Читать онлайн «Восставшие из пепла. Как Красная Армия 1941 года превратилась в Армию Победы». Страница 116

224

Высоцкий. Тыл Советской Армии, 89–91.

В мае 1942 года Карпинскому было присвоено звание генерал-майора интендантской службы.

«Служба продовольственного снабжения» // ВОВ, 655. Преемником Белоусова в феврале 1942 года стал бригадный инженер Д. В. Павлов, которому в январе 1943 года было присвоено звание генерал-майора интендантской службы.

Подробнее о работе УСГ см.: И. Н. Базанов, «Обеспечение фронтов горючим в третьем периоде Великой Отечественной войны» // ВИЖ, № 3 (март 1987): 50–56; В. Никитин «Обеспечение войск горючим в контрнаступлении под Курском» // ВИЖ, № 8 (август 1979): 25–30. Преемником Котова на посту начальника УСГ в 1942 году стал бригадный инженер М. И. Кормилицын, позже, в январе 1943 года, получивший звание генерал-майора технических войск и руководивший УСГ до конца войны. См. «Служба снабжения горючим» // ВОВ, 655–656.

«Смирнов, Ефим Иванович» // ВОВ, 656.

«Военно-ветеринарная служба» // ВОВ, 146–147.

Структура ВУКА в действующих войсках включала:

Там же.

Там же, 89.

Там же, 108.

Там же, 90.

«Служба вещевого снабжения» // ВОВ, 654–655.

Там же. Спущенные в июне 1941 года инструкции НКО учреждали новую систему снабжения, тянущуюся из «центра» (НКО и промышленных органов) через фронт, армию и дивизию (бригаду) до полка, роты и отдельного солдата. Эти инструкции обозначали приоритеты в распределении вещевого довольствия.

Там же. См. также: А. Хрулев, «Становление стратегического тыла в Великой Отечественной войне» // ВИЖ, № 6 (июнь 1961): 66–67. Например А. И. Микоян стал отвечать за топливное, продовольственное и вещевое снабжение, секретарь ВКП(б) А. А. Андреев — за железнодорожный транспорт, начальник Госплана Н. А. Вознесенский — за производство и поставки боеприпасов, а многие другие партийные вожди — за мобилизацию иных участков народного хозяйства.

Полный текст этого приказа НКО за номером 0257 см. в: Золотарев. НКО. 1941,41–45. См. также: Хрулев, «Становление стратегического тыла», 68–69. Генерал-майоры М. В. Захаров и П. А. Ермолин были заместителями Хрулева, а генерал-майор интендантской службы П. В. Уткин — начальником штаба Хрулева, с генерал-майором М. П. Миловским и генерал-лейтенантом интендантской службы П. И. Драчевым в качестве его заместителей.

Высоцкий. Тыл Советской Армии, 114.

Кроме того, УСГ организовало сеть полевых лабораторий для обеспечения контроля за качеством горючего, особенно используемого авиацией, представители УСГ также надзирали за обширной системой предприятий по производству горючего в тыловых районах страны.

«Военно-медицинская служба» // ВОВ, 152. Действующим фронтам не хватало 40,1 % требующихся им госпиталей, 48,8 % автомобильных санитарных рот и 44,8 % эвакуационных пунктов, которые полагалось иметь по мобилизационному плану Генштаба в военное время. Хотя СУ начало в середине июля 1941 года развернули сеть госпиталей, число койко-мест в них так и не смогло удовлетворить быстро растущие потребности армии. С целью разрешить эти катастрофические трудности с медицинской помощью ГКО 7 июля приказал мобилизовать дополнительные эвакогоспитали. Вместимость этих госпиталей достигала к 1 октября 1941 года миллиона койко-мест и потом постоянно росла. Однако крайне низкое качество медицинской помощи в Красной Армии явно внесло свой вклад в ее необычайно высокий процент потерь в 1941–1942 годах[289]. Хотя НКО до начала 1942 года так и не смог создать эффективную структуру медицинской помощи, в последующие годы войны эта новая система заметно улучшилась.

ГВСУ управляло санитарными службами в действующих фронтах Красной Армии через подчиненные ему фронтовые военно-санитарные управления. Наиболее важными войсковыми медицинскими организациями являлись фронтовые, местные и полевые эвакопункты (ФЭП, МЭП и ПЭН). У каждого эвакопункта имелся свой приданный ему госпиталь и силы военно-санитарного транспорта, в которые входили автомобильные санитарные роты, мобильные санитарные отряды, военно-санитарные эшелоны и санитарные авиачасти. Кроме того, во фронтах имелись и другие медицинские учреждения, в том числе фронтовые санитарные склады и другое санитарное имущество, а также противоэпидемические организации — медицинские лаборатории, подвижные полевые госпиталя для лечения инфекционных заболеваний, противоэпидемические санитарные отряды, банно-дезинфекционные роты и санитарные контрольно-пропускные пункты.

С учреждением в 1942 году системы медицинской помощи фронтовые эвакопункты (ФЭП), состоявшие из фронтовых эвакуационных госпиталей и подвижных полевых госпиталей, развернули так называемые передовые госпитали, которые напрямую координировали свою работу с армейскими госпитальными базами. Вместе эта сложная сеть из ФЭП, МЭП и ПЭП, равно как и связанных с ними госпиталей, образовывала госпитальную базу фронта (ГБФ), которая отвечала за медицинскую помощь длительностью до 90 дней. Те из больных и раненых, которым требовалось более длительное лечение, эвакуировались в тыловые госпитали. Вместимость фронтовых госпитальных баз между 1941 и 1943 годами резко возросла. Например, накануне Московского контрнаступления (5 декабря 1941 года) у Западного и Калининского фронтов имелось соответственно 75 000 и 26 000 госпитальных коек, накануне Сталинградского контрнаступления у Сталинградского фронта имелось 62 000 госпитальных коек, в то время как Западный фронт перед началом в августе 1943 года Смоленской операции располагал 157 750 койко-местами. По советским данным, санитарная служба возвращала в строй 72 процента раненых и 90 процентов больных.

Ниже фронтового уровня медицинскую помощь в армиях обеспечивали санитарные отделы. Санитарный отдел каждой армии управлял полевыми эвакопунктами с приданными им госпиталями, отдельными санитарными ротами, санитарными складами и противоэпидемическими группами, которые все вместе образовывали госпитальную базу армии (ГБА). ГБА обычно поддерживала свою вместимость на уровне 5–6 тысяч койко-мест. Медицинская служба на уровне дивизии обычно состояла из дивизионного врача, который командовал военносанитарным батальоном дивизии, старших полковых врачей и санитарных работников (санитаров) в подразделениях. На полковом уровне старший полковой врач руководил санитарной ротой, а также санитарными взводами в составе батальонов и отделениями — в составе рот. Санитарные подразделения ротного и батальонного уровня в танковых и артиллерийских полках были несколько меньше своих эквивалентов в стрелковых полках.