Читать онлайн «Записки начальника военной разведки». Страница 37

Генерал Рогов приказал мне разработать задачу по боевому применению подразделений спецназначения в армейской наступательной операции на картах. Я задание выполнил, посоветовавшись предварительно со своими товарищами. Рогову моя работа понравилась, и он взял меня с собой в академию им. М.В. Фрунзе на наши разведывательные курсы, где задачи решали офицеры-преподаватели. Решали ее и офицеры нашего управления.

Работниками Главного разведуправления конца 40-х — начала 50-х годов были солидные люди. В руководстве — генералы, старшими офицерами и офицерами были в большинстве полковники, реже подполковники, участники Великой Отечественной войны, многократно награжденные правительственными наградами, а мы, малочисленные майоры, мелькавшие между ними, были тут вроде бы и ни к чему. Относились старшие товарищи к нам, молодым, очень хорошо, помогали, подсказывали, опекали. Но я чувствовал, что следовало бы еще послужить на самостоятельной работе в войсках. При первом удобном случае я обратился к тогдашнему своему начальнику генералу Шерстневу с просьбой направить меня в войска. Он мою просьбу удовлетворил, и я поехал служить в Группу советских войск в Германии на должность старшего офицера разведуправления по спецработе.

В Группе советских войск в Германии военная разведка, как и в других пограничных военных округах, была представлена всеми ее видами, кроме космической. Перед войсками ГСВГ была развернута основная группировка вероятного противника — войска НАТО. Войска НАТО — многотысячные вооруженные силы, насчитывавшие десятки механизированных и танковых дивизий, тысячи современных самолетов и вертолетов, мощные средства доставки ядерного и высокоточного оружия, оружие радиоэлектронной борьбы, современные средства разведки и войск ПВО. В Северо-Восточной Атлантике в постоянной готовности к самостоятельному проведению операций на море и поддержке боевых действий сухопутных войск находились ударные силы военно-морского флота НАТО.

На разведку ГСВГ возлагались ответственные задачи слежения за противостоящей группировкой войск НАТО, при этом каждый офицер в разведывательном управлении делал строго определенное дело.

Я отвечал за состояние боевой готовности подразделений специального назначения для ведения разведки и проведения спецмероприятий в тылу противника в случае развязывания войны, за их боевую, главным образом разведывательную, подготовку, моральное состояние.

В мою задачу входило готовить предложения начальнику разведки по планированию боевого использования подразделений спецназначения (где сосредоточить их основные усилия, какие объекты противника взять под контроль разведгруппами в случае развязывания боевых действий). В зависимости от изменяющейся обстановки, эти предложения корректировались.

Мы помогали начальникам разведки армии в определении места и роли разведывательных подразделений спецназначения в особый период в полосе ответственности армии.

На разведуправленне, а значит на меня, возлагалась задача по контролю за готовностью каждой разведывательной группы к выброске в тыл противника, обеспеченностью ее вооружением, боеприпасами, специальными средствами разведки и боевой техники, наличием готовых (уложенных для прыжка) парашютов групп первой очереди, общего состояния парашютно-десантного имущества, правильностью его хранения и сбережения, наличия I готовности к использованию специальных средств связи (корреспондентских и центровых радиостанций, документов СУВ), экипировки разведчиков для действий в тылу противника, наличием топографических карт, приборов для ориентирования и снятия координат выявленных объектов (цели), наличием средств переброски (самолетов, вертолетов, автомашин).

Контроль осуществлялся по графику, утвержденному начальником штаба округа и подписанному начальником разведки. К проверке привлекались так же офицеры-специалисты: связисты, артиллеристы, а для проверки хранения и эксплуатации парашютно-десантного имущества привлекались специалисты из московского штаба ВДВ.

Много внимания уделялось нами разведывательной подготовке подразделений спецназначения. Мы ежегодно собирали их на сборы в район запасных аэродромов Вербиг или Альтенграбов и в течение 1,5–2 месяцев занимались их воздушно-десантной и тактико-специальной подготовкой. Для обеспечения этих занятий нам выделялась военно-транспортная авиация (обычно звено или эскадрилия, звено вертолетов, службы аэродромного обеспечения и др.). Разведчики и офицеры подразделений совершали одиночные и групповые прыжки с парашютом из самолетов и вертолетов днем и ночью, на подготовленные площадки и на кустарник или лес, с оружием, снаряжением, корреспондентскими радиостанциями. Во второй половине сбора обычно проводились комплексные тактико-специальные учения или занятия с практическим десантированием, совершением переходов после десантирования в районы разведки, обозначенные макетами техники и вооружения вероятного противника. Отрабатывались различные способы ведения разведки, в первую очередь ядерных средств нападения, пунктов управления и других военных объектов противника. Тренировались разведчики и командиры групп в составлении коротких донесений для передачи по радио, а радисты в установлении связи с Центром и передачи радиограмм. Помогали в организации и проведении сборов офицеры разведотделов армии майор Трушкин, подполковник Колодко, а из политуправления ГСВГ — майор Заморенный.

Отличными методистами и командирами подразделений спецназначения были Герой Советского Союза майор Иванов, майор Панкратов, капитаны Воинов, Сахаров, Кирсанов, Борисов.

Перед проведением маневров с войсками, в которых, как правило, участвовали спецподразделения, с ними дополнительно проводились тренировочные занятия.

С помощью макетов средств ядерного нападения, изготовляемых в натуральную величину, плакатов, схем, альбомов, рисунков, в подразделениях спецназначения изучались вооруженные силы вероятного противника, их организационная структура, вооружение и техника, их разведпризнаки.

Большое место занимали в подготовке разведчиков физическая закалка, изучение приемов борьбы самбо, способы захвата и обезоруживания пленных. Проводились занятия на выживание при больших физических нагрузках, подготовка площадок, подача сигнала для приема грузов, выбрасываемых с самолетов.

В разведуправлении ГСВГ и нашем первом отделе обстановка была деловой, мы, офицеры, помогали друг другу в работе, стремились быть взаимозаменяемыми. С теплотой и сердечностью вспоминается мастер своего дела, офицер-разведчик от бога Николай Ефимович Клименко, прослуживший потом 10 лет в должности начальника разведки округа и получивший генеральское звание. Он неоднократно направлялся в зарубежные командировки, в том числе в ФРГ, Республику Афганистан. Иван Лукич Кобец — войсковой разведчик, посвятивший в конце службы много лет преподавательской деятельности в военной академии им. М.В. Фрунзе. Работал с нами в информационном отделе Александр Владимирович Кнырков, впоследствии ему было присвоено звание генерала, и он работал на должности военного атташе в ФРГ. Был нашим сослуживцем Михаил Пантелеймонович Дедович, который тоже был удостоен генеральского звания при работе начальником разведки округа. Много было и других офицеров, с которыми мы вместе трудились на поприще разведки в ГСВГ.