоставить им места в Исполкоме, и съезд вынес решение: «Предоставить место в Исполкоме корейским представителям». Аграрная проблема в отношении корейцев и прочих национальностей разрешалась также по законам Российской Советской республики: все пользуются землей «на равных основаниях с русскими гражданами» и «должны нести все обязанности и повинности с ними наравне» [31].

Съезд строго оберегал революционную законность, стремился привить населению чувство ответственности за свои дела, запрещал самостийные действия. В постановлениях съезда говорилось, что конфискации, реквизиции и контрибуции проводятся лишь по решению народного суда, причем конфисковать имущество можно только у контрреволюционеров, спиртоносов, спиртогонов и подобных им лиц. Съезд предупредил, что при конфискации и реквизиции необходимо сохранять книги и другие культурные ценности, образцовые усадьбы, сады, породистый скот, оленьи питомники, пчельники.

Вокруг некоторых вопросов разгорались жаркие споры. Огромное политическое значение и особую остроту имел тогда вопрос о ценах на рыбу и на хлеб. В Ольгинском уезде много рыбаков, но еще больше хлеборобов. Понятно, что хлеборобам легче обойтись без рыбы, чем рыбакам без хлеба. И получилось так, что цены на хлеб были очень высокие, а на рыбу более чем скромные. Нужно было как-то урегулировать этот сложный вопрос, грозивший расколом между двумя большими группами населения.

Сергей Лазо проявил здесь еще одну сторону своего дарования. Он выступил и как страстный боец и как умный политик. Тактично и осторожно полемизировал он с хлеборобами, которые категорически возражали против снижения цен на хлеб и повышения цен на рыбу и долго не хотели уступать своих позиций. Не будет, пожалуй, преувеличением сказать, что только благодаря спокойной и убедительной агитации Лазо удалось провести цены, намеченные краевым комитетом партии.

На съезде Лазо был единодушно избран командующим партизанскими отрядами Приморской области. Этим народные массы выразили свое доверие представителю партии большевиков.

Отряд Гаврилы Шевченко считался самым тяжелым среди партизанских отрядов Сучанской и Цемухинской долин. Шевченко был боевым партизаном, одним из первых казаков, начавшим борьбу с белогвардейцами на Гродековском фронте в 1918 году. Своими смелыми операциями он доставил много огорчений колчаковцам и на Уссурийском фронте. Но вместе с тем Шевченко не подчинялся революционному штабу, разыгрывал «батьку-атамана» и дрался с белыми на свой риск и страх. Самостийные действия командира, несмотря на его популярность, бесспорную храбрость, преданность делу революции, не давали возможности единым организованным фронтом бить врага. Отряд Шевченко был очень разнородным и поэтому требовал особого внимания.

С него и начал Лазо работу по укреплению революционной дисциплины. По решению Дальневосточного областного комитета партии нужно было подчинить разрозненные партизанские отряды единому командованию. Вместе со своим штабом и уполномоченным обкома партии Лазо прибыл в село Новороссия, где стоял цемухинский отряд Шевченко.

Начальник штаба отряда И. Мелехин в своих воспоминаниях так описывает это событие.

«Лазо тепло поздоровался, пожав всем нам руку, внимательно посмотрел на карту, разложенную на столе, и сказал:

— Да, у вас пятиверстка! Замечательно! Редкая карта в настоящих условиях. Хорошо бы всем отрядам иметь такие карты.