Читать онлайн «Полководцы гражданской войны». Страница 67

С этой силой Щорс двинулся к станции Злынка. Оставив отряд в лесу, он с пулеметчиками вышел к железной дороге. К вокзалу подходил немецкий эшелон. Как только состав остановился, высыпали солдаты из вагонов: кто к водопроводному крану, кто в буфет. Вдруг застрочил пулемет: он стрелял из леса, что подходил вплотную к станции. Паровоз дал тревожный гудок. Состав сдвинулся с места. Немцы кинулись к своим вагонам, прыгали на ступеньки. Из леса застрекотали еще два пулемета; возле паровоза начали рваться гранаты. Эшелон очутился в ловушке. Из классного вагона послышались свистки, появились офицеры. Немцы с ружьями наперевес бросились к лесу. Этого и добивался Щорс. В лесу завязался бой, упорный, жестокий. Щорс устраивал засады в оврагах, нападал на мелкие группы, делал обходные марши. Командир немецкой части начал с утра бой силами одной роты, к полудню он вытребовал в лес весь полк, а к обеду уже был втянут в дело новый эшелон, вызванный немцами на помощь из Новозыбкова.

В этих сражениях Щорс потерял многих товарищей, да и сам он был ранен, но задачу, которую поставил перед собой, выполнил. Он замедлил. движение вражеских эшелонов, уничтожил немалую толику живой силы немцев, а главное — дал понять оккупантам, что петлюровские розы оснащены колючими партизанскими шипами.

Бойцы Красной Армии около захваченного английского танка.

Советская артиллерия ведет огонь по боевым позициям американо-английских интервентов. Северный фронт, 1919 г.

В штабе командующего войсками Приамурского военного округа А. Я. Лапина. Слева направо: А. Я. Лапин, Главком Народно-революционной армии В. К. Блюхер, член военного совета округа Мельников, начальник штаба округа Луцков, член военного совета ДВР М. И. Губельман и начальник полевого штаба НРА Магер.

На рассвете Щорс ушел из-под Злынки. Но немцы в тревоге за безопасность железнодорожной магистрали погнались за ним. Два полка шло по его: следу, между станциями Гомель — Новозыбков — Злынка кружили бронепоезда. Щорс петлял по лесу, то приближаясь к Новозыбкову, то удаляясь от него, он все глубже и глубже затягивал врага в лес, наносил внезапные удары и исчезал, отсекал мелкие подразделения от основных сил и уничтожал их, громил врага на марше и на отдыхе — появлялся всегда там, где его меньше всего ждали. И эта лесная охота продолжалась до конца апреля, когда Щорс, обескровленный частыми боями, вынужден был уйти к станции Унеча, на «нейтральную полосу», — эта полоса (между Советской Россией и Украиной) была установлена Брестским мирным договором. Щорса вместе с несколькими боевыми его товарищами вызвали в Москву. Отряд было решено распустить.

— Конец это? — спросил Щорс бойцов, собравшихся на прощальный митинг. — Нет, товарищи, это только начало. В Советской России формируется Рабоче-Крестьянская Красная Армия, и эта армия поможет нам очистить Украину от захватчиков. Отправляйтесь, товарищи, в свои города, отправляйтесь в свои деревни, будите народ, зовите его в бой! За большевистскую правду, за вольный труд, за счастье наших детей! Каждый из вас должен сформировать „взвод, роту, батальон. К вам придут люди, к вам потянется трудовой народ, как подсолнечник тянется к солнцу. Обучайте людей, научите их бить врага, как вы сами его били. Не пановать панам на Украине!

Москва — голодная, притихшая. Окна магазинов наглухо заколочены деревянными щитами. Среди редких пешеходов чаще всего попадаются солдаты с винтовками, пулеметными лентами на груди.

В общежитии, куда попал Щорс, царило тревожное оживление: в комнатах, коридорах, за обеденным столом только и говорили о смертельной опасности, что нависла над страной. Империалисты Англии, Франции, Америки и Японии задались целью удушить молодую Советскую республику: они готовят войска для вторжения в Россию.

Вдруг телефонный звонок: Щорса с его товарищами вызывают в Кремль, к Ленину. На такое счастье Николай Александрович не надеялся, но он был готов к встрече. У костра в лесных чащобах или в землянках, разрабатывая план очередной операции, Щорс частенько задумывался над тем, что одними разрозненными партизанскими отрядами нельзя осилить современную армию. Немецкой регулярной армии надо противопоставить регулярную армию революционного украинского народа, наподобие той, что создается в Советской России, той, которая 23 февраля уже нанесла чувствительный удар немецким захватчикам под Псковом и Нарвой.

Оказалось, что именно для этого, для беседы об организации регулярной украинской армии, вызвали украинских партизан в Москву.

Ленин рассказал товарищам с Украины, что революция переживает один из наиболее опасных периодов, что империалисты собираются охватить Советскую Россию железным кольцом, что они хотят задушить первое пролетарское государство голодом и тифом. Но пролетариат, взявший власть в свои руки, непобедим. Он выстоит. Рабочие и трудовое крестьянство верят своей большевистской партии. Они уверены, что большевистская партия приведет их к победе. На фронт идут рабочие из Москвы и Петрограда, Иванова и Нижнего, идут отовсюду, куда дошел призыв партии: «Революция в опасности!» Идут на фронт донбасские шахтеры и волжские грузчики, лесорубы Севера и приморские рыбаки, сибирские охотники и уральские сталевары, — на фронт идут все, кому дорога советская власть. Создается армия, сильная, могучая Красная Армия. И такую же армию надо создать на Украине. Русский народ поможет, он поделится со своими братьями последним куском, он поддержит украинских трудящихся в их справедливой борьбе за светлое будущее.

Щорс торопился поскорее выехать из Москвы, чтобы целиком отдаться тому большому делу, которое поручил ему Владимир Ильич. Он вернулся в Унечу: надо было восстановить боевую цепочку там, где она временно оборвалась. В округу полетела весть: «Дядя Микола объявился». К Унече потянулись партизаны: крестьяне из Черниговщины, батраки из-под Умани, рабочие из городов, мастеровые из местечек. Лесными тропами, балками и болотами, мимо немецких патрулей и гайдамацких застав просачивались партизаны из Нежина и Прилук, из Бахмача и Киева, из Белой Церкви и Таращи.

Украинские свитки перемежались с солдатскими шинелями, посконные рубахи — с фронтовыми френчами, кожаные сапоги — с лаптями. Вооружение было такое же пестрое: винтовки, берданки, охотничьи двустволки, обрезы. Этих людей надо одеть, обуть, обучить, сформировать из них роты, полки, из них надо создать украинскую Красную Армию.

К одному такому вновь прибывшему отряду подошел Щорс. Правофланговым стоял семидесятилетний крестьянин, обутый в лапти.