Читать онлайн «Записки начальника военной разведки». Страница 57

Из-за слабой подготовки марш-агентов, их разведсведения были низкого качества, но разведка Восточного фронта и дивизий пользовалась их услугами в ходе войны.

Уровень планирования и руководства разведкой были низким. Разведка во всех военных инстанциях или совсем не планировалась, или делалось это формально. Работа шла самотеком. В разведке Генерального штаба, фронта, дивизий, видов вооруженных сил взаимодействие между отдельными ее видами не организовывалось, каждый вид разведки проводил кое-какие мероприятия самостоятельно. Отдельных каналов связи для передачи распоряжений на разведку и сбора информации не было, поэтому информация проходила медленно с большими задержками, докладывалась командованию несвоевременно.

По настоятельной рекомендации советских советников, эфиопским товарищам было предложено планировать разведку, управлять ею, особенно в ходе боевых действий, ставить задачи или уточнять их. Для реализации этих предложений советскими советниками были разработаны планы разведки Генерального штаба на декабрь 1977 и январь 1978 годов, план разведки Восточного фронта на операции, проводившиеся в феврале, марте 1978 года. Планы разрабатывались в соответствии со сложившейся обстановкой на фронте.

1. Создание нейтральной полосы между противоборствующими сторонами глубиной от 5 до 15 км на всем протяжении фронта, что давало возможность сомалийцам: исключить потери в живой силе и боевой технике от стрелкового, минометного и артиллерийского огня; вводить в заблуждение эфиопские войска относительно истинного начертания переднего края и расположения основных группировок войск; усложнять условия для ведения разведки эфиопскими войсками.

2. Использование горного рельефа местности для укрытия личного состава. Сомалийские войска, как правило, располагали главные силы за обратными скатами высот, используя защитные и маскирующие свойства местности.

3. Оборудование временных огневых позиций артиллерии и минометов в нейтральной полосе и использование их в ночное время для поражения эфиопских войск, что давало возможность увеличивать глубину поражения.

4. Применение на некоторых участках — фронта, особенно в районе Харара, кочующих минометных, артиллерийских орудий и батарей. Стрельба из кочующих орудий и минометов осуществлялась по-заранее разведанным объектам и давала возможность более точно поражать цели, морально воздействовать на противника.

5. Используя большую глубину нейтральной полосы и скрытое расположение своих войск, сомалийцы широко применяли маневр силами и средствами вдоль фронта и в глубину, создавая превосходство в силах на избранных направлениях.

6. Использование формирований ФОЗС в тылу эфиопских войск для захвата узлов дорог, совершения диверсий на коммуникациях, объектах тыла эфиопских войск, уничтожения средств связи. Действия формирований ФОЗС вынуждало эфиопское командование привлекать для охраны коммуникаций и объектов значительные силы, которые можно было бы использовать на фронте.

7. Активное ведение разведки всех видов с использованием штатных разведывательных подразделений войсковой разведки, диверсионно-разведывательных групп и отрядов из состава бригады спецназначения «Данаб», формирований ФОЗС и агентуры, привлекаемой, главным образом, из числа местных жителей — мусульман прифронтовой полосы.

Опыт войны между Эфиопией и Сомали показал, что решающее значение в достижении победы над сомалийскими агрессорами имела неоценимая помощь, оказанная Эфиопии Советским Союзом. В сравнительно короткие сроки было поставлено такое количество вооружения, техники и снаряжения, которое обеспечило оснащение эфиопской армии и создало явное превосходство в силах и средствах над противником.

Много труда советские генералы и офицеры вложили в разработку планов боевых действий войск, используя основные принципы нашего оперативного искусства и тактики, постоянно оказывали помощь эфиопскому командованию в проведении операций по окружению основных группировок противника и их уничтожению, организации взаимодействия и управления.

О работе нашей делегации можно сказать следующее. Ко всем нам, членам делегации, генералам и офицерам предъявлялись жесткие требования, работали все мы по-фронтовому. Каждый из нас занимался своим делом, руководитель нашей делегации не сковывал нашей инициативы, а наоборот — поощрял. Периодически мы докладывали ему о проделанной работе и намечаемых дальнейших мероприятиях. Генерал-лейтенант В.Ф. Мазирка и полковник Соловьев занимались оперативными вопросами, генерал-лейтенант Г.У. Дольников — авиацией, Г.С. Лутовинов — танковыми войсками, Н.Ф. Алещенко — артиллерией, Михайлов — поставкой техники и вооружения, я — разведкой.

Все мы принимали участие в подготовке и проведении операций (рекогносцировке, разработке планов, оказании помощи эфиопским товарищам в организации боя и т. д.). Во время боевых операций, вместе с руководителем делегации находились на фронте, часто в боевых порядках частей. Особо хотелось сказать о воле, настойчивости и титаническом труде, проделанном руководителем нашей советской военной делегации. Он постоянно находился в самых горячих точках боя или операции, часто непосредственно в боевых порядках. Например, под Хараром кубинская бригада остановилась, ссылаясь на минные поля, руководитель сел в бронетранспортер и в обход предполагаемого минного поля повел за собой бригаду. Другой пример: при проведении операции по окружению сомалийцев под Дире-Дауа, руководитель лично повел ударную танковую и мотопехотную группировку эфиопских и кубинских войск в обход сомалийских войск.

Донесения о боевых действиях на Восточном фронте в адрес министра обороны СССР он писал лично. Помню, в Хараре я раскладывал перед ним карты с обстановкой на фронте, а он писал, иногда спрашивал меня номера сомалийских частей, попавших в окружение или уничтоженных. Мы с генералом Н.Ф. Алещенко почти постоянно находились около него на командных пунктах и видели его руководство войсками.

Руководитель иногда каждого из нас посылал на какой-нибудь участок фронта, чтобы остановить наступление сомалийцев. Так было 22 января 1978 года, когда противник бросил все наличные силы, чтобы сорвать наступление эфиопских войск и овладеть Хараром. Меня он направил с эфиопским капитаном — разведчиком Имамом под Комбулчу, Г.С. Лутовинова и Н.Ф. Алещенко — на какие-то другие участки фронта.

Подъезжая к фронту с капитаном Имамом, мы видим как батальон эфиопцев бросает позицию в окопах и в панике отступает, вместе с батальоном отходит два танка. Капитан Имам, держа над головой автомат кричит: «С нами советский генерал, сзади идет подкрепление, вперед на сомалийцев!»-Батальон начал останавливаться, танки пошли вперед и батальон восстановил положение, которое он занимал до отхода. В ходе этого боя эфиопы захватили в плен человек 5 сомалийцев. Я спросил у Имама: «Что ты кричал?», он через переводчика сообщил приведенный выше текст.