Читать онлайн «Московский проспект. Очерки истории». Страница 148

За зданием «Инжэкона» размещаются производственные корпуса фабрики детской обуви «Скороход».

В 1895–1905 гг. домом владел Василий Павлович Смирнов, в 1905–1907 гг. – его вдова Мария Андреевна Смирнова, в 1908–1917 гг. – дети Андрей и Михаил Васильевичи Смирновы и Анастасия Васильевна Васильева. Здесь жили Евдокия Сергеевна и Павел Матвеевич Баруздины.

Московский проспект, 105

П. М. Баруздин содержал в доме суровскую торговлю, М. В. Смирнов – мясную торговлю, Олимпиада Ивановна Тихонова – чулочно-вязальную мастерскую.

В 1907–1917 гг. гармонный мастер Константин Степанович Блинов содержал в доме продажу музыкальных инструментов, Александр Тимофеевич Романов – москательную торговлю, Владимир Андреевич Рудаков – мелочную торговлю.

При восстановлении после Великой Отечественной войны трехэтажный дом надстроили четвертым этажом.

Трехэтажный доходный дом здесь в 1876 г. построил инженер-архитектор А. А. Докушевский. В 1895–1907 гг. домом владела мещанка Мария Петровна Тенуева. Ей принадлежал и соседний незастроенный участок под № 91. М. П. Тенуевой наследовали Петр и Андрей Осиповичи Тенуевы, в 1908 г. продавшие оба участка Товариществу Санкт-Петербургского механического производства обуви, тогда же выкупившему и два смежных участка № 93 и 95, принадлежавшие Варваре Тимофеевне Федосьевой, наследовавшей своему мужу, надворному советнику инженеру Михаилу Петровичу Федосьеву. Желанию Товарищества выкупить все участки до Заставской улицы противостоял только потомственный почетный гражданин купец Иван Васильевич Васильев, с 1885 г. занимавшийся предпринимательской деятельностью в Петербурге. И. В. Васильев в 1895–1917 гг. владел в доме жительства (Забалканский пр., 97) предприятием по производству золототканых и посеребренных лент и тесьмы, повязок, обшивок и т. д., в том числе для офицерских мундиров. Имел специализированный магазин в Апраксином дворе, № 51.

Московский проспект, 107

Имевшиеся на приобретенных участках дома использовались Товариществом для поселения служащих, сдачи внаем и размещения магазинов для продажи своей продукции.

В 1901 г. здесь жил дьякон церкви Спаса Преображения Петр Михайлович Бычков.

В 1917 г. в бывшем доме Тенуевых жили: техник Альфред Гиринг, Артур Карлович и Пелагея Ивановна Кельн, служащий Товарищества «Скороход» Вячеслав Антонович (Артурович) Кельн (в 1920-х гг. – заместитель брандмайора), служащий Петроградской конторы Госбанка Федор Андреевич Кузьмин и Евгения Андреевна Кузьмина, Виктор Яковлевич Раушенбах (ранее жил в доме № 105/2 на углу Забалканского и Колмовской ул. (соврем. адрес: Московский пр., 123 / пер. Глеба Успенского, 2)), где родился его сын Борис.

В. Я. Раушенбах (1870–1930) – кожевенник. Родился в Екатериненштадте, самой крупной и известной немецкой колонии в Поволжье и России в целом (ныне – г. Маркс Саратовской обл.), получил образование в Германии, работал кожевенным мастером обувной фабрики «Скороход», в 1920 г. избран ее техническим директором. Жена Леонтина Федоровна (урожденная Халлик, 1886 (1890?)–1951), из семьи прибалтийских немцев, живших в г. Аренсбург (ныне – г. Курессааре, Эстония). Регистратор в поликлинике, преподаватель немецкого языка. В их семье 5 января 1915 г. родился сын Борис (Борис Ивар), в будущем – один из основоположников советской космонавтики, создатель систем управления ориентацией космических аппаратов, философ, общественный деятель, академик АН СССР (с 1991 г. – РАН) по Отделению механики и процессов управления (1984 г., член-корреспондент с 1966 г.).

Борис Раушенбах был крещен в евангелическо-реформатской церкви. После окончания Единой советской трудовой школы № 34 (бывшего Реформатского училища) один год трудился столяром-сборщиком на заводе № 23 на Черной речке и в 1932 г. поступил в Ленинградский институт инженеров гражданского воздушного флота, расположенный тогда еще на улице Плеханова. Одновременно с учебой серьезно занялся планеризмом. Традиционным местом для испытания планеров был Коктебель в Крыму. Именно там, на коктебельских холмах, впервые встретились увлеченные планеризмом Борис Раушенбах и Сергей Королев. Досрочно сдав выпускные экзамены, переехал в Москву и в 1937 г. поступил на работу в Ракетный научно-исследовательский институт (РНИИ, с 1938 г. – НИИ-3, с 1944 г. – НИИ-1 Наркомата авиационной промышленности), в группу С. П. Королева, где занимался проблемами устойчивости крылатых ракет в полете, а с 1938 г. (после ареста Королева и сворачивания в Наркомате оборонной промышленности проектов, требовавших для своей реализации более трех лет) – работами, связанными с созданием систем полевой ракетной артиллерии («Катюша»).

В сентябре 1941 г. сумел избежать депортации по национальному признаку, оформив мнимую командировку в Центральный аэрогидродинамический институт. В ноябре 1941 г. эвакуировался вслед за институтом в Свердловск. Однако в марте 1942-го мобилизован в трудовую армию, направлен в Стройотряд № 18–74 Тагиллага НКВД СССР. Более полугода работал мастером ОТК кирпичного завода, затем был «арендован» у Тагиллага (за определенную плату) своим институтом: оставшись в лагере, выполнял по заданиям института теоретические расчеты. Жил в одном бараке с будущими профессорами историком О. Н. Бадером и химиком А. Г. Стромбергом, доктором Берлинского университета химиком и минералогом П. Э. Рикертом, специалистом по турбинам В. Ф. Рисом. В январе 1946 г., как и другие «трудармейцы», переведен на режим спецпоселения, жил в Нижнем Тагиле, работал по-прежнему на свой институт и одновременно был консультантом Нижнетагильского краеведческого музея по Древнему Египту. В 1948 г. направлен на подведомственный ГУЛАГу авиазавод в г. Щербакове (ныне – Рыбинск). Оказавшись проездом в Москве, добился разрешения быть вновь зачисленным в штат НИИ-1.

Б. В. Раушенбах

В 1949 г. защитил кандидатскую и в 1958-м докторскую диссертации по процессам колебания горения в ракетном двигателе. С 1955 г. руководил лабораторией № 6 НИИ-1, которая впервые в СССР занималась созданием систем управления ориентацией космических аппаратов. Лаборатория выпустила большое количество книг, научных трудов и отчетов. Разработка теоретических вопросов сочеталась непосредственно с технической реализацией. В начале 1960 г. вместе со своей лабораторией перешел в ОКБ-1 С. П. Королева (ныне Ракетно-космическая корпорация «Энергия»), стал первым руководителем отдела систем ориентации и управления космическими аппаратами. Здесь Раушенбах создал научную школу, ученики и последователи которой занимают ключевые позиции в ракетно-космической промышленности России. Возглавляемые ученым отделы работали чрезвычайно напряженно. Ими созданы системы ориентации космических аппаратов Е-2А («Луна-3»), сфотографировавшего 4 октября 1959 г. обратную сторону Луны (за что в 1960 г. Раушенбах удостоен Ленинской премии), первого возвращаемого на Землю спутника, на основе которого разработан первый пилотируемый корабль «Восток» (1961 г., награжден орденом Ленина) и первый советский космический разведчик «Зенит» (1962 г.), более 10 различных типов автоматических межпланетных станций (АМС), в частности «Марс», «Венера» и «Зонд» (1961–1966 гг.), первый спутник связи «Молния» (1963–1966 гг.), корабли «Восход», лунный посадочный космический аппарат Е-2 (посадка на Луну в марте 1966 г.). Для нового корабля «Союз» разработаны системы ориентации, сближения и стыковки. Отношения с новым руководством ОКБ-1 после смерти С. П. Королева у Раушенбаха не сложились. В 1973 г. его отстранили от руководства отделом, а в 1978 г. он уволился из ОКБ-1, назвав причиной ухода потерю интереса к работе из-за отсутствия новизны проблематики.