Читать онлайн «Берия без лжи. Кто должен каяться?». Страница 83

Хотя… Хотя, к сожалению, авторитаризм имеет и много отрицательных черт. Главная отрицательная черта заключается в самой системе правления. Если примем во внимание, что не существует идеальной системы правления и любое государство рано или поздно заходит в тупик, мы должны признать, что единожды взятый курс государство время от времени должно менять в соответствии с реалиями времени. Государственная система требует обновления. Государственное реформирование — дело слишком трудоемкое, и осуществить его непросто. Особенно эта трудность проявляется при авторитарном режиме правления, поскольку вопрос реформирования зависит от одного человека, который и решает, насколько это важно. Менять собственное мнение не очень свойственно человеку, правителю же, каким бы мудрым он ни был, ничто человеческое не чуждо.

Советским Союзом управлял Сталин, и взятый им курс полностью соответствовал марксистской теории. Этот путь был бы оправдан лишь в том случае, если бы марксистский путь развития был идеальным. К сожалению, у этой теории был один большой недостаток — его субъектом был человек, осуществить же идеи Маркса, политические ли или экономические, возможно было лишь в том случае, если бы изменился человек.

Изменить природу человека не смог никто. Не дано было это и Сталину. Выход был найден лишь в применении репрессивных мер, которые должны были ограничить человеческие страсти, ограничить его стремление — жить лучше другого. Только применяя силу, можно было осуществить главный постулат Маркса: от каждого по способностям — каждому по труду.

Сталин отказался изменить данный курс и, более того, решил распространить эти идеи по всему миру, хотя, как мы уже отметили, осуществляя большую политику, часто политик путает политические интересы своего государства с идеологическими. В конце концов верх берет реальная политика, идеология же остается ширмой. В Советском Союзе верный путь знал лишь один человек — Сталин, и пререкаться с ним было опасно.

Созданная им плановая экономика принесла свои плоды. Она дала государству возможность встать на ноги и победить в страшной войне, но эта система изжила себя, и экономика, имеющая собственные законы, требовала перехода на принципы свободного рынка, что было делом непростым, но необходимым. С идеологической точки зрения это было неприемлемо, поскольку не соответствовало великим заветам Маркса. Именно по этой причине Сталин упрямо продолжал строительство коммунизма.

Авторитаризм начал приносить отрицательные плоды. Даже гений Сталина не мог справиться с невыполнимой миссией. Экономическая политика уже не соответствовала реалиям, но железная рука Сталина старалась изменить ее русло.

Кроме всего вышеупомянутого у авторитарного режима есть еще один большой минус, непосредственно связанный с самим правителем. Каким бы авторитетом он ни пользовался, со временем в глазах обожающего его народа он теряет привлекательность и встает перед опасностью потери власти. Грубо говоря, его личность начинает надоедать.

Лучшим лекарством в данной ситуации является пропаганда, но если это орудие действенно по отношению к широким массам, на ближайшее окружение оно не оказывает желаемого воздействия.

Сталин был гениальным политиком и лучше других видел, насколько призрачна власть правителя. Ближе всего к катастрофе перед опасностью потери власти он был перед войной, когда наступление немцев оказалось неожиданно сильным. В отличие от бреда, автором которого опять же стал Хрущев, Сталин не сбегал на дачу и не искал выхода в пьянстве. Этот факт подтверждается хотя бы журналом приемов, из которого хорошо видно, каким насыщенным был график Сталина в начале войны. Работа велась в течение суток, без передышки, и этой работой, хорошо или плохо, руководил именно он.

Хотя после нескольких тяжелейших дней и Сталин ненадолго впал в депрессию. Его положение можно обозначить словами, сказанными соратникам: «Ленин оставил нам великое наследие, а мы, его наследники, все это про… али…». Если принять во внимание источники данного свидетельства, можно поставить под большим вопросом его реальность, но положение, созданное в то время, оно передает с точностью. Сталин находился в одном шаге от личной катастрофы.

Об этом говорят и его слова, сказанные 24 мая 1945 г. во время тоста, произнесенного за русский народ: «У нашего правительства было немало ошибок, были у нас моменты отчаянного положения в 1941—42 гг., когда наша армия отступала, покидала родные нам села и города Украины, Белоруссии, Молдавии, Ленинградской области, Карело-Финской республики, покидала, потому что не было другого выхода. Какой-нибудь другой народ мог сказать: вы не оправдали наших надежд, мы поставим другое правительство, которое заключит мир с Германией и обеспечит нам покой. Это могло случиться, имейте в виду».

Как видим, Сталин вовсе не переоценивал свои силы, как мы представляем сегодня. Несмотря на то что в войне он победил, благодаря чему Советский Союз контролировал половину Европы, Сталин хорошо понимал, что эйфория первых дней победы скоро пройдет и его власть снова может встать под вопросом.

Понимал он и то, что на смену старым большевикам идет новое поколение, которое было бы не прочь занять его место. Вопрос усугублялся тем, что, несмотря на то, что Сталин был не таким уж и пожилым, трудности жизни, особенно после Второй мировой войны, оставили свой след на здоровье, и он уже не выглядел таким бодрым.

У Сталина были две главные политические проблемы: первая — укрепление собственной власти (Сталин вовсе не собирался умирать) и вторая — поиск преемника, который продолжил бы великое дело Маркса, Ленина и Сталина после смерти последнего.

Дело это было нелегким. Выбор стоял между старыми и новыми кадрами, хотя на эту тему Сталин не очень долго рассуждал и старых соратников очень быстро вывел из списка преемников.

Кем были эти старые? Молотов, Каганович, Маленков, Микоян, Хрущев и Берия (Ворошилов уже не входил в этот список). Ни одного из перечисленных Сталин не рассматривал в качестве преемника, и на это были свои причины.

После войны отношения между Молотовым и Сталиным были очень напряженными. Правильнее будет сказать, что в глазах Сталина Молотов не оправдал себя и не стоял на должном уровне. Молотов совершил ряд дипломатических ошибок, когда Сталин отдыхал в Сочи. Во время переговоров с американцами Молотов пошел на неприемлемые для Сталина уступки. Молотов оценил их как либерализм в дипломатии, которые в реальности создавали впечатление уступок, допустить которые Сталин не мог. Хотя, возможно, они не носили такого катастрофического характера, каким его представил Сталин.