Читать онлайн «Стратегии злых гениев». Страница 111

В большинстве случаев деструктивные личности представляли собой образы отъявленных фанатиков с ограниченным умом, зацикленных на одной из иррациональных идей. Но направление усилий на одну, часто единственную цель предусматривало отказ не только от созидательной деятельности, но и от любви, семьи, общепринятых ценностей в целом, что не могло не составлять гигантского преимущества перед остальным миром, распределяющим энергетические ресурсы на множество мирских задач. Направляя свои мысли в одно русло и делая его могучим потоком, такие люди, как Чингисхан, Гитлер, Сталин или бен Ладен, пренебрегали другими человеческими благами, но не в силу волевого аскетизма, а потому, что были захвачены собственными иллюзиями целиком, отдавались им без остатка.

Кроме того, объективности ради отметим, что многие из «злых гениев» в действительности обладали некоторыми чрезвычайно важными для достижения успеха качествами. Даже Калигула, являвший собою психически неполноценную, недоразвитую личность, продемонстрировал удивительные способности выживать в агрессивной, хищнической среде. Подобную способность проявил и Чингисхан, что сыграло ключевую роль в его становлении как лидера. К несгибаемой воле знаменитый кочевник добавил понимание духа перемен и знание психологических особенностей своих соплеменников, предложив и закрепив новую форму построения иерархического порядка. Терпеливость и умение маскироваться были одними из уникальных сторон Екатерины Медичи, позволившими ей не утонуть в потоке бесконечных дворцовых интриг и заговоров. Напротив, она сама со временем превратилась в настоящую акулу, в безжалостных челюстях которой погибло немало противников. Впрочем, осторожность на первом этапе правления проявили практически все властители-тираны. Калигула и Нерон настолько усыпили бдительность сената своими благонамеренными поступками, что их подготовку к последующему наступлению без преувеличения можно сравнить с бесшумной поступью крадущегося к жертве хищника. То же можно сказать о периоде возвышения Сталина или Саддама Хусейна. Долгие годы прозябания в тени какого-то более авторитетного лидера, а затем смелый рывок, отлучение авторитетов от власти, беззастенчивое присваивание себе их достижений, переписывание истории – и уже из тумана противоречивых времен миру является новый идол, позволяющий себе вершить судьбы народов. К слову, относительно тихое начало было характерно и для Ивана Грозного, как бы выжидавшего, когда наступит время для абсолютного произвола. На самом деле, он сам создал этот произвол, когда убедился, что запуганное окружение и безвольные массы позволят ему совершать любые преступления. Осторожности не был лишен и Гитлер, который после провала «пивного путча» избрал совершенно иную тактику, основанную на легитимном продвижении к вершине власти. Кроме удивительно успешной политической демагогии, Гитлер был силен в оперировании ассоциативными картинами, ему не было равных в фальсификациях путем представления вырванных из контекста деталей.

Интриги были ремеслом Екатерины Медичи и Иосифа Джугашвили, которые они отточили до уровня искусства. Сталин проявил себя крупным игроком в аппаратных сражениях, а его искусство вести коалиционные политические войны снискало диктатору славу исключительно виртуозного политического стратега. Небезынтересно, что это умение Сталина отмечалось даже в западной литературе как поучительные возможности коалиционной стратегии, реализуемой в политической борьбе. Тихая и молчаливая манера Сталина действовать против однопартийцев позволила усыпить их бдительность и предупредить возможность создания сильных контркоалиций.

Понимание психологии масс и старательное выведение формул влияния нередко являлись сильной стороной злобных разрушителей и моральных уродов. Примечательной можно считать их невероятную способность учиться друг у друга, схватывая на лету основополагающие принципы управления людьми, оперирование символами и шаманскими фокусами. Если Калигула учился у Тиберия, то Нерон многое почерпнул из периода царствования Калигулы. Сталин определенно многое взял из методов устрашения людей царем Иваном Грозным и даже называл его учителем, а Саддам Хусейн прилежно учился у Сталина. Иракский диктатор лепил близкие даже по содержанию к сталинским лозунги, а портреты развешивал в стране по сходному принципу, предпочитая лично как можно меньше общаться с народом, насыщая сознание подданных фантомным, технологически обработанным и приведенным в идеальный вид собственным образом. Именно так поступал советский палач, не умевший разговаривать с массами и общавшийся с ними с помощью своеобразного пульта дистанционного управления.

Одной из составляющих формулы дистанционного управления и создания очищенного от мирской шелухи «героического» имиджа являлось написание книг и наводнение ими пространства, в котором осуществляется влияние. Этим принципом пренебрегали лишь самые недальновидные тираны, как правило получившие власть не путем вооруженной борьбы, а в качестве дара судьбы, как, например, Калигула. Книги решали сразу несколько задач – от коррекции биографии и имиджа до фальсификации жизненных программ и стратегий. Писали или нанимали летописцев Иван Грозный, Гитлер, Сталин, Саддам Хусейн. Даже такие диковатые персонажи с низким интеллектом, как Григорий Распутин, пытались оставить о себе дозированную информацию, призванную скорректировать представление современников и потомков об их устремлениях и деятельности. Сибирский крестьянин, по всей видимости, благодаря чьей-то подсказке нанял такого «летописца» для написания «Жития», призванного одухотворить и возвысить животное, которое внедрилось в российскую элиту под видом «божественного старца». Бен Ладен предпочитает телетехнологии, что обеспечивает несоизмеримо больший охват аудитории и важную для него демонстрацию «живого» общения. Даже Чингисхан придирчиво контролировал эту сферу. Он сделал это в конце жизни благодаря приближению к себе летописцев и позволению писать то, что он хотел о себе услышать. Не вызывает никакого сомнения, что написанное в «Сокровенном сказании» является либо прямо распространенной информацией кочевника о себе, либо очень близкой производной от этого.

Большинство тиранов-фарисеев пребывали в конфликте с реальностью, нередко испытывая страдания от расщепления собственной личности. Однако, балансируя между реальностью и виртуальным миром собственных фантазий, они развивали свое воображение до неестественных форм и потому оказывались способны увлекать за собой в область сплошных иллюзий. При этом в своих призывах они чаще всего опирались не на реальные знания, а на эмоции, вызывая сильные ассоциации и подключая свое воображение к решению тех или иных политических, экономических или каких-либо иных формул.