Читать онлайн «Чингисхан». Страница 86

Можно ли в самом деле говорить, как Рене Груссэ, что Чингисхан обладал «трезвым умом» и «замечательной уравновешенностью», или как Владимирцов, что монгольский государь «ни в коей мере не отличался кровавой жестокостью», или утверждать, как Амби, что он был «спокойным человеком, хладнокровным, не склонным к вспыльчивости?» Эта относительная снисходительность к завоеваниям монгольского хана удивляет, так как итог разрушений, причиненных монголами, был чрезвычайно тяжел: Вернадский не так давно подсчитал, что человеческие потери на театрах внешних военных операций Монголии измеряются многими миллионами жизней.

При современном состоянии источников человека трудно увидеть, еще труднее описать и понять. На каждом повороте его судьбы может появиться новая подробность и присоединиться к тому сложному набору элементов, который представляет собой наш герой.

Человек был бесспорно self made man[25]. Если он претендовал на принадлежность к аристократическому роду, невозможно утверждать, что он был «царского» происхождения. Его отец, Есугэй, был багатур (смелый), основавший свой собственный род, род Борджигина, со своей родней и небольшим числом приверженцев, которых он водил не без успеха в отчаянно смелые вылазки против татар и рузгенов. Тэмуджину не долго пришлось пользоваться отцовской защитой: его не стало, когда сын был еще ребенком, и смерть Есугэя привела к социальному упадку рода и его разобщенности.

Семейную ячейку спасла Оэлун, вдова Есугэя, — ее энергия и мужество; ей пришлось самой руководить домочадцами. Необходимо подчеркнуть важную роль, которую Оэлун будет играть в жизни Чингисхана. Она никогда не отступится, даже когда ее сыновья, и особенно старший, завоюют власть и славу. При любых обстоятельствах она сумеет их отчитать, даже в присутствии свирепых воинов. Году в 1206-м, когда Чингисхан заподозрит своего брата Джучи-Казара в тайных интригах, направленных против него, и велит его арестовать, Оэлун вмешается и, как сообщает «Сокровенное сказание», Чингисхан произнесет эти слова-признание: «Я боюсь матери: мне перед ней стыдно». Чем вызвана эта покорность: властностью и силой характера Оэлун или убийством своего сводного брата Бектэра? Во всяком случае, Чингисхан, кажется, боялся матери до самой ее смерти.

По совету Бортэ, своей супруги, Чингисхан принял бесповоротное решение порвать со своим другом детства Джа-мукой. Вы помните, что смущенный поведением своего anda Чингисхан обратился за советом к матери, но вмешалась Бортэ и решила разлучить мужа с его товарищем по оружию. Может быть, благодаря Бортэ будущий хан сумел пойти своим путем, став, таким образом, явным соперником Джамуки.

Еще один эпизод, который мы уже приводили, свидетельствует о том, что Чингисхан внимательно прислушивался к мнению женщин: накануне выступления в поход против империи Хорезм Есуй убедила его решить вопрос о преемнике. И Чингисхан, победитель татар и кераитов, покоривший императорский Китай эпохи Цзинь, уступает доводам своей сожительницы. Более того, он публично заявляет, что ценит ее слова, — слова, подчеркивает он, которые никто из его близких никогда не посмел при нем произнести!

Говорят, что у Чингисхана были сотни женщин. Некоторые рассказы, проверить которые невозможно, дают между тем понять, что Чингисхан угас в объятиях наложницы, поднесшей ему отравленный напиток. Очень поздняя хроника, написанная в XVII веке, предполагает, что причиной его смерти была царица Си-Ся, Корбелджин. В соответствии с первой версией, изложенной в этой хронике, после того как Чингисхан разделил с ней ложе, его поразила болезнь, которая вскоре свела его в могилу. О какой болезни идет речь? Можно только строить догадки. По второй версии, прекрасная Корбелджин «зажала в своем влагалище нечто маленькое и острое, что ранило государя; после этого она убежала и бросилась в Хуанхэ!» Но эта интерпретация кажется сомнительной: тема зубастой вагины очень распространена в различных легендах мира, например, в Сибири. Но, несмотря на своих многочисленных наложниц, великий хан никогда не изменял своей привязанности к Бортэ.

Чингисхан был глубоко привязан к семейному клану. Однако, не возвращаясь к убийству его сводного брата, необходимо вспомнить, что он столкнулся с Джучи-Казаром, в котором видел соперника, и что он также подозревал, видимо, необоснованно, своего сына Джагатая. Но с этими оговорками можно сказать, что он широко опирался на своих родственников.

Из своих первых статистов он сделал сообщников, затем соратников; Джелмэ, Мукали будут осыпаны почестями и богатствами. Чингисхан верен своим верным помощникам и делит с ними славу и судьбу. Если ему честно противостоят, он может проявить суровость, но ему случалось уступить милосердию. Но пусть не вздумают прибегнуть к предательству, — тогда он неумолим!

В таком поведении проявляется что-то от деспота, упрямого и жестокого, пленника догмы, которую он редко подвергает сомнению: он один прав. Этот характер, насколько его можно понять, нельзя представлять себе как нечто монолитное. Властный, резкий, ревниво оберегающий свои интересы и неоспоримые права, честолюбивый, конечно, но верный и великодушный. Он может простить ужасную оплошность и строго наказать из-за пустяка. Он снисходителен к Тогрилу, стареющему государю кераитов, ведущему с ним двойную игру, и способен предать мечу вражеский гарнизон, который только исполнял свой долг.

Со времени своего восшествия на престол великого ханства Чингисхан окружил себя советниками и слугами: вместе с его боевыми соратниками и фаворитками они составляли настоящий кочующий двор. Писцы-уйгуры или кидани, многочисленные восточные купцы, паломники, китайские артиллеристы, артисты или простые путешественники не упускали возможности нанести ему визит. Озабоченный открытием караванных путей, Чингисхан охотно принимал иностранцев, любил беседовать с ними, расспрашивать об их обычаях, религии, странах, которые они повидали. Много говорили о веротерпимости хана и его преемников, так как прозелитизм представителей всех религий встречал у них доброжелательный прием. Но, может быть, эта терпимость была всего лишь результатом безразличия. Чингисхан, кажется, умел также наводить справки о территориях, которые собирался захватить. Разведчики, переодетые шпионы, агитаторы часто использовались монголами перед завоевательными походами.

На миниатюрах, как и на портретах, персидские или китайские художники изображали хана, окруженного изысканной роскошью, но сохранилось очень мало достоверных сведений о его подлинной манере одеваться. Единственный, считающийся подлинным портрет хана представляет его очень просто одетым. Несмотря на то, что он, может быть, носил парчу, когда стал властелином империи, простиравшейся от Тихого океана до Каспийского моря, он сохранил, конечно, непринужденность «ковбоя» — коневода, помноженного на охотника, привыкшего к жизни на вольном воздухе. Чингисхан собрал значительные трофеи во время своих захватнических войн; утверждают, что, когда он получил верховную власть великого хана, он восседал на троне, покрытом шкурой белоснежной кобылицы. Его шатры должны были ломиться от сокровищ, добытых на краю света. Но его, кажется, не привлекали материальные блага. Он оставался кочевником, для которого единственным богатством было то, которое можно увезти с собой.