Читать онлайн «Стратегии злых гениев». Страница 89

Что касается Усамы, то его стратегия оказалась на редкость последовательной. Анализ его деятельности в Судане приводит экспертов в области борьбы с терроризмом к выводу, что в период между 1992 и 1996 годами именно Соединенные Штаты постепенно стали первоочередной целью «Аль-Каиды». Усама прекрасно понимал: чтобы приобрести желанное реноме великого борца, надо вести войну с могущественным противником. Некоторые эксперты считают, что с начала 1992 года Судан превратился в координационный центр международного терроризма и стал замыкающим звеном в системе распространения исламистских радикальных воззрений в страны Ближнего Востока и Африки. Различные издания часто приводят описание этого периода жизни бен Ладена старшим следователем ООН по предотвращению терроризма Роханом Гунаратном. В своей книге «Внутри “Аль-Каиды”» он отмечал: «В Судане организация бен Ладена обосновалась серьезно. Президент страны подписал письмо, дающее защиту коммерческим интересам “Аль-Каиды” в стране. Постепенно “Аль-Каида” расширяла свой бизнес в сельском хозяйстве и промышленном производстве. Организация владела компанией по выращиванию овощей и фруктов под названием “Blessed Fruits” в Хартуме и компанией грузоперевозок. В пригородах города Дамазин была куплена ферма, где члены “Аль-Каиды”, выращивали сезам, арахис и белую кукурузу. <…> Ферма выполняла еще одну роль: ее использовали для того, чтобы освежить в памяти членов “Аль-Каиды” как использовать оружие и взрывчатку. Когда в конце 1991 года на ферме проходили тренировки членов Египетского исламского джихада, звуки взрывов заставили местных жителей пожаловаться в полицию. Полиция арестовала некоторых членов “Аль-Каиды”, однако суданская разведка, тесно сотрудничавшая с “Аль-Каидой”, вмешалась и добилась их скорого освобождения». Под ненавязчивым руководством озлобившегося человека, который намеревался силой заставить мир признать себя, терроризм трансформировался из способа протеста и сопротивления в действенный рычаг давления на весь мир. Но эйфория продолжалась недолго: суданские власти под давлением США и других западных государств перестали оказывать гостеприимство своему одержимому кровавой войной гостю.

Установление режима талибов в Кабуле в сентябре 1996 года стало манной небесной для бен Ладена и его «Аль-Каиды». Талибы обеспечивали куда больший уровень безопасности, что позволяло продемонстрировать миру свою силу. Многое объясняется родственными связями: лидер талибов мулла Мохаммед Омар был связан брачными узами со старшей дочерью бен Ладена, а сам бен Ладен сделал одну из дочерей муллы Омара своей четвертой женой. Но не только политические браки скрепили союз, как и прежде Усама бен Ладен не скупился на обильную финансовую помощь новому режиму. Принимая во внимание, что к середине 1990-х годов он уже стал в глазах Вашингтона «террористом номер один», обеспечение безопасности, скрытности обитания и перемещений приобрело особый смысл. Но вряд ли вчерашний беззаботный миллионер сетовал на такие изменения в жизни; лишения с лихвой покрывала мировая известность и невероятная популярность в среде борцов за доминирование исламского радикализма. Усама бен Ладен отыскал гораздо больше приверженцев, чем могли полагать сторонники идеи «Красота спасет мир». Цели глобального исламского джихада, направленного против «крестоносцев» XXI века, разработанного Усамой, лучше всего сформулировал второй человек в «Аль-Каиде», руководитель группировки «Аль-Джихад» Айман аль-Завахири в одном из своих выступлений: «Конечная цель состоит в установлении шариата на всех землях ислама, создании всемирного исламского халифата и возвращении исламу его былого величия. Соединенные Штаты и Израиль никогда не допустят такого развития событий по доброй воле, поэтому глобальный исламский джихад должен, в первую очередь, сокрушить эти две страны».

Безапелляционно разделив мир на две половины, руководители «Аль-Каиды» начали экспорт смертоносной идеи необходимости достижения максимального количества жертв среди неверных, концентрируя усилия на операциях смертников, шокирующих и деморализующих тех, кого они определили своими врагами. И если во время войны в Персидском заливе в 1991 году лидеры «Аль-Каиды» провозгласили лозунг активного противостояния американской «оккупации» «святой земли» Саудовской Аравии и Израиля, то после 1996 года Усама, не стесняясь, призывал к убийствам и насилию. В 1998 году он заявил о необходимости образования ассоциации «Всемирный исламский фронт борьбы против иудеев и крестоносцев», а выпущенная по этому поводу религиозная листовка зафиксировала, что «убийство любого американца – гражданского или военного – является долгом каждого правоверного мусульманина». В ассоциацию вошли лидер египетской организации «Аль-Джихад» Айман аль-Завахири, один из лидеров египетской «Аль-Гамаа аль-Исламийя» Абу Ясир Ахмад Таха, секретарь пакистанской исламской организации «Джамиат-и улама-и Пакистан» («Ассоциация улемов Пакистана») шейх Мир-Хамза, лидер пакистанского движения «Харакат аль-Ансар» Фазуль ар-Рахман Халиль и лидер движения «Джихад» из Бангладеш Абд ас-Салям Мохаммед. Созданием этого объединения Усама бен Ладен замкнул цепь организованного воздействия на ненавистную ему часть мира, оформив ее как систему, как новый вид всемирной войны.

На афганской земле Усама бен Ладен перешел свой Рубикон, постаравшись, чтобы обнародование его жизненной стратегии стало самым тревожным раздражителем для Соединенных Штатов. Если раньше для экстремистских группировок террор служил способом привлечь внимание к своим политическим проблемам, то современные акты насилия бен Ладен посвящает глобальной реконструкции мирового сообщества. В этом сильная сторона стратегии бен Ладена, позволяющая ему выгодно выделяться в глазах единоверцев. Хотя поступки бен Ладена порой выглядели странно, в целом он беспокоился об одном: чтобы в массовом сознании обитателей планеты XXI века он запомнился как самое значимое и великое зло, которое только существовало на Земле. Этим он одновременно решал несколько задач: достигал высочайшего уровня узнаваемости, прикрывал террористов-исполните-лей, вселяя в них уверенность в своих силах и правильности избранного пути и, наконец, доказывая всем действенность придуманной им технологии борьбы против всего мира. При этом совершенно неясно, вдохновителем каких конкретных актов терроризма он стал. Например, через несколько дней после падения небоскребов – самого крупного террористического акта за всю историю человечества – в исламистской газете «Уммат» бен Ладен отрицал свою причастность к этому случаю истребления мирных жителей Нью-Йорка, отметив неприемлемость для себя организации убийств невинных женщин и детей. Но уже через месяц, когда начались воздушные атаки американцев, через арабские электронные средства массовой информации Усама бен Ладен злобно пригрозил Америке, пообещав новые жертвы среди гражданского населения.