Читать онлайн «Династия Плантагенетов. Генрих II. Величайший монарх эпохи Крестовых походов». Страница 36

Во время Великого поста 1165 года Генрих II приехал в Нормандию и 11 апреля в Жизоре встретился с Людовиком VII. Составители хроник не сообщают нам, какие вопросы обсуждали монархи, но можно не сомневаться, что главной темой была судьба архиепископа Кентерберийского. В следующем месяце Джон Солсберийский написал Томасу, что король Франции умерил свой пыл, защищая его, поскольку боялся, что Генрих, рассердившись, пойдет на него войной.

Джон выразил также свои сомнения в том, следует ли архиепископу изучать в ссылке каноническое право. Джон Солсберийский был одним из величайших гуманистов своего времени и признанным знатоком классической науки. Он опасался, и этот страх разделяли с ним все консервативные круги, что стремление Бекета изучить закон, который отвергал классическую школу, приведет к ее забвению и что молодое поколение юристов не получит настоящих знаний и культуры.

«Разве изучение законов и даже канонов помогает человеку избавиться от грехов? – спрашивал Джон. – Я скажу больше: школьные упражнения иногда увеличивают знание и порождают смятение души, но очень редко или никогда не приводят к вере. Уж лучше бы ты раздумывал над псалмами и обратился к нравственному учению благословенного Григория, чем философствовал о разных школах»[131].

Папа и король Франции больше всего боялись одного – как бы Генрих II не заключил союза с императором Фридрихом Барбароссой. А он сделал шаг в этом направлении, приняв в Руане посольство, которое возглавлял канцлер императора, Реджинальд Дассел, кельнский архиепископ. Они договорились о том, что Матильда, старшая дочь Генриха, которой в ту пору было восемь лет, выйдет за Генриха Льва, герцога Саксонского и Баварского, самого могущественного из вассалов Фридриха, его двоюродного брата и лучшего друга. Генрих I Лев, которому было уже тридцать шесть лет, подчинил себе восточную часть Германии, а когда император воевал в Италии, почти безраздельно хозяйничал в Германии. Послы договорились также о браке дочери Генриха Элеоноры, в ту пору трехлетней девочки, с сыном императора Генрихом, которому не исполнилось еще и года[132]. Когда послы императора находились в Руане, Матильда, несмотря на свою любовь к немцам, отказалась принять их по причине того, что они были схизматиками. Теперь, когда мечта всей ее жизни осуществилась и ее сын стал королем Англии, Матильда спокойно жила в этом городе, посвятив себя богоугодным делам. Ее воспоминания об Англии были не особенно приятными, поэтому после коронации сына она посетила эту страну всего лишь один раз – на День святого Михаила в 1155 году.

Вскоре после встречи в Руане король послал к императору двух своих самых доверенных слуг, Джона Оксфордского и Ричарда Илчестерского, которые должны были обсудить все детали намечаемых браков дочерей короля. Его послы присутствовали на совете в Вюрцбурге 23 мая 1165 года. Фридрих с большим трудом добился, чтобы его епископы поддержали нового антипапу, Пасхалия III. На этом совете он заставил всех их поклясться, что они никогда не признают папой Александра III. Два английских клирика присоединились к немецким епископам. В письме аббату Стабло Фридрих похвалялся:

«Досточтимые послы моего друга, английского короля, которых он отправил к нам, поклялись на мощах святых в присутствии всего нашего двора в Вюрцбурге, от имени короля Англии и его баронов, что английский король и все его государство будет твердо стоять на нашей стороне и подчиняться господину папе Пасхалию, которому подчиняемся и мы, и держать нашу сторону; и что с этих пор он не будет иметь никаких дел со схизматиком Роландом [Александром III]»[133].

Но либо послы превысили свои полномочия, либо император переоценил искренность их клятвы, но Генрих, не упускавший случая пригрозить Александру отвернуться от него, так и не признал Пасхалия настоящим папой.

Король вернулся в Англию примерно в середине мая, оставив Элеонору в Анжере. Ее поведение здесь, по-видимому, было весьма скандальным. Епископ Джон Пуатье писал летом своему другу Томасу, чтобы тот не ожидал помощи от королевы, ибо она всецело полагалась на советы своего дяди Ральфа Файе, относившегося к архиепископу враждебно. С каждым днем, писал епископ Джон, они ведут себя все смелее, так что все, что говорили об их отношениях в прошлом, соответствует истине. Впрочем, епископ не сообщал, что же на самом деле говорили о них в прошлом[134].

Вернувшись в Англию, Генрих II сразу же занялся подготовкой к войне с Уэльсом: сделал огромные запасы зерна, солонины и сыра, а также щитов, стрел, копий, пик и топоров. Помимо регулярного феодального ополчения баронов, графов и их рыцарей, он собрал войска во всех своих континентальных владениях, присоединив к ним фламандских наемников.

К концу июля все было готово. Армия короля, за которой двигался обоз, вышла из Шрусбери и двинулась на северо-запад, к Освестри. Тем временем главные силы валлийцев собрались в Коруэне, расположенном в долине реки Ди, северо-западнее Освестри. Между англичанами и валлийцами лежала Кейриогская долина, покрытая густым лесом, и горы Бервин, высота которых составляла около 600 метров.

Не успели англичане углубиться в лес, как на них напал авангард валлийской армии, применивший ту же самую тактику, что и в 1157 году. Валлийские бойцы, засевшие в лесу, так сильно досаждали англичанам, что Генрих II остановился и приказал прорубить в лесу широкую дорогу. Когда же англичане достигли подножия гор, почва у них под ногами из-за бесконечных дождей превратилась в болото. Лошади, тянувшие тяжело груженные возы, увязали в грязи, и сдвинуть их с места было невозможно.

А в это время быстроногие валлийцы, для которых дождь не являлся помехой, обрушивали на англичан град стрел и камней. Армия Генриха остановилась и стала ждать улучшения погоды. Ветер и дождь удваивали ярость англичан. Людей и лошадей надо было кормить, и, пока армия барахталась в грязи, ее запасы стремительно таяли[135].

Обезумевший от ярости Генрих II со своей армией возвратился в Шрусбери. В его руках оказался двадцать один валлийский заложник, среди которых были два молодых сына Оуэна Гвинедда, и весь гнев короля обрушился на них. Он приказал жестоко изувечить их. Поход короля в Уэльс завершился полным провалом. Десять месяцев планирования и подготовки, а также огромные суммы денег пошли прахом[136].

Пока Генрих II воевал, Томас Бекет внушал папе, что короля можно остановить только самыми жесткими мерами, ибо он не постеснялся заключить союз с немецкими схизматиками. Скорее всего, Бекет советовал отлучить короля от церкви или наложить интердикт на всю Англию, а быть может, и то и другое. В любом случае Александр III в июне 1165 года отправил Томасу письмо, в котором писал, что времена сейчас тяжелые и поэтому он должен действовать с большой осторожностью и предусмотрительностью и сделать все возможное, чтобы вернуть милость и доброе отношение «прославленного короля Англии». В заключение папа запретил ему предпринимать какие-нибудь действия против Генриха II или английского королевства до следующей Пасхи[137].