Читать онлайн «Франклин». Страница 49

Отмена вероисповедного ценза и последующие мероприятия привели к тому, что пуританская церковь потеряла свою монополию на государственную власть в Массачусетсе. Пуританское духовенство ответило на это резкой активизацией борьбы за усиление своего влияния на колонистов, были предприняты попытки возродить светскую власть церковников. В колонии начался массовый религиозный психоз, особенно уродливой формой которого была «охота за ведьмами».

Печальную известность получил в то время президент Гарвардского колледжа Инкриз Мэзер, входивший в церковную иерархию Массачусетса. Мэзер опубликовал книгу, в которой были перечислены всевозможные способы колдовства, автор призывал паству бороться всеми средствами с ведьмами и колдунами.

Сын Мэзера Коттон, пастор в Бостоне, был одним из самых ярых проповедников «охоты за ведьмами». Не лишенный красноречия Коттон Мэзер в своих проповедях и памфлетах всемерно пропагандировал идеи, изложенные в книге его отца. Он немало сделал для того, чтобы Массачусетс стал заповедным полем «охоты за ведьмами». В колонии создалась обстановка всеобщей подозрительности, посыпались многочисленные доносы, начались массовые аресты. Этот тяжелейший приступ религиозной нетерпимости в Массачусетсе оставил мрачный след в истории всей колониальной Америки.

«Охота за ведьмами» преследовала вполне определенные цели. Руководство пуритан стремилось расколоть прихожан, натравить одну часть населения на другую и использовать создавшуюся ситуацию для того, чтобы попытаться восстановить светские позиции пуританской церкви.

Эти традиции религиозной нетерпимости находили свое уродливое отражение в жизни колоний и в более поздний период.

Для того чтобы в такой обстановке выступать за веротерпимость, надо было обладать незаурядным личным мужеством, которое и было присуще Франклину. В 1788 году в одном из своих писем он заявлял: «Я думаю, что все еретики, которых когда-либо я знал, были добродетельными людьми. Они обладают такой добродетелью, как сила духа, иначе они не смогли бы идти на риск — отстаивать свои еретические взгляды».

Выступая с позиций веротерпимости, Франклин преследовал вполне определенные политические цели. В период, когда формировалось его мировоззрение, Америка была центром массового притяжения эмигрантов в том числе и многих тысяч тех, кто ехал за океан, спасаясь от религиозных гонений. Ни в одной другой стране мира не было такого смешения церквей, сект, самых различных верований, как в американских колониях Англии.

«Бедный Ричард» имел все основания говорить: «Религия дяди Сэма подобна чеддерскому сыру, она делается из молока 21 прихода». Преследование инакомыслящих раскалывало единый фронт населения колоний, направленный на борьбу против британского господства. Опытные английские колонизаторы, используя старый как мир принцип: разделяй и властвуй, натравливали одни церкви на другие и держали в повиновении всех. В этих условиях веротерпимость являлась важным цементирующим средством, способствовавшим сплочению колоний.

Франклин был не только убежденным сторонником веротерпимости, но и решительно выступал за отделение церкви от государства, видя в этом важное условие для решения тех задач, которые стояли перед молодой американской буржуазией.

Франклин стоял на позиции умеренного деизма. Давая оценку деизма, К. Маркс писал: «Деизм — по крайней мере для материалиста — есть не более как удобный и легкий способ отделаться от религии». Франклин не относился к числу тех деистов-материалистов, которые становились на позиции отрицания религии.

Он видел в религии важное средство морального воздействия на широкие массы. Известно, что буржуазия, борясь против феодализма, оставляет от свергнутого строя то, что необходимо для удержания в повиновении трудящиеся массы. Вот почему, модернизируя религию с учетом своих нужд и требований, буржуазное общество выступает за ее сохранение и упрочение.

Религиозное кредо Франклина наиболее четко изложено в его письме Эзре Стайлсу, которое было написано за несколько недель до смерти. «Мой символ веры, — писал Франклин, — состоит в следующем. Я верю в единого бога, создателя вселенной, которой он правит с помощью Провидения. В силу этого он достоин поклонения. Лучший способ служить ему — делать добро другим его сыновьям. Душа человека бессмертна. И к ней отнесутся в потустороннем мире по справедливости, соответственно поведению человека в этом мире». В заключение письма Франклин еще раз отмечал свою приверженность принципам веротерпимости: «Таковы, — подчеркивал он, — основные положения любой здоровой религии. Я уважаю их, как и вы, вне зависимости от того, в какой бы секте их ни встретили».

Биограф Франклина Вернер Крейн с полным основанием писал, что «в этом письме суммированы основы религии Франклина». Данное высказывание его свидетельствует о том, что и в конце жизни он оставался на позициях деизма, но отнюдь не левого толка, а очень умеренного. Религиозное кредо Франклина не было чем-то твердокаменным, данным раз и навсегда. Его религиозные взгляды претерпевали определенные изменения под воздействии целого ряда факторов, главным из которых было развитие борьбы колоний за освобождение. Характерно, что именно после победы колоний и создания США Франклин особенно настойчиво повторяет мысль о полезности религии с житейской точки зрения, рассматривает ее как важное моральное средство контроля за поведением людей. Не случайно, что Франклин предложил начинать заседания конгресса с молитвы. Это диктовалось стремлением придать религии ореол государственности, подкрепить ее авторитетом законодательной власти, хотя Франклин был убежденным сторонником отделения церкви от государства.

В религиозных взглядах Франклина действительно много противоречивого и непоследовательного. Если подходить к оценке его взглядов с позиций атеизма, то они во многом уязвимы и могут быть подвергнуты достаточно резкой критике. Но если учесть обстановку, в которой формировались и проявлялись его религиозные воззрения, то в них прослеживается важное рациональное зерно.

Именно в этом и заключается большая историческая заслуга Бенджамина Франклина.

Пенсильвания сыграла очень важную роль в освободительном движении колоний и одной из основных причин этого являлось то, что гнет британской короны дополнялся в этой провинции гнетом наследников Уильяма Пенна. Нарождавшаяся буржуазия не хотела мириться ни с властью британской короны, ни тем более Пеннов, которые не желали нести никаких расходов для решения проблем, имевших первостепенное значение для развития колоний. Особенно напряженный конфликт между колонистами и владельцами возник во время войны с Францией и выступившими на ее стороне индейскими племенами. Военная угроза Пенсильвании была вполне реальна, но Пенны категорически отказались нести какие-либо издержки для организации обороны провинции, продолжая выкачивать из нее большие доходы. Это привело к резкому обострению отношений между колонистами и Пеннами. В 1757 году в качестве уполномоченного от колонин Пенсильвании Франклин обратился с «Докладом» в английский парламент, призывая его стать арбитром в споре колонистов и владельцев провинции. Глубоко проанализировав историю создания и развития колонии Пенсильвания, Франклин доказывал, что владельцы провинции грубо нарушили хартию, дарованную королем Уильяму Пенну, и узурпировали права Генеральной Ассамблеи, как представительного органа колонии.