Читать онлайн «Тайны парижских манекенщиц (сборник)». Страница 59

Одна гениальная находка следовала за другой. Вместо изготовления туалетов по заказам клиенток, он придумал ансамбль платьев и выставил их на продажу. Ворт создал первую коллекцию. Вместо того чтобы демонстрировать их в уменьшенном виде на небольших деревянных куклах или использовать манекены из лозы, как это делалось издавна, он изготовил их по меркам своей жены, которая представляла в салонах и даже на бегах в Буа, Довилле, в Опере. Она стала первой манекенщицей.

Ударные идеи Чарльза-Фредерика Ворта привели к феноменальному успеху, окрылившему его. Стоит вспомнить, что, когда он изобретал свои удивительные кринолины, создал и первую юбку-брюки! А его жена вызвала скандал на бегах, осмелившись впервые появиться без вуали на задней части шляпки, то есть с открытым затылком. Подумайте только!

Его клиенткой стала императрица Евгения[236]. Ее доверие, верность, дружба окончательно способствовали его восхождению, сделав модельером всех европейских дворов.

Вел он себя как истинный сеньор. Едва в каком-нибудь королевском доме объявлялось о грядущем рождении, он готовил роскошное детское приданое, вернее два его варианта: в розовых и голубых тонах. В зависимости от того, кто рождался, мальчик или девочка, посылал тот или иной наряд с подобострастными пожеланиями. Как могла принцесса, когда вырастала, не стать его клиенткой? Второй вариант уничтожался, чтобы подарок оставался уникальным.

Императрица Евгения. Фото Диздери из коллекции Роми

При таком подходе все знаменитости вскоре выстроились в очередь, чтобы одеваться у него. Дузе[237] засыпала его телеграммами (тогда говорили «депеши»), вымаливая у него советы. Кастильоне[238], императрица Австрии[239], одна из его самых верных коронованных особ… А однажды на светском сборище одна очень известная женщина бросилась ему на шею и воскликнула: «Я уродина, спасите меня!» Это была слава!

Актриса Элеонора Дузе в платье от Жана-Филиппа Ворта

Графиня Вирджиния ди Кастильоне, 1858. Фото Майера

Великая княгиня Мария Николаевна, сестра императора Александра II, в платье работы Дома моды «Ворт», Париж, 1857

Дом в неизменном виде просуществовал добрую сотню лет, перейдя из рук Чарльза-Фредерика в руки его сыновей Гастона и Жана-Филиппа. Второй стал великим модельным мастером. Его внуки Жан-Шарль и Жак приняли наследство, им на смену пришли правнуки, вначале Роже, потом Морис. Долгое время Дом «Ворт» был чемпионом верности своим служащим. До последних лет десять человек работали у него сорок лет, а пятнадцать – более тридцати. Мадам Луиза, костюмерша, которую манекенщицы называют «мамой» и у нее занимают в конце месяца, уже полвека трудится у него в кабине. Сегодня дела идут по-иному. Жестокость нынешней жизни вынудила последних из Вортов объединиться с Домом «Пакен», чье имя заглавными буквами сияет над витриной в предместье Сент-Оноре (Пакен такой же хранитель традиций, поскольку Дом был основан в 1890 году). Дом Пакен – Ворт утешается тем, что, почти перестав быть «королем модельеров», по крайней мере по объему остается «модельером королей»: там одевают графиню Парижскую и ее дочерей, принцесс Изабель и Элен, которые заказали им платья для своего первого бала; миссис Рокфеллер[240]; мадам Мендес-Франс[241]; Бегум; иранскую императрицу Сорейю[242] и многих других. И приходится приспосабливаться, как и его конкурентам, к требованиям торговли: Дом создал коллекцию «Алиби», трансформирующиеся платья, которые могут одновременно носиться и днем и вечером. Однако, если монументальный портрет Чарльза-Фредерика, громадного, крепкого величественного бородача, уже не висит в салоне, предок все так же считается провозвестником современной Высокой моды. Благодаря его примеру количество парижских модельеров, равное ста пятидесяти восьми в 1850 году, выросло до четырехсот девяносто четырех в 1863 году и почти до семисот в 1870 году, в год наивысшего расцвета империи. К концу века, в 1895 году, их насчитывалось тысяча шестьсот тридцать восемь, и они использовали шестьдесят пять тысяч работниц, чуть больше, чем сейчас, поскольку шестьдесят лет спустя Синдикат Высокой моды объединил примерно тысячу членов, состоящих из крупных, средних и малых домов моды. Указ от 6 апреля 1945 года определял предприятием моды «любой дом, задумывающий и выполняющий комплекс моделей в своих собственных мастерских при исключении любых закупок со стороны». Сюда же входят ателье по индивидуальным заказам, где работают модельеры и ремесленники. Примерно полсотни домов моды обеспечивают заработком восемь тысяч служащих (цифра меняется, поскольку речь идет о полусезонных предприятиях) и имеют общий годовой оборот, несовместимый с количеством этих предприятий. Подсчитано, что все дома вместе выпускают в среднем десять тысяч новых моделей в год. Средняя себестоимость доводки одной модели равна ста двадцати тысячам франков. Получается, что парижская Высокая мода ежегодно инвестирует один миллиард двести миллионов франков, которые требуют немедленной амортизации путем распределения на стоимость других моделей, изготовленных после коллекций и по требованию клиентов. Сюда надо добавить меха, драгоценности, обувь и некоторые аксессуары, приносящие также миллионы франков. За один век идеи Чарльза-Фредерика Ворта приобрели размах.

Наконец, одним из логических следствий его бурного прихода в мир моды было возвращение в профессию мужчин, которых двумя веками ранее вытеснили женщины. С 1857 года до предвоенного 1939-го среди новых самых заметных модельеров насчитывается примерно равное количество мужчин и женщин.

Я для примера составила список: Ворт (1857), Дусе[243] (1870), Бер[244] (1877), Редферн[245] (1886), Дойе[246] (1899), Пуаре[247] (1905), Марсиаль и Арман[248] (1910), Бешоф-Давид[249], Премэ[250] (1912), Пату, Лелонг, Молино (сразу после великой войны в 1919 г.), Пиге (1923), Роша (1925) – все они мужчины. Женщины: Лафферьер[251] (1869), Жанна Ланвен (1886), Пакен (1893), сестры Калло[252] (1896), мадам Шеруи[253] (1901), Дреколь[254] (мадам Авэ в 1905 г.), Женни[255] (1908), Огюста Бернар (1912), Мадлен Вионне[256] (1913), Шанель (1920), Луиза Буланже[257] (1924), Бруер (1926), Марсель Дормуа[258] (1927), Скиапарелли (1928), Магги Руфф (1929), Нина Риччи (1932) и Аликс[259] (1934).