Читать онлайн «Полководцы и военачальники Великой Отечественной - 1». Страница 112

Командующий войсками Западного фронта генерал армии Соколовский решил польскую дивизию ввести в бой в полосе Тридцать третьей армии под деревней Ленино и поставил ей задачу прорвать оборину немцев на западном берегу реки Мерея. Для поддержки дивизии была выделена артиллерия и авиация. Мне довелось видеть наступление этой дивизии с наблюдательного пункта командующего Сорок девятой армией, действовавшей по соседству с Тридцать третьей. Польские воины вслед за огневым валом преодолели болотистую пойму и реку Мерею и по всем правилам военного искусства стремительно ринулись вперед. Все, кто наблюдал эту атаку, не могли не отметить воинской доблести польских солдат и офицеров. Гитлеровцы стремились любой ценой сорвать наступление дивизии, они бросили против нее авиацию, резервы. Однако эти их попытки не смогли остановить польских воинов, дивизия прорвала оборону противника на своем участке, проникла в глубину и двое суток вела упорные бои бок о бок с советскими войсками. Годовщина этого боя теперь ежегодно отмечается в Польской Народной Республике как День Войска Польского. В 1968 году на месте боя первой польской дивизии выстроен величественный памятник с панорамой, увековечившей подвиг польских и советских воинов в районе Ленине в годы Великой Отечественной войны.

Об умении Василия Даниловича творчески решать стоящие боевые задачи свидетельствует и такой боевой эпизод. Сорок девятая армия не входила в состав главной ударной группировки фронта. Однако ее войска успешно вели наступление во взаимодействии с соседними армиями. Однажды врагу удалось приостановить наступление главной ударной группировки фронта на одном важном промежуточном рубеже. Две же дивизии нашей армии в ночном бою сумели прорвать его оборону. Требовалось немедленно развить успех. Однако в составе самой армии не было подвижных соединений. Когда решался этот вопрос, в штаб армии прибыл Василий Данилович. Он заслушал решение командующего армией генерал-лейтенанта И. Т. Гришина, которое сводилось к тому, чтобы немедленно ввести в сражение две резервные дивизии, расширить прорыв и одновременно развивать успех в глубину. Василий Данилович одобрил это решение, приказал стянуть артиллерию, танковый полк и противотанковые средства к участку прорыва и тут же отдал распоряжение о вызове штурмовой и истребительной авиации для поддержки наступления.

Отдав все распоряжения, Василий Данилович вышел на улицу отдохнуть. Штаб армии располагался в деревне, чудом уцелевшей. Стояла прекрасная погода. Василий Данилович долго ходил по тропинке вдоль сада. А тем временем появились наши самолеты. Начали вступать в сражение свежие дивизии. Несмотря на упорное сопротивление немцев, их оборона была сломлена, они вынуждены были оставить занятый рубеж.

В ходе Смоленской операции мне часто приходилось присутствовать при докладах командующего Сорок девятой армией генерал-лейтенанта И. Т. Гришина своих решений командующему фронтом В. Д. Соколовскому. Мне и самому неоднократно доводилось докладывать по телефону ВЧ обстановку в полосе армии командующему фронтом. Это обычно случалось тогда, когда в полосе наступления армии происходили какие-либо заминки, неприятности или какие-либо важные события — скажем, ввод в бой корпуса второго эшелона. В таких случаях командующий и нередко начальник штаба выезжали в войска, на командном пункте у ВЧ оставляли меня (я в это время был начальником оперативного отделения штаба армии). Я не помню случая, чтобы Василий Данилович выходил из себя даже в самых трудных ситуациях боевой обстановки. Он внимательно выслушивал доклад, сам наносил обстановку на карту (это чувствовалось по уточняющим вопросам), давал четкие указания и заставлял их повторить, чтобы убедиться, правильно ли поняты его указания. Не было случая, чтобы Соколовский выражал недовольство тем, что обстановку ему, командующему фронтом, докладывал не командующий или начальник штаба армии. Он лишь спрашивал, где Гришин и Пастушихин и знаю ли я обстановку. Само собой разумеется, что я немедленно передавал указания командующего фронтом командующему армией и начальнику штаба по средствам связи или посылая офицера.

Помню и такой случай. Войска нашей армии во время наступления были задержаны противником на одном из очередных рубежей. Попытки прорвать оборону противника с ходу не дали желаемых результатов. Подтянув артиллерию и резервы, армия снова перешла в наступление, однако из-за недостаточного огневого подавления противника прорыв его обороны снова не удался. Бои длились непрерывно трое суток. Наконец враг не выдержал и ночью начал отводить свои войска на запад. Передовые отряды дивизий неотступно его преследовали. Однако главные силы несколько задержались. Командиры дивизий отнеслись с недоверием к докладам командиров передовых отрядов об отходе противника, поскольку еще днем он оказывал упорное сопротивление. Все это задержало доклад армии в штаб фронта об изменении обстановки. Через два часа после нашего первого доклада была получена телеграмма от начальника штаба фронта генерала А. П. Покровского, в которой он от имени командующего фронтом в резкой форме указывал нам на нарушение незыблемого правила наших уставов и наставлений, требующих немедленного доклада вверх при неожиданном изменении обстановки (начало отхода противника). Мы знали, что подобные промахи не останутся безнаказанными, Василий Данилович был строг на этот счет. Лишь успешные действия войск армии, прорыв очередного рубежа обороны, на котором гитлеровцы рассчитывали задержать наступление наших войск, избавили пас тогда от строгого наказания.

За успешное проведение Смоленской операции В. Д. Соколовский награжден вторым орденом Суворова 1-й степени.

Зимой 1944 года Западный фронт проводил частные операции в районе Витебска и других районах. Больших успехов в этих боях фронт не добился. Он не располагал необходимыми силами и средствами для разгрома группировки немецко-фашистских войск в Белоруссии. Ведению крупных наступательных операций зимой не благоприятствовал и район действий. По этому поводу можно привести выдержку из документа, собственноручно написанного Василием Даниловичем:

«Я, как командующий Западным фронтом, лично докладывал Верховному Главнокомандующему, что условия местности в „Смоленских воротах“ — этом лесисто-болотистом дефиле — не позволяют вести зимой широкие наступательные действия даже при наличии необходимых сил, и просил искать решения севернее или южнее „Смоленских ворот“».

То же самое докладывал в Ставку ВГК и ее представитель на Западном фронте маршал артиллерии Н. Н. Воронов.