Читать онлайн «Холодная война: политики, полководцы, разведчики». Страница 165

Когда в конгрессе началась процедура подготовки импичмента, у Никсона произошел нервный срыв. В полном отчаянии он сказал Киссинджеру:

— Они хотят меня убить. И у них это может получиться. Я могу просто умереть.

Чтобы избежать позора, Никсон отказался от президентского поста. 8 августа, выступая по телевидению, он отрицал какую-либо свою вину, но объяснил:

— Я никогда не был человеком, который уходит. Тому, что я покидаю Белый дом до того, как закончится мой срок, противится каждая клеточка моего тела. Но как президент я должен думать в первую очередь об интересах Америки. Поэтому я слагаю с себя полномочия президента завтра в полдень.

9 августа он покинул Белый дом. Прощаясь со своим аппаратом, гордо сказал:

— Мы уходим в прекрасном настроении.

Почетный караул в последний раз отсалютовал Ричарду Никсону. Поднимаясь по трапу, он обернулся и помахал своим коллегам. Этот жест, задуманный, очевидно, как ободряющий, на самом деле свидетельствовал о том, что его физические и духовные силы исчерпаны.

Никсон был умным и серьезным стратегом. Он изменил политическую карту мира, когда поехал в Китай, когда улучшил отношения с Советским Союзом и заключил первые соглашения о контроле над ядерными вооружениями. Но его погубила та привычка к интригам и запутанным ходам в большой политике, те же приемы в стиле Макиавелли, которые сделали возможными неожиданные поездки в Пекин и Москву.

Им руководило стремление расквитаться с противниками — надо заставить других бояться, иначе разорвут. Он подобрал помощников под стать своей личности, и они дали волю дурным сторонам его души. У него не было адвоката дьявола, только его собственные дьяволы, и они его поглотили.

Первые месяцы после отставки бывший президент страдал от депрессии. Потом постепенно вернулся в общественную жизнь. Он много ездил и выступал. Написал несколько книг. Казалось, страна простила ему Уотергейт.

Джеральд Форд неожиданно для самого себя занял кресло вице-президента, а потом столь же внезапно стал хозяином Белого дома, потому что его предшественникам одному за другим пришлось уйти из политики.

Вице-президентом у Ричарда Никсона был Спиро Эгню. Но вдруг выяснилось, что он недоплатил налоги. Эгню подал в отставку.

— Я невиновен, — утверждал вице-президент Спиро Эгню, — но ухожу, потому что это в национальных интересах.

После долгих размышлений Никсон предложил конгрессу утвердить новым вице-президентом опытного законодателя Джеральда Форда. Приняв присягу, новый вице произнес фразу, которая стала знаменитой:

— Я Форд, а не Линкольн.

Он хотел подчеркнуть, что понимает свое место. Возможно, он поскромничал. Вскоре и Никсону пришлось уйти из-за уотергейтского скандала, и Джеральд Форд внезапно стал президентом Соединенных Штатов.

Внешне простоватый Форд был умелым администратором. Добросердечный и доброжелательный, он обладал еще и здравым смыслом. С ним можно было говорить откровенно. Он не терял спокойствия и не был эгоистом. Джеральд Форд вставал в половине шестого утра, приговаривая, что «есть и спать — пустая трата времени». Делал гимнастику и в восемь уже сидел в рабочем кабинете.

Форд профессионально играл в футбол, во Вторую мировую служил в армии, окончил юридический факультет Йельского университета. Он тринадцать раз избирался в палату представителей. Никто не решался назвать его большим интеллектуалом, но, видимо, это не главное качество для президента. По мнению его помощника Брента Скаукрофта, руководителю страны необходимо мужество принимать решения и не отступать от них; этими качествами Форд обладал.

— Если говорить о том, с кем лучше всего было работать, — вспоминал государственный секретарь Генри Киссинджер, — так это с Фордом. Можете мне поверить, я видел многих президентов.

Джеральд Форд в определенном смысле спас Америку, впавшую в отчаяние из-за уотергейтского скандала. Но проблема самого Форда состояла в том, что на эту должность его не выбирали, а назначили. И он не считал себя облеченным доверием народа. Или, точнее, не верил, что способен быть полноценным президентом. Когда Форд поверил в себя, было поздно. Иногда президент должен быть безжалостным, хладнокровным и жестоким. Таких талантов у Форда не было.

Осенью 1975 года президента Форда дважды пытались убить. Оба раза — женщины.

Сэйра Мур ждала Форда три часа и уже собиралась уйти, чтобы забрать девятилетнего сына из школы, как вдруг президент появился. Она выстрелила, когда Форд шел от дверей гостиницы к своему лимузину. Секретная служба попросила его не подходить к толпе и не пожимать руки. Это его и спасло.

Сэйра Мур стреляла с близкого расстояния, но ее руку толкнул стоявший рядом ветеран вьетнамской войны, и пуля прошла мимо. Джеральда Форда запихнули в машину и увезли. Агенты практически лежали на президенте, прикрывая его своими телами. Он потом сказал:

— А вы, ребята, очень тяжелые.

Сэйра Мур была разведена и воспитывала в одиночку сына. Она была осведомительницей ФБР и при этом симпатизировала крайне левым. Ничего в жизни не получалось. Накануне покушения полиция задержала ее с пистолетом, но отпустила, конфисковав оружие. Она мечтала обратить на себя внимание, ее желание сбылось, но ей это дорого обошлось…

Линетт Фромм, которая тоже хотела убить Форда, входила в банду психопата Мэнсона, приговоренного к пожизненному заключению за зверское убийство беременной актирисы Шарон Тэйт и еще шести человек. Она любила Мэнсона и часто говорила: «Я за него готова умереть и убить кого угодно». Линетт Фромм собиралась уничтожать всех, кто загрязняет мир отходами.

Пистолет одолжила у друзей. Пока она вытаскивала пистолет, агенты секретной службы заметили оружие и окружили президента со всех сторон. Она нажимала на спусковой крючок, но даже не сумела выстрелить, потому что забыла загнать пулю в патронник.

Секретная служба арестовала еще пять человек, которые хотели убить Форда. Почему на него ополчилось столько людей? Форда в стране считали хорошим парнем — в отличие от Джонсона и Никсона. Объяснить это невозможно. Иногда в мире возникает настоящая эпидемия покушений.

В Советском Союзе Джеральда Форда воспринимали как продолжателя никсоновской политики разрядки и ему благоволили. В ноябре 1974 года президент Форд прилетел во Владивосток, чтобы встретиться с Леонидом Ильичом Брежневым. Переговоры велись на очень сложную тему — обсуждалось новое соглашение по ограничению стратегических наступательных вооружений.

Когда Брежнев уехал на Дальний Восток, старшим в Москве остался член политбюро Николай Подгорный. Он позвонил Брежневу во Владивосток и сказал, что, по мнению военных, предложения американцев неприемлемы. Подгорный предложил отложить встречу до следующего года, а за это время поднажать на Вашингтон. Но Брежнев и Громыко считали, что с американцами необходимо идти на компромисс. Брежнев настоял на своем, но эти споры с членами политбюро ему дорого обошлись. Во время переговоров у него случился спазм сосудов головного мозга.