Читать онлайн «Холодная война: политики, полководцы, разведчики». Страница 145

1 мая 1946 года она вывела на улицы Тегерана и Абадана десятки тысяч демонстрантов. Несколько лидеров партии прошли в меджлис на выборах в 1946 году. Они помогли провести несколько социальных законов.

Партия Туде, которая была против любых концессий иностранным компаниям, заявила, что нефтяные месторождения Северного Ирана должны быть сданы в концессию Советскому Союзу. Это подорвало союз Туде с иранскими националистами. Националисты никогда не простят партии Туде и то, что она поддержала попытки Иранского Азербайджана и Курдистана отделиться. Партия была запрещена, ее лидеры нашли убежище в Москве и Восточном Берлине.

И тогда в иранской политике появилась новая фигура — Мохаммад Мосаддык. Его мать принадлежала к шахской семье. Его род давал стране губернаторов, министров и послов, отец был министром финансов. Мальчик пошел по стопам отца. Он учился в Париже в Школе политических наук. Во Франции у него впервые проявилась болезнь, от которой он будет страдать всю жизнь. Точный диагноз поставить так и не удалось. У него периодически открывалась язва желудка, случались тяжелые кровотечения.

Несомненно, болезнь носила психосоматический характер. Когда он произносил речи, слезы бежали по его щекам. И это не была игра. Иногда он падал в обморок от нервного истощения. В мире его поведение казалось, мягко говоря, странным. Но в шиитском Иране открытое проявление чувств, даже наигранное, казалось соответствующим умонастроениям его граждан, которые считали, что страдают от несправедливости.

Проболев год, он вернулся к занятиям наукой. На сей раз в Швейцарии, куда он приехал с матерью, женой и тремя детьми. В 1914 году он защитил диссертацию по юриспруденции и стал первым иранцем, получившим докторскую степень в иностранном университете. Он решил просить швейцарское гражданство. А пока поехал на родину — собрать материал для книги об исламском праве.

Это были годы, когда группы интеллектуалов в Иране задумывались над будущим страны. Мосаддык вовлекся в эти дискуссии и решил остаться. Через год его дядя — премьер-министр Фарман Фарма предложил ему занять пост министра финансов. Он отказал — ся. В 1917 году ему предложили пост заместителя министра. Дядя уже не руководил правительством, и он принял пост. Он поразил коллег тем, что требовал наказывать за коррупцию. Через два года его освободили от должности.

Он вернулся в Швейцарию, считая, что Иран не нуждается в нем. Однако иммиграционные законы Швейцарии ужесточились, и ему отказали в паспорте. А тут шах Реза пришел к власти, начались новые времена, возникли большие надежды. Мосаддык принял пост министра финансов. Это было место для него, но антикоррупционные меры угрожали Резе и шахскому окружению, и Мосаддыка заставили уйти. Он стал губернатором Иранского Азербайджана, но Реза отказался подчинить ему войска, стоявшие в провинции, и он отказался от этой должности. Несколько месяцев был министром иностранных дел, пока окончательно не разочаровался в Резе. Тогда он легко добился избрания в меджлис.

Мосаддык был высокого роста, но с опущенными плечами, казалось, на него давит невыносимая тяжесть. Он производил впечатление осужденного, которого ведут на казнь. Он говорил с трибуны парламента, что иранцы сами должны определять свою судьбу, и возражал против той роли, которую в стране играли иностранцы. Он плохо относился и к коллегам-депутатам, обвинял их в трусости, отсутствии инициативы, патриотизма.

Когда Резу выбирали шахом, Мосаддык высказался против возвращения к институту монархии и призвал Резу, если он желает служить стране, самому возглавить правительство. Шах предлагал ему разные посты. Мосаддык отказывался. Его болезнь прогрессировала. У него были сильные кровотечения. Он поехал в 1936 году в Германию лечиться, но и немецкие врачи не могли найти причину его недомогания. И при всем при этом шах его боялся. В 1940 году Мосаддыка арестовали и повезли в тюрьму. По пути в тюрьму он наглотался транквилизаторов — в очевидной попытке совершить самоубийство. В камере он пытался перерезать себе вены бритвой, объявил голодовку. Через несколько месяцев его выпустили и поместили под домашний арест.

Мосаддык считал шаха Резу главным врагом Ирана. Его уход в сентябре сорок первого многое изменил. В 1943 году в стране впервые прошли свободные выборы. Мосаддык вышел из своего укрытия и вновь был избран в меджлис. В Иране сформировалась легальная оппозиция в форме Национального фронта, которую возглавил Мосаддык и которая пользовалась широкой поддержкой.

После Второй мировой доходы Англо-иранской нефтяной компании имели огромное значение для британской экономики. Компания платила налоги в Англии и только после этого отчисляла десять — двенадцать процентов прибыли правительству Ирана. В 1950 году компания перечислила в Лондон сто миллионов фунтов. Вместе с малайским каучуком иранская нефть поддерживала курс слабеющего фунта стерлингов. Как признавался министр иностранных дел Эрнест Бевин:

— Без иранской нефти мы никогда не сможем добиться такого уровня жизни, к которому мы стремимся.

Иранцы считали, что англичане их грабят. Но британские управляющие нефтяной компанией отказывались что-либо менять. Это сплотило против англичан все слои общества. Меджлис сформировал комитет по нефтяным делам во главе с Мосаддыком. Его поддержала даже немалая часть исламского духовенства. Кроме таких радикалов, как молодой священнослужитель Рухолла Хомейни, который считал, что Мосаддык и другие забыли об исламе.

Когда Арабо-американская нефтяная компания, Арамко, в декабре 1950 года договорилась с Саудовской Аравией о разделе прибылей пополам, британский посол в Тегеране телеграфировал в Лондон: иранцам надо предложить такие же условия. Министерство иностранных дел и нефтяная компания отвергли эту идею. Они упустили еще один шанс решить проблему.

В 1951 году начались демонстрации с требованием национализировать нефтяную отрасль. Эту идею поддержало духовенство. Они читали в мечетях фетву (заключение, приобретающее силу закона), в которой говорилось, что пророк Мохаммад из рая заклеймил шахское правительство за то, что оно продает природные ископаемые Ирана неверным иностранцам.

19 февраля 1951 года председатель комиссии меджлиса Мохаммад Мосаддык внес предложение о национализации нефтяной промышленности.

7 марта в Тегеране прошла демонстрация под лозунгом «Смерть британцам!». В результате покушения погиб премьер-министр. Полиция схватила убийцу. Он признался, что состоит в религиозной группе «федаины ислама» и убил главу правительства, потому что он был пешкой в руках англичан.