Читать онлайн «Судьба китайского Бонапарта». Страница 101

Безопасность за спиной США

Судьба семьи Чан Кайши оказалась в тесной зависимости от международно-политических событий на Дальнем Востоке, послевоенных планов Вашингтона. Генералиссимус знал, какое важное значение придают в США Тайваню. Госдепартамент еще в 1945 г. откровенно признал стратегическую необходимость американского контроля над островом. За исключением Сингапура, как полагали американские политологи, на Дальнем Востоке нет ни одного пункта, который заменил бы такую важную «контрольную позицию», как Тайвань.

В первый год после образования КНР стратегические приоритеты Вашингтона начали несколько смещаться. С тревогой слушал Чан Кайши сообщение о выступлении в Национальном пресс-клубе 12 января 1950 г. государственного секретаря США Д. Ачесона. Внешнеполитическое ведомство США пошло, как казалось гоминьдановцам, на небывалое предательство! Оно исключило Тайвань из «периметра обороны» США.

В окружении Чан Кайши росли панические настроения. Наиболее предприимчивые дельцы пытались сохранить свои приобретенные силой и мошенничеством богатства — золото переправлялось в наиболее надежные места, только в мае 1950 г. соратники Чан Кайши перевели в Гонконг до 50 млн гонконгских долларов. Из Тайбэя усилился поток беженцев, особой популярностью у них пользовалась Бразилия.

Начало войны в Корее вдохновило Чан Кайши. Генералиссимус располагал информацией о намерении КНР направить в Корею добровольцев; его не покидали надежды на переход американских войск через 38-ю параллель, что должно было — он верил в это — привести к непосредственному американо-китайскому столкновению. Телеграмма тайваньского посольства из Вашингтона обнадеживала. «Если это произойдет, — отмечалось в ней, — тогда наши позиции укрепятся в значительной степени».

Чан Кайши направил основные усилия на обработку общественного мнения в США. Сторонники Тайбэя начали активный поиск наиболее эффективных путей для действий лобби в пользу генералиссимуса. «Республиканцы в сенатской комиссии по иностранным делам, — докладывали Чан Кайши его агенты из США, — обнародовали заявление, подвергающее резкой критике послевоенную дальневосточную политику США… Если корейская война не закончится за эту предвыборную кампанию, эта проблема будет центральной для республиканцев. Наше правительство должно полностью оградить себя от внутриполитических проблем США. Но демократическая партия не сможет избежать безосновательных нападок на наше правительство и нашего президента. Наши нейтральные американские друзья советуют нам быть готовыми к отражению такого рода безосновательных нападок путем использования действительных фактов, чтобы избежать недопонимания со стороны американской общественности. Если мы будем довольствоваться лишь тем, что делают для нас республиканцы, то это не приведет к желаемым результатам… Мы должны использовать лиц, находящихся вне правительственной сферы. Этот метод будет более эффективным». В соответствии с подобными рекомендациями сторонники Чан Кайши вербовались среди американских ученых, публицистов, общественных деятелей. Чан Кайши искал опору среди таких адептов американского консерватизма, как генералы Макартур, Хэрли. Среди тех, кто поддерживал противоположную линию генерала Стилуэлла, был генерал Маршалл. На Маршалла и обрушили свои удары гоминьдановские лоббисты, обвинив его в «содействии» триумфу КПК. Генерал Ведемейер, находясь под давлением консерваторов, все ближе склонялся на сторону Тайбэя.

Группа американских сенаторов выступила со следующим заявлением: «Политика поддержки Китайской республики (Тайбэя. — В. В) должна быть твердой и последовательной политикой США. Президент Чан Кайши был и является выдающимся антикоммунистическим лидером в Азии. Наш враг в Азии и во всем мире должен быть идентифицирован с русским коммунизмом.

…Чан Кайши потерял Китай, поскольку он не получил достаточной моральной и материальной поддержки от США, а не по какой-либо иной причине».[92] Правые республиканцы указали на безответственные нападки на Чан Кайши, якобы безосновательные обвинения его соратников в коррупции, разложении, что, по мнению сторонников генералиссимуса, подрывало гоминьдановский режим. Чан Кайши ощущал за спиной могущественную поддержку.

Банкирские дома Среднего Запада и Калифорнии, устремлявшие взоры на Азию, с еще большей настойчивостью отстаивали лозунг «Азия прежде всего»; с резкой критикой европейской ориентации правительства выступили видные деятели республиканцев — сенатор Тафт, бывший президент Гувер, вокруг которых группировались и другие сенаторы-республиканцы — члены комиссии по иностранным делам конгресса: Александр Уайли (Висконсин), X. Александр Смитт (Нью-Джерси), Б. Хекенлупер (Айова), Кэбот Лодж (Массачусетс). Несмотря на болезнь, в бой готов был броситься и сенатор Ванденберг. По мнению этих сенаторов, «кровь американских парней лежала на совести президента и больше ни на ком другом». Кумиром мятежных сенаторов и стал генерал Макартур: они надеялись на генерала, ожидали от него большей смелости в проведении рискованного курса в дальневосточной политике.

Пропагандисты в США, и прежде всего сподвижники Генри Люса, пытались заставить американское общественное мнение поверить в силы Чан Кайши, в его способности не только «закрепиться» перед угрозой с материка, но и открыть второй фронт против КНР.

В 1950 г. население Тайваня составляло 8 млн человек. Среди американских военных специалистов не было единогласия по поводу количества штыков укрывшейся на Тайване армии Чан Кайши и ее потенциальных возможностей. Некоторые военные в Токио и Вашингтоне брали на себя смелость предполагать, что чанкайшистских войск наберется около 50 тыс. Но пропагандисты-профессионалы со свойственной им беззастенчивостью изображали положение на Тайване в более привлекательном свете. «Американские военные, — утверждалось в одном из сообщений, — считают, что красное вторжение будет отражено совместными усилиями 7-го флота США и армии националистов в количестве 500 тыс. человек». Впоследствии эта цифра поднялась до 800 тыс. Сторонникам расширения конфликта на Дальнем Востоке было, конечно, выгодно раздувать миф о скрытых потенциальных возможностях армии Чан Кайши, о способности гоминьдановцев внести солидный вклад в дело общей «борьбы с силами коммунизма». Они яростно разоблачили беспомощность политических руководителей, приписывали им вину за неудачи в корейской войне, во многом объясняя эти неудачи нежеланием использовать силы рвущегося в бой союзника.