Читать онлайн «Утерянные победы». Страница 115

Из формулировки нашей задачи, а также и из незначительности сил, предполагавшихся для выделения в наше распоряжение, можно заключить, что при издании приказа для ОКХ вовсе не была еще ясной вся опасность положения в районе Сталинграда, хотя в тот день уже замкнулось кольцо вокруг 6 армии.

Еще в Витебске, а затем во время одной из остановок нашего поезда, позволившей мне поговорить с фельдмаршалом фон Клюге и начальником его штаба генералом Велером, мы получили новые сведения. Согласно этим сведениям, противник весьма значительными силами (1-2 танковые армии, много конницы, всего около 30 соединений) прорвал фронт 3 румынской армии на Дону севернее Сталинграда. То же случилось и южнее Сталинграда, в районе 4 румынской армии, которая была подчинена 4 танковой армии.

Поэтому еще из Витебска я послал начальнику Генерального Штаба телеграмму, в которой отмечал, что под Сталинградом для нас может оказаться необходимым не только восстановление прежней линии фронта, если учесть количество сил, введенных противником в бой. Я указывал, что для восстановления положения потребуются значительные силы порядка одной армии, которая должна начать наступление по возможности лишь по окончании сосредоточения. Генерал Цейтцлер согласился со мной (как почти всегда в дальнейшем) и пообещал пока дать новые силы в количестве одной танковой и двух-трех пехотных дивизий.

В штаб группы армий «Б» я также послал телеграмму, в которой просил дать 6 армии указание решительно снимать силы со своих участков обороны, чтобы обеспечить себе тыл в районе переправы через Дон под Калачом. Было ли отдано такое указание 6 армии, я не смог более установить.

Только прибыв 24 ноября в штаб группы армий «Б» в Старобельск и побеседовав с командующим группой генерал-полковником бароном фон Вейхсом, а также с начальником его штаба генералом фон Зоденштерном, мы получили ясную картину событий последних дней и настоящего положения.

Рано утром 19 ноября после исключительно сильной артиллерийской подготовки противник со своего донского плацдарма под Кременской и из района западнее ее перешел в наступление на левый фланг 6 армии (11 ак), а также на 3 румынскую армию (4 и 5 румынские корпуса). Одновременно противник крупными силами перешел в наступление южнее Сталинграда, против 4 танковой армии генерал-полковника Гота, державшей фронт вместе с 4 румынской армией. В то время как левый фланг 6 армии устоял, противнику удалось прорваться на обоих участках, занимаемых румынами, на всю глубину. Немедленно на обоих участках в места прорыва были введены крупные советские танковые соединения (этому они научились у нас). Уже утром 21 ноября они встретились на Дону у города Калач, где в их руки попал неразрушенный мост, имевший огромное значение для снабжения 6 армии. Таким образом, с утра 21 ноября замкнулось кольцо вокруг 6 армии и немецких и румынских частей 4 танковой армии, оттесненных в котел из района южнее Сталинграда. В котле оказались 5 немецких корпусов в составе 19 дивизий, 2 румынские дивизии, большая часть немецкой артиллерии РГК (за исключением находившейся на Ленинградском фронте) и очень крупные силы инженерных частей РГК. Штабу группы армий «Дон» так и не удалось позднее получить точные данные относительно численности окруженных в котле немецких солдат. Данные, представленные 6 армией, колебались между 200000 и 270000 человек, причем надо принять во внимание, что сведения о количестве солдат, состоявших на довольствии, включали наряду с румынскими войсками также многие тысячи «добровольцев» и военнопленных. Упоминающаяся обычно цифра, превышающая 300000 человек, является, несомненно, преувеличением. Часть служб тыла армии находилась вне котла, равно как и часть обозов, раненых, а также отпускники. Эти остатки составили впоследствии костяк в большинстве вновь сформированных дивизий 6 армии. В каждой дивизии они составляли не менее 1500-3000 человек. Если учесть, что дивизии 6 армии к ноябрю уже понесли потери в живой силе, то цифра в 200000-220000 человек окруженных войск, считая и многочисленные артиллерийские и инженерные части РГК, будет, очевидно, довольно точной[58].

Обстановка на 24 ноября была примерно следующей.

Из соединений, не потрепанных в боях, 4 танковая армия располагала 16 мотопехотной дивизией, занимавшей оборону на чрезвычайно растянутом южном фланге армии в районе севернее и южнее Элисты (Степное), и 18 румынской дивизией на своем северном (левом) фланге. Все остальные румыны были отчасти отброшены в Сталинград, отчасти уничтожены, отчасти исчезли. Штаб армии попытался наскоро собранными остатками румынских частей, немецкими тыловыми службами и т.д. держать линию охранения перед Котельниковом. Она пока не была атакована. Остатки 4 румынской армии (включая штаб армии) были подчинены генерал-полковнику Готу. 4 ак его армии, занимавший оборону южнее Сталинграда, после разгрома румын отошел на новую линию южнее и юго-западнее Сталинграда, став фронтом на юг, и был подчинен штабу 6 армии.

6 армия в составе 4, 8, 11 и 51 ак и 14 тк была окружена в районе Сталинграда. 11 ак и части примыкавшего к нему с востока 8 корпуса были отведены с рубежа по обе стороны Дона (фронтом на север) на образовавшийся западный фронт котла с наиболее выдающимся пунктом в районе восточнее моста у города Калач. Из резервов и отброшенных к Сталинграду частей 4 танковой и 4 румынской армий был образован новый южный фронт. Котел имел размеры около 50 км по диаметру с востока на запад и около 40 км по диаметру с севера на юг.

Фронт 3 румынской армии оказался прорванным на обоих флангах. В центре мужественное сопротивление оказала группа в составе примерно трех дивизий под командованием генерала Ласкара, который отличился уже в боях под Севастополем. Она была окружена. Предполагали, что она уже взята в плен.

Находившийся в резерве 48 тк, сосредоточенный на донском плацдарме, нанес, очевидно, слишком поздно, контрудар, который не увенчался успехом. Обе дивизии корпуса были окружены и получили приказ прорваться на запад. Командир корпуса (генерал Гейм) был уже смещен по приказу Гитлера и доставлен в главную ставку фюрера. Военный трибунал под председательством всегда готового к услугам Геринга приговорил его к смертной казни, так как Гитлер свалил на генерала вину за поражение корпуса. Однако позже Гейм был реабилитирован. Действительно, у него было слишком мало сил, чтобы выполнить поставленную перед ним задачу. Корпус состоял из только что созданной румынской танковой дивизии, не имевшей никакого военного опыта, и 22 немецкой танковой дивизии, техническая оснащенность которой оставляла желать много лучшего.