Читать онлайн «Кемаль Ататюрк». Страница 117

Турецкая военная администрация стала уникальной моделью «демократии на штыках», что позволило одному политику заявить в 1978 году: «Факт, что с пятидесятых годов, какая бы партия ни была у власти, она была не в состоянии наладить политическую жизнь без помощи армии». Европейцу, привыкшему к демократическим традициям, трудно это понять, так как армия редко оказывалась лучшим защитником общественных свобод. Возможно, подобная ситуация объясняется молодостью Турецкой Республики, постоянно переживающей потрясения, частые экономические кризисы и другие трудности, обусловленные историческим наследием.

Армия, традиционно преданная идеям Кемаля, в настоящее время столкнулась с теми, кто пророчит закат и даже «конец кемализма». Еще десять лет назад французский дипломат Поль Марк Анри писал, что «Кемаль и его соперники могли еще питать иллюзии, что азиатские исламские государства могли бы защититься от Запада путем насаждения западной цивилизации». Отныне, по мнению дипломата, маски сброшены под влиянием «подлинно культурной и политической революции», порожденной «исламом, переживающим духовное и социальное возрождение». Тем не менее внешне Ататюрк сохранил свою сакраментальную ценность. Его портрет можно увидеть во всех общественных местах — от министерских кабинетов до бакалейных лавок, и многие считают нормальным и даже закономерным, что портрет Ататюрка помещен и на обложках школьных учебников. Население Турции за исключением религиозных экстремистов продолжает боготворить Ататюрка.

Ататюрка всё время вспоминают, его имя и его идеи используются по любому поводу. Некоторые недавние школьные учебники, посвященные религии, ухитрились даже «исламизировать» Ататюрка, превратить его в героя ислама и представлять как защитника ислама.

А тем временем секуляризм, один из столпов кемализма, подвергается всё более ожесточенным нападкам. Закон от января 1986 года подвергает тюремному наказанию оскорбление мусульманской религии, Аллаха и его пророка Мухаммеда. В январе 1987 года президент Эврен заявил, что «в Турции существует религиозная реакция, которая так же опасна, как и коммунизм», и добавил, что готов «идти в ад с ататюркистами». Будущее покажет, насколько серьезно это движение фундаменталистов, что не лишено анахронизма в момент, когда Турция — официальный кандидат в ЕЭС (Европейское экономическое сообщество).

Генерал де Голль, посетившей Турцию в октябре 1968 года, написал в Золотой книге мавзолея: «Из всех видов славы Ататюрк достиг наивысшей, славы национального возрождения». Сегодня Ататюрк остается навечно тем, кто «воскресил» Турцию. Никто не сможет оспорить это, так же как и то, что он — создатель Турецкой Республики. Де Голль, прибыв в Долмабахче, взял на себя риск утверждать в Золотой книге памяти: «Ататюрк мог умереть, так как огонь зажжен, страна вступила на путь развития». Не без трудностей Турция продвигается вперед, но по какому пути?

Пятнадцать лет прошло с момента первого издания этой биографии, пятнадцать лет, в ходе которых ситуация в мире радикально изменилась.

Падение Берлинской стены, развал Советского Союза сделали более свободными северные и кавказские границы Турции. Из России в Турцию хлынули «новые русские завоеватели», занявшиеся торговлей и трафиком разного рода, а также туристы. Появление трех независимых республик — Армении, Грузии и Азербайджана — не имело ничего общего с возрождением ностальгии по 1918 году. Богатый нефтью Азербайджан особенно не рассчитывал на Анкару, даже когда нуждался в международной поддержке во время конфликта с Арменией из-за Нагорного Карабаха. Что же касается Армении, то Анкара пытается решить практически нерешаемое уравнение: как сохранить официально неизменной оценку событий 1915 года и в то же время поддерживать нормальные соседские отношения с Ереваном?

Арест Оджалана, лидера Рабочей партии Курдистана, в начале 1999 года положил конец «войне» между курдскими националистами и турецкой армией. Американская интервенция в Ирак обеспокоила Анкару в связи с возможным созданием государства курдов рядом с Мосулом до такой степени, что она сначала отказалась поддержать Вашингтон. В момент написания этих строк турецкое правительство считало, что избежало риска создания курдского государства: президент Сирии Асад, горячий сторонник курдов, совершил дружеский визит в Анкару, а Вашингтон заверил премьер-министра Турции в «дружбе и поддержке».

Наконец, Греция выразила желание установить более спокойные отношения с Турцией, что подтверждают тысячи греков, отдыхающих в Турции.

Но ситуация в мире постоянно меняется. Израильско-арабский конфликт, а затем террористическая атака 11 сентября 2001 года. Турция, которую в арабском мире считают верным союзником Израиля, остается на переднем плане, свидетельством чему служат теракты в Стамбуле в конце 2003 года.

Наконец, отношения с Европой. В течение сорока лет Анкара была связана с Европой договором о сотрудничестве. В отличие от соглашений, заключенных с Тунисом и Марокко, этот договор предусматривал возможность присоединения Турции к Европе. Только в 1997 году Турция была объявлена страной, имеющей право на такое присоединение. Европейский союз предписал свод довольно сложных обязательств: демократизация политической жизни, государственные реформы, уважение прав национальных меньшинств, экономический прогресс. Турецкий парламент уже принял семь законов для выполнения этих требований. Один из последних и наиболее важных законов ограничивает компетенцию Национального совета безопасности, а следовательно, и армии; генералы — последователи Ататюрка, хотя и не свергали правительств с 1980 года, но играли важную политическую роль, забытую уже несколькими поколениями в Западной Европе. До конца 2004 года Европейская комиссия должна решить: да или нет, и когда Турция может быть вовлечена в процедуру принятия в Европейский союз.

Бывший президент Франции Жискар д'Эстен резко заявил, что многие государственные деятели Европы, как и большинство европейцев, как свидетельствует опрос, считают, что Турции не место в Европейском союзе. Потому что всего 22 тысячи квадратных километров из 755 тысяч находятся на территории Европы. Потому что 97 процентов населения Турции мусульмане. Потому что правительство Анкары управляется исламистами, даже если их рассматривать как «умеренных». Потому что кандидатура Турции поддерживается Соединенными Штатами с целью ослабить политический проект Европейского союза.

Недавний анализ[70] показывает, как генерал де Голль менял свое мнение относительно отношения Франции и Европы к европейским амбициям Анкары. Поначалу основатель Пятой республики рассматривал европейские нации как нации «одной и той же белой расы, одного и того же христианского происхождения, одинакового образа жизни, объединенные между собой многочисленными философскими, культурными, научными, политическими и коммерческими связями…». Прибыв в Турцию в 1967 году, де Голль приветствовал президента Турции словами: «Именно в Европе, где находится историческая столица Турции, в Европе, которую Турция связывает с Азией важными проливами <…>, разве не в интересах наших двух республик объединить наши усилия, чтобы вместо противостояния двух лагерей установить взаимопонимание и сотрудничество всех народов нашего континента?» Как заключил профессор Суту, проблематика шестидесятых годов сохраняется: неизменная Европа без Турции или «системная» Европа, которая могла бы принять в свои ряды Турцию.