Читать онлайн «Великий Сталин». Страница 83

Остаётся понять – людьми какого калибра являются их нынешние якобы «преемники» в высшей Власти?

Впрочем, глядя уже на то, как они строят отношения России с внешним миром, на последний вопрос ответить труда не составит.

Сталин же свои отношения с внешним миром строил несколько иначе…

Внешний мир и Сталин… Можно ли не сказать – хотя бы кратко – и об этом… В реальном масштабе времени – при жизни Сталина – его личное влияние на жизнь планеты постоянно возрастало. Хотя это понимали не все – во всяком случае, на словах.

Скажем, много лет проживший в СССР американский дипломат и политолог Джордж Кеннан так и не понял ни Россию, ни Сталина, однако написал о них много – и в секретных меморандумах, и в популярной периодике, и в книгах.

В одной из своих книг он написал, что Сталин «на 65-м году жизни (то есть в 1944 году. – С.К.), стоявший уже двадцать лет у руля державы, был наиболее могущественным, но мало знаемым в мире властителем». Кеннан, привыкший к тому, что в его «империи добра» предметом национального внимания оказываются даже замаранные трусики Моники Левински, имел в виду то, что, как он сетовал, личная жизнь Сталина оставалась «тайной», которую не смогли разгадать даже любопытные американские репортёры.

Кеннан ошибался в оценках России и Сталина «по-крупному», ошибался он и в мелочах, заявляя, что Сталина-де «видели» лишь несколько иностранцев. Причём сам же Кеннан в своих воспоминаниях себя и опровергает. Например, он описывает уже послевоенную ситуацию, когда группа американских конгрессменов пожелала встретиться со Сталиным, и Кеннан, замещавший тогдашнего посла Гарримана, сопровождал её в Кремль. Перед этим, в ходе знакомства с московским метро, конгрессменов угостили «рюмкой» «чая», и один из них, уже сидя в лимузине, ворчал: «Да кто такой этот Сталин? Не хочу я с ним встречаться… А что, если я тресну этого старикана по носу?»

Думаю, оказавшись со Сталиным нос к носу, этот янки уже не «шебуршил». Ведь даже Черчилль печатным образом признал, что, когда входил Сталин, ему хотелось встать и взять руки по швам.

Стоит ли этому удивляться! Черчилль сам был человеком незаурядным, «многослойным», но его незаурядность не шла со сталинской ни в какое сравнение. И Черчилль – как великий, спору нет, человек – был способен понять это лучше многих других. Вся жизнь Черчилля прошла в кругу правящей элиты развитых стран Запада и прежде всего – элиты Англии и США, поэтому Черчиллю было с чем и с кем сравнивать. Уж он-то видел всю ничтожность даже выдающихся представителей его класса на фоне спокойной гениальности Сталина. Причём Черчилль, зная практически, что значит руководить страной, да ещё и во время войны, не мог не отдавать себе отчёт в том, что круг задач и проблем, стоящих перед Сталиным, раза в три-четыре, а то и более велик и серьёзен по сравнения с «военными» обязанностями его, Черчилля.

К слову, Сталин так же выделялся многообразием успешно решаемых им задач на фоне всех остальных современных ему мировых лидеров, как выделялся в свою эпоху на фоне европейских монархов наш Пётр!

Однако масштаб и сложность задач Сталина были настолько же огромней, по сравнению с Петровскими, насколько петровские пушки были слабее артиллерии РККА.

Впрочем, всемирно-историческое значение Сталина не ограничивается, конечно, его ролью во Второй мировой войне. Его значение не сводилось к этой роли в первую очередь тогда, при жизни Сталина, и не сводится к этой роли сегодня.

Причём значение Сталина для прошлого, настоящего и будущего мира не просто велико. Оно не сопоставимо со значением любой другой исторической фигуры в мировой истории.

Сталин потому и ненавистен даже сегодня так многим, что он стал наиболее крупной – даже более крупной, чем Ленин, – реальной фигурой в мировом противостоянии Добра и Зла. В этом смысле Сталину нет равных ни в ушедшем уже ХХ веке, ни – тем более – в новом, только начинающемся XXI веке.

В своей последней публичной речи, завершившей 14 октября 1952 года XIX съезд КПСС, Сталин сказал:

«Раньше буржуазия позволяла себе либеральничать… и тем создавала себе популярность в народе. Теперь от либерализма не осталось и следа… Знамя буржуазно-демократических свобод выброшено за борт…

Раньше буржуазия считалась главой нации, она отстаивала права и независимость нации… Теперь буржуазия продаёт права и независимость нации за доллары. Знамя национальной независимости и национального суверенитета выброшено за борт…»

Но кто должен поднять знамя гражданских свобод в мире? Отвечая на этот вопрос и обращаясь как к делегатам съезда, так и к зарубежным гостям съезда – членам руководства коммунистических и народно-демократических партий мира, Сталин сказал:

«Я думаю, что это знамя придётся поднять вам, представителям коммунистических и демократических партий, и понести его вперёд, если хотите собрать вокруг себя большинство народа. Больше некому его поднять».

А как со знаменем национального суверенитета? Сталин ответил и на этот вопрос:

«Нет сомнения, что и это знамя придётся поднять вам, представителям коммунистических и демократических партий, и понести его вперёд, если хотите быть патриотами своей страны, если хотите стать руководящей силой нации. Больше некому его поднять…»

Последними же словами Сталина, в последний раз в его жизни обращёнными ко всему миру, были:

«Да здравствует мир между народами!

Долой поджигателей войны!».

И вот что важно! Говоря то, что он сказал 14 октября 1953 года в Москве, Сталин не зачёркивал лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Но он шёл здесь за Лениным, который после Октября 1917 года сказал: «До Октября мы были пораженцами, после Октября мы – оборонцы».

И теперь Сталин громко заявлял, что отныне истинными поборниками свобод человека и истинными патриотами могут быть во всех странах лишь коммунисты. Что, если коммунист в любой стране претендует на национальное лидерство, он обязан быть защитником личных свобод и патриотом.

Но это ведь относилось и к Советской России! Нельзя было руководить Советской Россией, не будучи на стороне свобод народа и не будучи советским патриотом. Нельзя быть русским без чувства глубокого патриотизма, не имеющего ничего общего с национализмом и шовинизмом.

Так можно ли руководить Россией, не будучи коммунистом? Не парламентским «членом партии», а коммунистом, большевиком ленинско-сталинской формации? Ведь только такие русские люди могут обеспечить России процветание и будущность.