Читать онлайн «Восставшие из пепла. Как Красная Армия 1941 года превратилась в Армию Победы». Страница 103

Схожим образом, долго скрывая масштаб и размах двух одновременных поражений Красной Армии весной 1942 года под Харьковом и в Крыму на начальных этапах операции «Блау» в июле-августе 1942 года, российские историки скрыли масштаб катастрофы, обрушившейся в эти периоды на их Красную Армию, затемнили стратегические планы и замыслы Ставки в эти периоды и не дали возможности адекватного понимания контекста последующей битвы за Сталинград. И что еще хуже — в контексте успешного ноябрьского наступления Красной Армии под Сталинградом, российские историки напрочь проигнорировали ее стратегическое поражение в конце ноября под Ржевом и совпадающие по времени с успешным Сталинградским наступлением менее значительные оперативные неудачи — такие, как отход на реке Чир в декабре

1942 года. Продолжая следовать этой системе затуманивания, российские историки запоздало и с большой неохотой описывали отступления Красной Армии в феврале-марте 1943 года после неудач в Донбассе и под Харьковом, в то же время старательно скрывая все аспекты ее поражений в тот же период к западу от Курска и под Ленинградом и Демянском.[263]

Даже описывая действия Красной Армии после впечатляющей победы в июле-августе 1943 года под Курском и ее драматического наступления с сентября по декабрь 1943 года к Днепру и далее, российские историки затушевывали многочисленные неудачи Красной Армии, в особенности затяжную и стоившую немалых потерь борьбу за овладение восточной Белоруссией и Киевом в октябре[264], в меньшей степени — бои за овладение Кривым Рогом и Никополем южнее по Днепру в ноябре и декабре.

Независимо от мотивов, такое преднамеренное или непреднамеренное вычеркивание этих и других «забытых битв» из анналов войны либо их затушевывание серьезно исказило историю этой войны, помешав адекватному анализу того, как и почему происходили многие военные операции, а также пониманию настоящего или потенциального значения этих операций. Это явление не только мешает нам правильно понять природу и достижения Красной Армии времен войны — оно также искажает объективный анализ великих полководцев Красной Армии и ее общего вклада армии в военные усилия союзников.

Хотя накануне войны Красная Армия и впрямь была колоссальной в смысле численности, войсковой структуры и представлявшихся ей возможностей, впечатляющие достижения вермахта в ходе операции «Барбаросса» продемонстрировали, что она оказалась колоссом на глиняных ногах[265]. После того, как уже имевший боевой опыт и обстрелянный в боях гитлеровский вермахт в первые шесть месяцев войны поверг этого колосса, воспользовавшись неспособностью Красной Армии как использовать свои войска в маневренной войне, так и управлять ими в ходе боевых действий высокой интенсивности, у Сталина и его Ставки не осталось иного выбора, кроме как в 1942 году восстановить Красную Армию фактически с нуля.

В конце 1941 и начале 1942 года Ставка смогла заткнуть образовавшуюся дыру, заменив уничтоженного вермахтом летом-осенью 1941 года неповоротливого колосса численно меньшими войсками[266], которые ее офицеры могли задействовать более эффективно. Это драматическое преобразование заменило разбитые массивные механизированные и стрелковые корпуса и крупные стрелковые и танковые дивизии почти миниатюрными соединениями, фактически голым костяком, состоящим из небольших стрелковых дивизий, полудивизий, именовавшихся стрелковыми бригадами, слабыми танковыми бригадами и батальонами. Однако, как показали бои зимой 1941–1942 годов, именно такая структура Красной Армии идеально подходила для обучения командиров искусству современной войны, но была не способна проводить глубокие и длительные наступательные операции.

Поэтому начиная с весны 1942 года и все лето этого года Ставка и НКО медленно и кропотливо восстанавливали армию, чтобы та могла проводить такие операции. Создав и выставив на поле саперные, танковые и воздушные армии, новые танковые и механизированные корпуса, истребительные дивизии и бригады, в ноябре 1942 года Красная Армия добилась первой решающей стратегической победы под Сталинградом, где ее войска впервые за время войны смогли прорвать оборону стран Оси и продолжить наступательные действия на достаточно большую глубину для окружения крупных сил Оси.

Развивая успех Сталинградской победы и получив опыт дальнейших побед и поражений в ходе последующей зимней кампании, Ставка и НКО смогли к июлю 1943 года создать намного более эффективную войсковую структуру Красной Армии, которая смогла наконец воплотить в жизнь теории «глубокого боя» и «глубокой операции», разработанные советскими военными теоретиками в 1930-х годах, а также осуществить новые идеи «артиллерийского» и «воздушного» наступлений. Свои способности Красная Армия продемонстрировала в июле-августе под Курском, когда она впервые за время войны остановила наступление вермахта, так и не дав ему достичь оперативной глубины, а затем начала длительные операции в развитие успеха глубоко в оперативном тылу вермахта, сражаясь с его танковыми резервами, пока у обеих сторон не иссякли силы.

Прилагаемые под постоянным бдительным присмотром Сталина энергичные усилия Ставки и НКО переформировать, перестроить и перевооружить Красную Армию достигли кульминации в июле 1943 года, породив новую и более современную армию, образованную вокруг ядра мощных танковых и механизированных войск и поддержанную грозным набором артиллерийских, воздушных и инженерных сил. Эти войска вскоре оправдали тяжелый труд своих создателей, одну за другой одерживая многочисленный победы на полях сражений, от всхолмленных равнин возле Курска и Орла до крутых берегов Днепра.

Одновременно немалую роль сыграло и грозное воинство численностью почти в 500 000 человек, состоящее из пограничных, полевых, конвойных, железнодорожных и строительных войск НКВД. Хотя о нем почти не упоминается в любых историях войны, оно сражалось бок о бок с новой Красной Армией, внеся значительный вклад в ее победу над гитлеровским вермахтом. В июне 1941 года эта «теневая армия» пограничников в полной мере почувствовала на себе всю силу удара вторгшихся войск вермахта. Ее полевые боевые дивизии и бригады содействовали боевым частям Красной Армии в первые два года войны, одновременно другие ее бригады и полки в ходе войны помогали установить в рядах Красной Армии железную дисциплину, выделяя людей для укомплектования заградотрядов, гарантируя строгий порядок в тылу и мобилизуя живую силу на освобожденных территориях для пополнения ее поредевших рядов. В то же время ее железнодорожные и строительные войска охраняли жизненно важную сеть коммуникаций Красной Армии, а при необходимости мобилизовали трудовые резервы для строительства грозных оборонительных рубежей и позиций.