Читать онлайн «Медики, изменившие мир». Страница 63

В учении Боткина, названном теорией нервизма, нервная система является главенствующей в организме и определяет его целостность. Любой местный патологический процесс влияет на организм в целом. И, наоборот, нарушение функции какого-либо отдельного органа может быть проявлением заболевания других органов и систем. Так, Боткин фактически опроверг «целлюлярную теорию» Вирхова, в соответствии с которой организм – это совокупность клеток, имеющих физиологическую самостоятельность. Боткин согласился с Вирховым в том, что «болезнь не есть нечто особенное, самостоятельное – она представляет обычные явления жизни при условиях, невыгодных организму, который или умирает, или в силу своей приспособляющейся способности <…> достигает… более или менее полного выздоровления, или же остается больным, сохраняя иногда способность передавать болезнь или расположение к ней своему потомству, что и обусловливает наследственность болезней». В качестве пускового механизма при заболевании Боткин выделяет прежде всего факторы влияния внешней среды: «Понятие о болезни неразрывно связано с ее причиной, которая исключительно всегда обусловливается внешней средой, действующей или непосредственно на заболевший организм, или через его ближайших или отдаленных родителей».

В учении Боткина, названном теорией нервизма, нервная система является главенствующей в организме и определяет его целостность

Помимо теории нервизма Боткину принадлежит и ряд других открытий. Он предположил инфекционный характер «катаральной желтухи» – вирусного гепатита (болезнь Боткина), описал клинические проявления нефроптоза («блуждающей почки»), ревматизма, заболеваний сердца и легких, стадий развития и клиники ряда инфекционных болезней, выявил влияние патологии селезенки, привратника желудка и 12-перстной кишки на развитие анемии.

В 1866 году во время эпидемии холеры Боткин инициировал создание эпидемиологического общества, в рамках которого предполагал изучать особенности возникновения и течения эпидемий инфекционных заболеваний.

В 1866 году во время эпидемии холеры Боткин инициировал создание эпидемиологического общества, в рамках которого предполагал изучать особенности возникновения и течения эпидемий инфекционных заболеваний.

Сергей Петрович был активным сторонником высшего, в частности медицинского, образования женщин. В 1874 году им организована школа фельдшериц, а 1876 году – женские врачебные курсы. Первая женщина, получившая в России докторский диплом, В. А. Кашеварова-Руднева по окончании Медико-хирургической академии была принята Боткиным в его клинику ассистентом.

В 1880 году в Петербурге открылась первая в России бесплатная больница – Александровская барачная больница (ныне инфекционная больница им. С. П. Боткина), построенная по настоянию знаменитого врача, ставшего затем ее попечителем (в народе она получила название «боткинские бараки»). При этой больнице была организована первая санитарная карета – прообраз скорой помощи.

Боткин использовал любую возможность повлиять на состояние отечественной медицины. Несмотря на полное отсутствие интереса к политике, каждый предлагаемый ему властями пост воспринимался Боткиным как призыв к созидательной деятельности. В 1866 году он стал членом медицинского совета Министерства внутренних дел, в 1878-м – председателем Общества русских врачей имени Пирогова, в 1881-м – гласным Городской думы, заместителем председателя комиссии общественного здоровья, членом главного управления Общества попечения о раненых и больных воинах, в 1886-м – попечителем всех городских лечебных учреждений Петербурга. В 1877 году после начала Русско-турецкой войны Боткин отправился на Балканы, где в течение семи месяцев инспектировал госпитали и лазареты, консультировал военных врачей. Боткин создал школьный санитарный надзор и систему думских (бесплатных) врачей, внес вклад в реформирование аптечного дела и организацию военно-медицинской службы.

Боткин прежде всего был практиком, поэтому после него осталось не так много печатных трудов. Его «Курс клиники внутренних болезней» вышел в трех выпусках. Помимо него, как наиболее примечательное, из печатного наследия Боткина следует выделить п томов сборника «Архив клиники внутренних болезней» и его опубликованные «Клинические лекции».

Боткин – первый русский лейб-медик императорской семьи: с 1870 года его заботам была вверена измученная болезнью легких императрица Мария Александровна. К сожалению, все усилия доктора были напрасны, и это вызывало шквал нападок на него со стороны недругов и завистников. Вынужденное прошение Боткина об отставке Александр II не принял, и врач оставался рядом с императрицей вплоть до ее смерти, сопровождая ее в поездках в европейские клиники (в одной из таких поездок скоропостижно умирает его первая жена). Подобную верность продемонстрирует и сын Боткина Евгений, который добровольно останется с семьей Николая II в Екатеринбургской ссылке и разделит с ней мученическую гибель.

Боткин создал школьный санитарный надзор и систему думских врачей, внес вклад в реформирование аптечного дела и организацию военно-медицинской службы

Пять дней в неделю по вечерам Боткин вел прием у себя в доме у Пяти углов. На лестнице и в передней к тому времени собиралась огромная и разнообразная толпа. Похожий на пчелиный гул мгновенно прекращался, только в дверях появлялась знакомая каждому фигура, и доктор прищуренным добродушным взглядом окидывал каждого страждущего его внимания. Получившие консультацию знаменитого врача провинциалы по возвращении домой передавали рецепты своим землякам, которым тяжело было добраться до Петербурга. Так, в народе широко разошлись рецепты «боткинских капель», «боткинского порошка» и даже «боткинского кваса». Ни разу в жизни не видевшие врача люди заочно относились к Сергею Петровичу с огромным доверием и уважением.

В минуты, когда, казалось, сил уже не оставалось, Боткин отдыхал… за игрой на виолончели. «Это моя освежающая ванна», – говорил он. Сергей Петрович и в 50 лет продолжал брать уроки у профессора консерватории, который, ввиду предельной занятости Боткина, приходил к нему аж в двенадцатом часу ночи. Обычно по воскресеньям они вместе с двумя знакомыми музыкантами давали для близких Боткина домашние концерты. Тогда, подслеповато наклонившись к пюпитру, Сергей Петрович сиял и казался необыкновенно воодушевленным. Даже отправляясь на отдых, Сергей Петрович Боткин вез с собой пару виолончелей, из-за чего однажды в Франценсбаде встречающие перепутали его с гастролирующим музыкантом.