Читать онлайн «Крым 1944. Весна освобождения». Страница 159

Александр Довженко в августе — ноябре 1943 г. находился на фронте, в конце ноября беседовал с фронтовиками Виктором Ивановым и Всеволодом Поповым5, но о «черносвггках» и плакавшем от жалости к ним генерале узнал от находящегося Москве В.Б. Шкловского.

На вопрос об источниках этой сенсационной информации можно найти ответ в книге известного историка-ревизиониста Бориса Соколова: «В январе 1944 г. к немцам перебежал командир 1346-й разве-дроты 253-й стрелковой дивизии капитан Игорь Капор. До этого, в декабре 1943-го, он находился на переподготовке при разведотделе штаба Белорусского фронта, где познакомился с тайным приказом НКВД о том, какая судьба ждет население Белоруссии, когда ее вновь займут советские войска. Мужчин предполагалось отправить в так называемые штрафные батальоны и бросить в бой, даже не переодетыми, не вооруженными и не обученными, остальных — выселить за Урал.

По утверждению капитана Капора, детей-сирот, равно как и детей арестованных и направленных в штрафные батальоны, ожидали специальные детские дома НКВД, где их предстояло перевоспитать в большевистском духе. Все население оккупированных территорий заведомо находилось под подозрением, так как долгое время испытывало влияние нацистской пропаганды»6. Очевидно, что перед нами продукт пропагандистов ведомства Геббельса, предназначенный для населения еще оккупированной Белоруссии и по содержанию почти идентичный рассказу Шкловского. Видимо, «белорусский» вариант появился на несколько месяцев позже «украинского». Скорее всего, писатель Шкловский слушал передачи одной из немецких радиостанций и, сам того не желая, ввел в заблуждение Александра Довженко. Подтверждением нашей гипотезы может служить и вышедшая в 1954 году в Канаде книга Федора Пигидо-Правобережного «Великая Отечественная война», также содержащая рассказ о сотнях тысяч голых, босых, безоружных украинцев, которых заградотряды гнали на немецкие укрепления. Сталинский режим якобы послал их на смерть лишь за то, что они украинцы. «Лишь единицы из числа этих обреченных уцелели, попав в немецкий плен, чтобы рассказать миру про гекатомбы жертв сталинской мести»7. То есть мир узнал о «сталинской мести украинцам» от гитлеровцев.

Впрочем, продуктом нацистской пропаганды является не только миф о безоружных «черносвшсах», посланных на немецкие пулеметы, но и сама доктрина сталинской мести украинцам. Об этом свидетельствуют захваченные в освобожденной Днепропетровской области немецкие документы.

«Берия — в Государственный Комитет Обороны Сталину, 11 мая 1944 г.

В Днепропетровской области УССР захвачен заслуживающий внимания секретный циркуляр немецких оккупационных властей от 28 февраля 1943 года о распространении среди местного населения провокационных слухов с целью антисоветской пропаганды, именуемых немцами «Сообщения-Н».

При этом представляется немецкий подлинник и перевод циркуляра с приложенным к нему образцом провокационного сообщения.

Перевод трофейного циркуляра

Перевод с немецкого.

Секретно

Генерал-кригскомиссар

Главный отдел администрации и права

Циркуляр от 28.2.1943 г.*

Сообщения-Н должны быть противопоставлены неприятельской устной пропаганде и распространению неприятелем различных слухов с той целью, чтобы и в области устной пропаганды немецкое руководство оказалось не только в состоянии обороны, а показало себя активно действующим.

Сообщения-Н касаются:

1. Наших аргументов относительно военного положения.

2. Слухов, направленных к опровержению создавшегося в результате неприятельской агитации отрицательного настроения среди местного населения.

3. Сообщений о положении в лагере большевиков.

4. Противодействия пропаганде противника.

...Образцы слухов, распространявшихся немецкими властями среди населения оккупированных территорий СССР...

10. По случаю годовщины Красной Армии СТАЛИН произнес речь, в которой он назвал украинцев изменниками большевизму. Буквально он сказал следующее: «Это издавна известная украинская низость, за которую мы теперь им отплатим».

Далее он в своей речи сказал, что возмездие коснется не только отдельных лиц, которые были заодно с немцами, а всего села или города в целом8.

Вполне закономерно, что разрушители «имперского мифа Великой Отечественной войны» вольно или невольно пересказывают материалы пропагандистов из ведомства доктора Геббельса и скатываются к оправданию нацизма как меньшего по сравнению со сталинизмом зла. В. Гриневич завершает статью «Между молотом и наковальней» словами «...потери среди украинцев во время «освобождения» были неизмеримо большими, нежели при гитлеровской экспансии в 1941 году»9, а его коллега Роман Сербин высказался еще более откровенно. По Р. Сербину, сторонники теории Великой Отечественной войны тянут Украину назад, к общему отечеству с Россией. Для них «зверства гитлеровской оккупации хуже голодомора и других преступлений сталинского режима». Выходит, гитлеровская оккупация — меньшее зло, которому в 1943—1944 гг. на смену вновь пришло зло абсолютное.

От В. Гриневича и Р. Сербина не отстает их российский «коллега» Б. Соколов, утверждающий, что победа нацистской Германии над СССР в 1941 г. привела бы к меньшим потерям, чем продолжение борьбы. А не позже 1946 г. США и Англия сокрушили бы Гитлера и принесли народам Советского Союза свободу и экономические реформы. Но фюреру не хватило мудрости, и произошло то, что произошло10. '

Утверждения Б. Соколова иначе как абсурдными назвать сложно. Достаточно сказать, что в случае поражения Советского Союза перед Гитлером открывалась дорога к завоеванию Ирана, региона Персидского залива, установлению контроля над Египтом и Суэцким каналом. Шансы Великобритании выстоять после этого стали бы ничтожными даже при поддержке США. Континентальная Европа перешла бы под полный контроль Германии, и фюрер смог бы приступить к реализации планов уничтожения десятков миллионов жителей России, Украины, Белоруссии, Прибалтики, Польши и превращения выживших в бессловесных рабов «арийской расы господ».

Уже поэтому война с нацистской Германией и ее союзниками была для народов Советского Союза Великой Отечественной. Одержанная в этой войне Победа стала залогом сохранения и развития русского, украинского, белорусского и других народов СССР как этносов.

Ответ на вопрос, было ли освобождение Украины в 1943—1944 годах истинным, дал в 1999 г. известный украинский историк, ныне уже покойный, М.В. Коваль: «Ныне, как и полстолетия тому назад, у каждого непредубежденного исследователя не возникает сомнения, что освобождение Украины от нацистских захватчиков было спасением ее народа»11.