Читать онлайн «Мик Джаггер. Великий и ужасный». Страница 58

Но ничто не подготовило ни Мика, ни весь мир к тому, что случилось 8 декабря 1980 года, когда у входа в здание «Дакота» Джона Леннона застрелил его безумный фанат Марк Дэвид Чэпмен. Другу Мика только что исполнилось сорок лет.

Тогда Мик не сделал никаких официальных заявлений, но происшедшее его потрясло. Когда Джаггер услышал ужасную новость, «он побледнел, – вспоминал его водитель. – Глаза у него были красные, его трясло». Джаггер был потрясен и не верил в случившееся еще и потому, что Леннон в отличие от «Роллингов», едва ли старался пробудить в своих поклонниках чувства гнева и ненависти.

Зловещее убийство Леннона повергло Мика в угнетенное состояние на несколько месяцев. И у него были все поводы опасаться за свою жизнь. Позже выяснилось, что имя Джаггера тоже числилось в списке Марка Дэвида Чэпмена. С помощью Джерри Мик начал подыскивать себе новое жилье в спокойном квартале Верхнего Ист-Сайда, а заодно стал повсюду носить с собой пистолет. Он нисколько не сомневался, что у него достанет духу нажать на курок. «Какой смысл носить оружие, если не собираешься стрелять?» – говорил он об этом как о чем-то само собой разумеющемся.

«Мик один из самых сексуальных мужчин в мире. Он лучший любовник из тех, что у меня были».

«Невозможно вечно встречаться с шестнадцатилетними. Они слишком требовательные».

«Между этими двумя все время то любовь, то ненависть».

«Я отучила его от наркотиков, но он заменил их сексом».

«Вы уверены, что хотите этого?» – переспросил Мика актер Джейсон Робардс. Оба уже провели несколько месяцев на берегу Амазонки на съемках фильма «Фицкарральдо» – немецкий режиссер Вернер Херцог экранизировал невероятную, но основанную на реальных событиях историю о том, как один человек собирался построить оперный театр в перуанской сельве. Устав от напряжения и, по всей видимости, немного не в себе, Мик собирался пройти через древний индейский ритуал по увеличению пениса.

«Для этого на детородный орган надевали стебель бамбука и запускали внутрь пчел, – говорил директор фильма Жюльен Тампль, друг Джексона, который позже снял в Мексике клип на песню «Роллингов» Undercover of the Night («Под покровом ночи»). Как вспоминал Тампль, Мик сказал ему, что действительно пытался попробовать болезненную процедуру. «Мик несколько месяцев жил в перуанских джунглях. Наверное, он там с ума сходил», – пришел к выводу Тампль.

Сам Мик признавал, что в какой-то момент «простыл, промок, устал, перепугался и был сыт по горло» невыносимыми условиями на съемочной площадке. Робардс заболел дизентерией и был вынужден уехать. Вскоре за ним последовал и Мик. Хотя потом фильм пересняли с Клаусом Кински в главной роли, Херцог был убежден, что только Джаггер мог справиться со второплановой ролью полоумного актера.

Нисколько не смутившись ужасными условиями на съемке «Фицкарральдо», Мик продолжал подыскивать себе роли в кино – но, как и во всем, чем занимался, только на своих собственных условиях. Он отклонил предложение на 2 миллиона долларов сыграть роль Рустера в фильме по мотивам мюзикла «Энни» (его сыграл Тим Карр, прославившийся по «Шоу ужасов Рокки Хоррора») и отправился на кастинг на роль Моцарта в «Амадее». Но роль досталась молодому малоизвестному актеру Тому Холсу.

Что же касается той роли, для которой он словно был создан, – роли рок-идола, – то Мик вовсе не намеревался уступать молодым. Шесть недель он пропадал в тренировочном спортивном лагере в Беркширских горах в Массачусетсе. Там он в поте лица, «словно проклятый пес», готовился к запланированному на осень 1981 года десятинедельному туру по двадцати восьми городам. Об этом времени он вспоминал как о «ежедневных многочасовых пытках… ведь с возрастом заниматься становится все сложнее». Зато ближе к гастролям Мик мог похвастаться талией охватом в шестьдесят девять сантиметров и весом в пятьдесят семь килограммов.

Но не только физическая форма беспокоила Мика. Другие «Роллинги», как обычно, особенно не напрягались и сидели в сторонке, пока их руководитель лично следил буквально за всем, от финансов и рекламы до костюмов и заказа номеров в отелях. «Никто больше и пальцем не пошевелит», – жаловался Джаггер.

Больше всего надежд Мик возлагал на энергичную композицию Start Me Up («Заведи меня») – переделку мелодии в стиле рэгги, которую они превратили в довольно агрессивный рок-гимн, снова привлекший внимание публики к Rolling Stones. Запись была выпущена в августе 1981 года и тут же стала классикой, задав общий настрой для нового альбома Tattoo You и их самого удачного тура за все время.

Что касается командного настроя, то не обошлось без ссоры между Джаггером и Ричардсом. Когда ведущий гитарист узнал, что 1,2 миллиона долларов группы было потрачено на сценические эффекты и приспособления – в том числе на подъемный кран, который должен был поднимать Джаггера над сценой, чтобы он разбрасывал цветы, Ричардс пришел в ярость и обвинил Мика в том, что тот превращает тур в «гребаный балаган». Тем не менее это шоу увидели более двух миллионов человек, и в итоге оно собрало более 50 миллионов долларов, став самым прибыльным концертным туром в истории современной поп-музыки.

Но не было недостатка и в опасных моментах. В Нью-Орлеане у зрителей конфисковали тридцать пистолетов. В Сиэтле задержали женщину с револьвером всего в нескольких шагах от Мика. В последнем пункте гастролей, в Хэмптон-Роудз, в Вирджинии, во время съемок документального фильма для канала HBO один фанат вскочил на сцену и пошел прямо на Мика. Кит отреагировал мгновенно – снял гитару и огрел по голове незваного гостя.

Иногда Ричардсу хотелось проделать то же самое и с самим Миком. На самом деле пропасть между ними никогда еще не была так широка, как в тот момент, когда в честь двадцатилетия своей дружбы они выпустили сингл Waiting on a Friend («Ожидаю друга»). Кит отнесся к исполнению этой песни серьезно, тогда как Мик переигрывал, кривлялся на сцене и размахивал висевшей у него на руке сумочкой, чем очень сердил Кита. В отместку Кит выдавал бесконечные гитарные соло, и за кулисами уже выходил из себя Мик.

Подобные чувства хорошо были знакомы и Джерри Холл, которая бодрилась на публике, делая вид, что все в порядке, пока Мик развлекался с подростками. Джаггер посещал манхэттенские клубы «Зенон» и «Реджинс» с восемнадцатилетней «девушкой десятилетия» Корнелией Гест, дочерью светских тусовщиков Уинстона и Сизи Гест. Дэвид Макгу вспоминал, как Мик набросился с криками на фотографов, когда его застали с этой симпатичной блондинкой в холле отеля «Карлайл» в пять часов утра. (Позже одна подружка Гест рылась в ее гардеробе в поисках подходящей одежды и увидела жакет с блестками. «Какой потрясающий!» – воскликнула подруга. «И неудивительно, – отозвалась Гест. – Это же вещь Мика».)