Читать онлайн «Расчищая путь пехоте». Страница 28

На первом танке серпантином рассыпались яркие искры. Башни с орудием словно и не бывало. Машину качнуло из стороны в сторону, потом она остановилась и задымила. Замыкающий танк от удара в борт получил пробоину и тотчас загорелся. Это была работа расчета комсорга Ивана Лозокевича, и в первую очередь наводчика ефрейтора А. Ненашева. Через несколько минут еще две машины застыли в сугробах с развороченными гусеницами.

Уцелевшие вражеские танки, поняв, какая им грозит опасность, уклонились от огневой дуэли с гаубицами-пушками 6-й батареи и поспешили скрыться на максимальных скоростях в снежной мгле...

По представлению командования полка И. Лозокевич, А. Ненашев, К. Джамангараев, В. Бушуев, связисты А. Узлов и Т. Пахрудинов были удостоены правительственных наград.

23 ноября войска 21-й армии облетела радостная весть: немецко-фашистская группировка в районе Сталинграда полностью окружена. С этого дня наш полк в составе 1-й артиллерийской дивизии сражался уже на внутреннем кольце окружения.

В тот период нам часто приходилось помогать танкистам. Изрезанная балками и оврагами местность и слабо развитая сеть шоссейных и грунтовых дорог ограничивали маневр бронированных машин, вынуждали их действовать лишь в определенных направлениях. Нередко танкам приходилось останавливаться и вести огонь с места. Этим они, естественно, подвергали себя опасности. Артиллеристы в таких случаях ставили перед танками завесу огня, прикрывали их боевые порядки от противотанковых средств врага.

Вспоминается утро, когда наш полк вышел в район хутора Советский и занял огневые позиции на его восточной окраине. Командиры дивизионов произвели пристрелку целей и реперов в глубине вражеской обороны и доложили о готовности. Как раз в этот момент из балки показались наши танки. Они мчались на высокой скорости по единственной дороге, проходившей через хутор, казавшийся совершенно безлюдным. Однако не успела головная машина выйти на его окраину, как по ней ударила противотанковая пушка гитлеровцев. Танк задымил и остановился. Из него выскочили танкисты.

Мы видели, как вражеские артиллеристы выкатили пушку из специально оборудованного и тщательно замаскированного бункера и, произведя несколько выстрелов, вновь спрятали ее. Огонь танковых пушек по этой цели не давал желаемых результатов.

Я приказал батарее капитана Н. М. Егорова уничтожить вражеское орудие в укрытии. Вскоре батарея открыла огонь и несколькими прямыми попаданиями разрушила бункер, похоронив под его обломками и пушку и орудийный расчет. Танки вновь двинулись вперед...

Так, километр за километром, соединения 21-й армии, поддерживаемые артиллерийскими частями РВГК, с боями продвигаясь вперед, вместе с соединениями других армий сжимали кольцо окружения вокруг вражеской группировки.

На оперативном просторе

Декабрь 1942 года выдался морозный и метельный. Дороги совсем замело. Приходилось мобилизовывать личный состав и материальные средства на их расчистку. Однако именно в те дни начали сказываться недостаток транспорта, растянутость наших коммуникаций, суровые погодные условия. Все это затрудняло подвоз боеприпасов, горючего, продовольствия.

Все тяжелее было устраивать быт воинов-артиллеристов, не говоря уже о пехотинцах, которым больше всех доставалось от суровой приволжской стужи. Спасала нас теплая одежда. Мы ходили в стеганых ватных брюках и телогрейках, отличных полушубках, шапках-ушанках и валенках.

21-я армия входила теперь в Донской фронт. Основная задача ее соединений состояла в том, чтобы, не давая врагу передышки, уничтожать его живую силу и технику. Немалая роль в этом принадлежала артиллерии.

По мере сокращения линии фронта боевые порядки частей и соединений на внутреннем кольце окружения все больше уплотнялись. Порой при подготовке очередного наступления не хватало места для размещения огневых позиций артиллерии и минометов. Единственно подходящими для этой цели были многочисленные балки, но их до отказа забивали войска, штабы, тыловые подразделения. Вот и приходилось иногда бродить по полю в поисках свободной площадки для тяжелых орудий полка. Выбирали мы для этого главным образом ровные участки местности, а на них окоп быстро не отроешь - земля что камень. Не оставалось поэтому ничего иного, как сооружать вокруг каждого орудия высокие снежные брустверы, обливать их водой, если вблизи случался водоем, и так защищаться от пуль и осколков.

Противник перед нами был, конечно, уже не тот. Зажатые со всех сторон, вражеские войска испытывали острую нужду во всем: в боеприпасах, продовольствии, одежде, горючем. Все чаще и чаще встречались танки и самоходные орудия, застывшие на жгучем морозе без топлива.

В декабре нам пришлось стрелять в основном с закрытых позиций. Поэтому, естественно, мы, командиры полков, имели тогда больше времени для общения.

Частыми гостями у меня, например, были командиры 1166-го пушечного артиллерийского полка подполковник Н. Г. Ушаков и 275-го гаубичного артиллерийского полка подполковник А. И. Телегин. Мы вместе анализировали действия своих частей и подразделений в ходе артиллерийского наступления, утверждавшегося в то время в своих правах, обсуждали вопросы тактического применения артиллерийской батареи 152-миллиметрового калибра против вражеских танков на равнинной местности, пересеченной оврагами и балками, приемы стрельбы из этих систем с открытых позиций и многое другое. Это были полезные творческие встречи. Собирались мы и на официальные совещания у комдива. 1-я артиллерийская дивизия теперь все чаще привлекалась в полном составе для поддержки боевых действий армии. А это требовало от нас еще большего взаимопонимания. Хотелось, чтобы все полки нашей дивизии были на высоте стоявших перед ними задач. Во многом это зависело не только от командиров полков, но и от командиров дивизионов, батарей, от уровня их артиллерийской подготовки, умения работать с людьми.

Надо сказать, что мне очень повезло с командирами дивизионов. Веселый, общительный капитан Н. Г. Посохин и несколько замкнутый, скупой на слова майор А. Т. Пащенко - оба были прекрасными артиллеристами, волевыми командирами. Их отличали высокая требовательность и внимательное отношение к людям. И того и другого не только уважали, но и любили подчиненные, а Александра Терентьевича Пащенко даже ласково называли "батей".

Выросли, возмужали в боях молодые командиры батарей лейтенант М. П. Вовк, старший лейтенант А. М. Лоза. Теперь их батареи ничем не уступали в выучке, боевой сноровке подразделениям маститых наших комбатров, таких, как капитаны Н. М. Егоров, В. Т. Лучкин, П. И. Вакин. Заметно увереннее стал действовать комбатр-5 капитан Н. П. Ларькин. Пришли опыт, умение и навыки самостоятельной работы и к командирам огневых взводов, орудийных расчетов. В становление полка немало сил и трудов вложили мой славный замполит Т. Д. Торонто и неутомимый начальник штаба майор В. В. Кудрявцев.