Читать онлайн «Расстрелянная разведка». Страница 85

Нелегко приходилось в то время гомельским чекистам, не имевшим достаточного опыта оперативной работы. Гомель, буду­чи, по сути дела, прифронтовым городом, постоянно подвергался нападениям самых разношерстных врагов советской власти — от белополяков до анархистов. В губернии активно действовали кон­трреволюционные элементы и иностранные шпионы, по уездам свирепствовали кулацкие банды. Алексеев участвовал, в частности, в раскрытии мятежа на Днепровской военной флотилии, стоявшей тогда в Гомеле. Однако наибольшую опасность в тот период пред­ставляла крупная боевая террористическая организация эсера Бориса Савинкова «Союз защиты Родины и свободы», отделения которой действовали на территории западных губерний РСФСР. Центр организации — так называемый «Западный областной комитет» — находился как раз в Гомеле. Оттуда нити савинковского заговора тянулись к Москве, Петрограду, Минску и другим крупным городам.

Всеми операциями комитета Борис Савинков руководил из своей варшавской резиденции.

Савинковцам удалось вовлечь в заговор представителей старой интеллигенции, а также ряд специалистов, занимавших ответствен­ные посты в советских военных учреждениях и воинских частях. В гомельскую группу заговорщиков входили, в частности, руко­водители губернского и уездного военкоматов, командир учебного батальона, комендант города и некоторые другие военные работники. Из-за границы к ним поступали контрреволюционная литература, оружие и деньги.

Оперативная группа гомельских чекистов во главе с Алексеевым успешно применили метод внедрения в антисоветское подполье своего сотрудника, для которого изготовили документ, свидетельство­вавший о принадлежности этого человека к организации. Документ был заверен печатью комитета, изъятой при негласном задержании одного из его руководителей. Чекистам также удалось захватить нескольких савинковских курьеров.

В результате чекистской операции были арестованы ведущие функционеры «Западного областного комитета», профилактировано свыше 300 рядовых его членов. По данным группы Алексеева, регулярными частями Красной Армии был наголову разбит сфор­мированный на территории буржуазной Польши и вторгшийся в пределы РСФСР диверсионный отряд под командованием полков­ника Павловского, действия которого на советской земле отличались особой жестокостью.

В этот период Владимир Алексеев часто встречался в Гомеле с такими видными чекистами, как Сосновский, Пузицкий, Брауде, которые были направлены из Москвы Дзержинским в помощь гу­бернской ЧК, и учился у них.

Оперативная работа группы Алексеева по ликвидации в Гомеле антисоветского подполья получила высокую оценку Дзержинского. Невольно положительную оценку проведенной операции дал и сам Савинков, который позже, на судебном процессе над ним в Москве в августе 1924 года, заявил, что он возлагал большие надежды на «За­падный областной комитет», но ликвидация последнего чекистами «поколебала его веру в возможность свержения советской власти путем заговора».

После разгрома савинковского заговора Владимир Алексеев, которому только исполнился 21 год, был назначен начальником секретно-оперативной части и заместителем председателя губерн­ской ЧК.

В конце 1921 года возникла критическая ситуация в Башкирии, где сложились ненормальные отношения между местной ЧК и национальным башкирским руководством. В Башкирии уже была установлена советская власть, но некоторые местные советские работники, не разобравшись в обстановке, а иногда и отдавая дань пережиткам прошлого, проявляли открытое недоверие к башкирским руководителям. Ответной реакцией стали вспышки буржуазного на­ционализма среди башкир. Обострилась национальная рознь между башкирами и татарами. Тяжело сказались на настроениях людей неурожай и голод. В целях исправления создавшегося положения ЦК РКП (б) принял решение сменить руководство ЧК автономной республики. В.П. Алексеев был назначен заместителем председателя Башкирской ЧК.

Вспоминая о своей работе в Башкирии, Владимир Павлович, в частности, писал:

«Мне довелось активно участвовать в этом большом деле. В конце 1921 года по инициативе ЦК партии с группой работников Гомельской губернской ЧК я был направлен в Башкирию и выполнял там обязанности заместителя председателя ЧК автономной респу­блики. Нас послали туда в связи с тем, что в Башкирии не все шло гладко с созданием местного государственного аппарата, возникали разногласия на почве межнациональных отношений.

По приезде в Уфу мы, изучив обстановку, в корне изменили на­правление деятельности Башкирской ЧК, пресекли высокомерие, элементы великодержавного шовинизма, имевшие место в коллек­тиве местных чекистов, ввели в аппарат ЧК национальные кадры, установили деловые отношения с ЦИК и Совнаркомом Башкирии.

В короткий срок нам удалось нормализовать ситуацию и создать не­обходимые условия для становления и развития этой республики».

Владимир Алексеев оставил в Башкирии о себе хорошую па­мять. При отъезде из Уфы ему вручили благодарственный адрес республики.

Так В.П. Алексеев впервые столкнулся с проблемами Востока, с которыми в дальнейшем был связан на протяжении всей своей разве­дывательной деятельности. В 1923 году Владимира Павловича пере­вели в Москву, в Восточный отдел ОГПУ. Два года он работал там в должности уполномоченного под непосредственным руководством замечательного советского чекиста Якова Христофоровича Петерса. В этот период ему не раз приходилось видеть на работе, совещаниях и на отдыхе Дзержинского и его ближайших соратников.

Следует отметить, что Восточный отдел был специально создан в рамках ВЧК—ОГПУ в связи с особенностями чекистских задач, выте­кавших из требований и установок партии по национальному вопросу. Позднее Я.Х. Петере был направлен в Среднюю Азию с тем, чтобы на месте принимать меры по устранению различного рода осложнений, возникавших там на почве национальных отношений.

В 1923 году В.П. Алексеев поступил на Восточный факультет Военной академии Красной Армии, где в течение двух лет изучал японский язык без отрыва от основной работы в Восточном отделе. Выпускной экзамен по языку у Владимира Алексеева принимал вы­дающийся деятель международного коммунистического движения, основатель компартии Японии Сэн Катаяма.

В ноябре 1924 года на уполномоченного Восточного отдела ОГПУ Алексеева была составлена служебная характеристика, в которой, в частности, отмечалось:

«.. .Подбирать работников и руководить ими может. Инициати­вен. Энергичен и дисциплинирован. Обладает большой работоспо­собностью. Признавать свои ошибки не любит, хотя делает из них правильные выводы. Умеет настроить работников на выполнение задач. При проведении чекистских операций проявляет большую выдержку.