Читать онлайн «Черное и белое (сборник)». Страница 73

Как и полагается в научной фантастике, книга Уотсона дает причинное объяснение этим чрезвычайным событиям. На Марсе, согласно фантастической гипотезе автора, имеются специфические микроорганизмы типа неизвестных нам вирусов, сначала люди опасно заболевают, а потом эти микроорганизмы необратимым образом меняют всю структуру мыслительных процессов. Достигнутое таким образом внутреннее превращение ученого напоминает такое же превращение примитивного индейца – в обоих случаях оно приводит к мистическому состоянию души, которое делает возможным сверхчувственный контакт с сущностью всех вещей. Вирусы с Марса не создали цивилизацию, поскольку они вообще не вступали на этот обременительный путь технического прогресса. Они не нуждаются ни в науке, ни в технике, ни в культуре, так как они обладают интеллектом, принципиально отличным от земного. Они способны познавать мир таким образом, который не требует ни органов чувств, ни языка, ни инструмента. Эти предположительно примитивные вирусы на голову превосходят людей. Оба зараженных вирусом человека получают потрясающее откровение в драме существования, бытия, и если им это знание, полученное словно от короткого замыкания, не приносит пользы, то только потому, что эти люди принадлежат разумной расе, которая уже использовала свой шанс и проиграла. Идеи этого романа можно редуцировать до утверждения, что человеческая цивилизация пагубно заблудилась, поскольку остается в тупике материалистической и рационалистической цивилизации. Был и на Земле правильный путь, а именно на Дальнем Востоке, где когда-то расцвел мистицизм, но эта возможность была упущена, а этот путь растрачен агрессивным обществом потребления. Это послание НФ-романа Уотсона я считаю неверным. Мистическое, идущее с Востока отношение к жизни и ее глубинному смыслу может, вероятно, пойти на пользу одиночке, но оно совершенно бесполезно, если хочется эту восточную мудрость сделать цивилизаторской программой. По своей внешней форме книга Уотсона современна, по содержанию же фальшива и вводит в заблуждение. На Востоке никогда не было Святого Грааля, никакой окончательной истины, никакого откровения в истоках пассивного мистицизма, которые для нас потеряны и которые мы теперь должны оплакивать. Правда здесь только то, что подобный ход мысли сегодня в моде, и что многие люди, прежде всего среди молодежи, эту преходящую моду считают философским камнем. А то обстоятельство, что гипотеза Уотсона не может выдержать никакой рациональной проверки, в данном случае совершенно несущественно, ведь в литературе все средства хороши, если достигается цель. Наивная идея, выраженная Уотсоном, достойна ребенка, так как он молчаливо предполагает, что во Вселенной есть царский путь разума – простой, безопасный и легкий, путь всеобщего блага, усовершенствования и осчастливливания, и что мы сами себе закрыли этот путь. Но во Вселенной такого царского пути нет. Есть лишь выбор между уравновешенностью примитивного существования и опасным технологическим прогрессом. Однако разума обитателей планеты не хватает, чтобы понять всю значимость этой развилки для будущего – и сознательно сделать выбор. Драма существования не допускает решений типа короткого замыкания, так как нет единственно правильной истины, которая может сделать всех разумных существ навсегда счастливыми. Есть только суровые факты и сказочные мифы – и в литературе существует только это разделение, характерное и для научной фантастики. Очень жаль, что такой высокоодаренный, образованный и интеллигентный писатель молодого поколения, как Йен Уотсон, не в состоянии отличить поверхностный блеск мистицизма от сути дела. Уотсон применил свои обширные знания только лишь для того, чтобы выдать мелкую сказочку за утраченное спасение нашей цивилизации. Его роман дает мне больше информации о путанице, которая царит в лучших головах молодых людей сегодня, чем о реальном состоянии дел на земле и в небе, откуда Марс смотрит на нас как вызов. О настоящих загадках Вселенной, открытие которых нам предстоит, роман Уотсона не говорит ничего. Уотсон посвятил хороший – в смысле, хорошо написанный – роман плохому делу. Лишь когда Йен Уотсон сам придет к такому выводу, мы сможем ожидать от него полноценное произведение научной фантастики.

В этой книге[141] на основе фактического материала предпринята попытка доказать, что космонавтика возникла не только как грозное техническое средство, созданное на предприятиях великих держав с целью завоевания космоса, но и в результате столкновения противоречивых государственных интересов, которые использовала горстка искусных и упорных фанатиков космических полетов. Необходимые условия для «большого шага человечества» были созданы в ходе подготовительного этапа в Третьем рейхе, когда Вернер фон Браун и его единомышленники строили ракеты Фау-2, тем самым исполняя «мечту о возмездии» Гитлера. (Можно сказать, что это было лишь предлогом, поскольку затраченные ресурсы и мощности ни в какой мере не были оправданы военными и политическими результатами.)

Те же самые фанатики космических полетов были готовы после войны служить тем, кто был способен помочь воплотить их мечты – или, если угодно, капризы, – и завершилось это в конце концов тем, что американцы оказались первыми людьми на Луне. Если на первом этапе их тяговой лошадью была «горячая война» (как мировая война), то на следующем этапе – холодной войны – по той же технологии противостояние Востока и Запада послужило «рабочей лошадкой» для реализации спутников и лунных проектов. Действительно, первые поколения ракет-носителей возникли первоначально из немецкого «оружия возмездия», а затем американцы и русские создали МБР[142], но идеологи космических полетов с обеих сторон прилагали все усилия, чтобы «сделать из необходимости добродетель». Вначале, таким образом, было оружие, которое можно было использовать в качестве прототипа космического корабля, а затем в результате специализации, как это происходит и с любой новой технологией при ее дальнейшем развитии, космические аппараты отделились от носителей бомб, и мирное использование внеземного пространства стало независимым от первоначального общего военного попечения. Но мирная отрасль космонавтики не освободилась полностью от «низменной» побудительной причины: соперничество Востока и Запада продолжает определять, какие максимальные средства используются для дальнейшего прогресса космонавтики. (Ведь продолжали развиваться и военные функции космонавтики, например, в виде «спутников-убийц» и т. п.)