Читать онлайн «Стратегии злых гениев». Страница 46

Как формировалась личность Григория Распутина, откуда появилась в нем та ненасытная жажда действовать иррационально вне рамок своего мира, бесстрашное желание испытывать на прочность иной, чуждый ему мир и способность приручить его, приспособить к своим импульсам? О жизни и приходе в мир «русского старца» повествует множество противоречивых легенд, в которых нелегко отделить зерна от плевел. Известно, что, рожденный в глухой деревне Тобольской губернии, он воспитывался в строгих рамках замкнутого и во многом автономного в своей безнадежной отсталости мира российской глубинки второй половины XIX века. Жизнь далеких провинциальных деревень России зиждется на двух одинаково важных принципах – верховенстве и подчеркнутой исключительности мужского начала и повышенной религиозности. Есть еще один важный штрих, отразившийся на личности Распутина, – более высокий уровень социальных свобод в сибирских деревнях по сравнению с районами, близкими к центру и столице. Создавая баланс между материальным и духовным, эти принципы позволяют при ведении сложного натурального хозяйства на фоне довольно суровых будней поддерживать нетленным единый духовный стержень всей общности и управлять ею, избегая хаоса. Социальные же свободы позволяли формировать некоторую замкнутость пространства отдельно взятой деревни.

Несомненно, что этот дух далекой деревни довлел над каждым ее жителем, и Григорий Распутин, родившийся в семье зажиточного крестьянина, не был исключением. Узость существовавших канонов подтверждает даже сухое перечисление предков в церковных книгах – примитивная дань мужской форме утвержденного порядка. Однако детство Григория имело некоторые, важные для формирования личности, отличия. Ряд источников указывает на четыре смерти во младенчестве детей, рожденных в семье до Григория. Если эта информация соответствует действительности, то именно тут следует искать причины глубокой душевной чувствительности и восприимчивости натуры Распутина. Ведь, с одной стороны, он не мог не знать об умерших до него детях, а с другой – родители не могли не относиться к выжившему сыну с повышенным вниманием и подчеркнутым выражением любви, которые часто несвойственны для более сдержанных и примитивных в проявлении чувств простолюдинов. (Впрочем, австрийская исследовательница Элизабет Хереш отмечает, что мать Григория умерла рано, и у него сохранилось о ней мало воспоминаний.) Такое отношение в семье стимулировало ранние проявления у Григория поразительно высокой для крестьянина самооценки и завышенных амбиций, которые в зрелом возрасте стали основой его шокирующей самонадеянности.

Кроме того, условия деревенского бытия приучили его с детства придавать особое значение тем основам, которые формируют авторитет мужчины в автономном мирке его социального пространства. А именно – в первую очередь развитию мужского начала: в виде физического здоровья и непосредственно мужского достоинства как неотъемлемой части здоровья и способности продолжить род. Такое внимание к этому вопросу в условиях иного социума, например бурно развивающихся городов и промышленных центров, казалось бы комичным и неестественным. Если в мире развитой цивилизации существует и действует множество эрзацев, замещающих мужскую силу и состоятельность, например капиталов, недвижимости, наконец просто принадлежности к определенному классу, то в условиях отдаленной деревни здоровье, мужская сила и потенция имеют реальную и непосредственную ценность. Эта была понятная и важная основа, уясненная Григорием, и в будущем, во многом подсознательно опираясь именно на нее, он строил фундамент своей жизненной философии. Ключевой и выигрышной позицией такой философии стало отрицание социальных различий и признание более действенных, порой овеянных мистикой, форм власти и влияния. А именно – во главу угла он со временем поставит психоэмоциональное, религиозное или сексуальное воздействие. В этой связи стоит упомянуть еще и наличие у Распутина экстрасенсорных способностей, проявившихся, как указывают исследователи, уже в раннем возрасте. Сложно оценить, насколько юноша был способен предугадывать события, но, бесспорно, чувствительность его психики и восприимчивость оказались еще одним козырем в восприятии его деревенским окружением. Его побаивались и нередко чурались: юноша заметно выделялся в среде, как инородный элемент, непредсказуемым поведением и необъяснимыми поступками. С другой стороны, с раннего возраста Григорий сам ощутил, что небесное, необъяснимое и заретушированное тенью великой тайны является сокрушительным оружием влияния, за счет воздействия на окружающих этими могучими средствами можно добиться всего чего угодно. Быть может, именно это озарение навело Григория на мысль о пагубности для него тяжелого крестьянского труда и возможности построить рай на земле для отдельно взятого человека.

Помимо здоровья, Григорий стремился и к своеобразному заменителю интеллектуального базиса – религиозной грамоте. Он рано осознал, что представитель Бога в земной иерархии может занимать гораздо более высокое положение, чем назначенный царем прилежный и зажатый рамками государственной службы чиновник. И по всей видимости, его невероятная, свойственная сиротам-одиночкам впечатлительность породила в нем более глубокий интерес к религии. Это подтверждает и его хаотичное и бессистемное, почти непроизвольное запоминание громадных кусков из религиозной литературы и особенно рассказов людей, причисляющих себя к религиозным лидерам. Раннему влечению и последующей приверженности к религии способствовали замкнутость юноши и его исключительная склонность к внутренним переживаниям, которая была порождена недостатком общения с матерью. Косвенно его попытки укрыться в мире собственных представлений подтверждаются необычной любовью к животным и навязчивым желанием заменить общением с ними общение с людьми.

Тяга Григория Распутина к религии началась с того, что юноша проникся нескрываемым уважением к различным пилигримам и сектантам. Эти отрешенные люди, посещавшие деревню, раздвигали для него границы мироздания далеко за пределы узкого обывательского мирка деревенского крестьянина. Это были особые люди, в восприятии бесхитростного люда как бы отмеченные Богом и в то же время не отягощенные какими-либо обязательствами или обязанностями. Напротив, они выступали духовными лидерами, ведя себя непринужденно и даже дерзко по отношению ко всему окружающему миру, и в том числе к высшим слоям общества. Их высшей ценностью неизменно оставалась свобода. Парню, не испытывавшему желания тянуть крестьянскую лямку, импонировал такой статус «божьих людей». Пожалуй, уже в юношеский период он начал ассоциировать себя именно с такой ролью, хотя глубоко внутри одновременно зрело и другое желание – использовать сокровенные знания для возвышения в миру. Кроме того, у молодого человека из дремучей таежной глуши было слишком мало возможностей выбирать. С одной стороны – беспрерывный труд, похожий на пожизненную каторгу, с другой – религиозная деятельность, ассоциирующаяся с принадлежностью к касте избранных, посредников между Богом и неразумным стадом овец-людей. Второе Григорию явно нравилось больше, но для официальной должности церковного служителя необходимо было соответствующее образование. Кроме того, его определенно смущала зависимость при продвижении по служебной лестнице, тогда как существование небольшой категории людей, причислявших себя к пророкам, манило независимостью и благополучием, свободой действий, возможностью маневра и философско-религиозным презрением ко всему окружающему. Если доказать свою принадлежность к группе посвященных, можно не только заставить признать себя, но и управлять всем миром, невзирая на формальные и утвержденные обществом ценности. Но, конечно, такие мысли посетили Григория гораздо позже, после его многолетних хождений и наблюдений за людьми. Годы религиозных странствий превратили его в охотника на недоверчивого зверя, именуемого человеком, к его тонкому восприятию мира прибавились обширные знания психологии человека, которые он, как следопыт, добыл путем многочисленных экспериментов и использовал с невероятной точностью, почти всегда загоняя свою жертву в ловушку признания, поклонения и почитания своего победителя – Григория Распутина.