Читать онлайн «Во имя Победы». Страница 100

Плакат задел рабочих за живое. Его содержание горячо обсуждалось на специальном собрании шлифовщиков. Три дня подряд в нерабочее время наводили они порядок, чистили станки, прибирали рабочие шкафчики, ящички и т. д. Качество инструмента тоже заметно улучшилось.

В связи с этим эпизодом хочется обратить внимание на следующее. Мог бы Кузнецов написать такой плакат, если бы сам не служил примером высокой производительности труда и производственной культуры? И мог бы в этом случае плакат, как, впрочем, и любое выступление агитатора, вызвать такой резонанс?

Думаю, нет. В том и сила агитатора, партийного организатора, коммуниста, что его слово неотделимо от дела.

Большую пропагандистскую, агитаторскую и организаторскую работу вела заводская печать. Ее роль в мобилизации коллективов заводов на выполнение производственных заданий, увеличение выпуска продукции для фронта трудно, переоценить. Особое место принадлежит здесь заводским многотиражкам. Вокруг них формировалась широкая сеть рабочих корреспондентов.

Помимо заводских многотиражек в каждом цехе, иногда в бригадах и на отдельных участках выходили свои стенные газеты. Они боролись за высокую производительность труда, за четкую работу по графику, перевыполнение заданий, за выпуск изделий отличного качества, за экономное расходование каждого килограмма угля, нефти, металла, киловатта электроэнергии. Они раздували пламя социалистического соревнования, передавали опыт лучших, критиковали промахи в работе, добиваясь их немедленного устранения.

Наиболее оперативной формой работы стенной печати стал выпуск бюллетеней, "молний" и боевых листков. В самые напряженные, ответственные периоды в жизни страны или в деятельности трудовых коллективов они выпускались ежедневно. Особое распространение эти виды стенной печати получили во втором и третьем периодах войны. Новой формой стенной печати стали так называемые меловые газеты.

Сегодняшним рабочим трудно представить, что это такое, а в ту пору, когда не хватало ни времени, ни бумаги, не было красок, цветных карандашей для изготовления, скажем, стенных газет в том виде, к которому мы привыкли сейчас, меловые газеты были просто незаменимы. Как они выпускались? По поручению парткома или партийного бюро кто-либо из коммунистов на специальной доске типа школьной писал мелом самую последнюю информацию - о положении на фронтах, о событиях в стране, о достижениях передовиков производства, о трудовых победах, об узких местах, острых проблемах, возникающих на том или ином участке. Замечу, что действенность выступлений меловых газет была очень высокой.

Я уже упоминал о личном примере коммунистов в труде, об агитации делом как об одной из главнейших и действенных форм партийной работы в годы войны. И уходя на фронт, наши коммунисты-оружейники сражались с врагом так же, как и работали - с достоинством и честью. Вот только один пример. Коммунист Михаил Тарасович Вотяков по-стахановски трудился на заводе, где директором был И. А. Остроушко. Встав в ряды действующей армии, он умело командовал расчетом противотанкового орудия, служил для бойцов примером отваги и мужества. В одном из боев старший сержант Вотяков погиб. "Его подвиг, - писал 10 сентября 1943 года в партийную организацию завода майор В. Сыроежкин, - вдохновляет наших воинов на новые и новые боевые дела и подвиги. Его имя навсегда зачислено в списки части. Его портрет висит в подразделении и клубе. О нем написана поэма".

Майор Сыроежкин сообщил, что памяти Вотякова посвящена листовка, и вложил ее в конверт.

Текст этой листовки хочу привести.

"Старший сержант М. Т. Вотяков.

Когда на поверке выкликается имя старшего сержанта Вотякова, за него в строгой тишине отвечает командир орудия Головко:

- Товарищ Вотяков геройски погиб в бою с немецкими захватчиками, защищая свою социалистическую Родину.

И все вспоминают этого мужественного командира-коммуниста, его боевые дела и подвиг, который зовет и вдохновляет на новые победные бои.

Орудийный расчет Вотякова занимал огневую позицию на окраине деревни в полной готовности в любую минуту отразить атаки врага. На рассвете из леса начали выползать немецкие танки. За ними цепями двигалась пехота. Гитлеровцев было несколько сот.

Как только головной танк приблизился на 600 метров, расчет открыл по нему огонь. Уже третьим снарядом он был подбит. Такая же участь постигла и второй танк, который маневром пытался выйти из-под обстрела. Следовавшая за ним повозка с минометом взлетела в воздух от прямого попадания снаряда.

Затем наступила очередь за пехотой. Несмотря на большие потери, немцы упорно пытались прорваться на окраину населенного пункта, но, встретив непреодолимую стену огня, откатывались назад. Три предпринятые ими атаки провалились. Обозленные неудачей, гитлеровцы бросили на деревню авиацию. 16 стервятников бомбили деревню, которая запылала в огне. А когда орудие вышло из строя, артиллеристы взяли в руки винтовки и пулеметы. Гитлеровцы не прошли через их рубеж обороны. С наступлением темноты расчет на себе вытащил подбитое орудие, которое вскоре было восстановлено и снова громило врага.

В этом бою расчет Вотякова подбил два немецких танка, уничтожил миномет, пароконную повозку и истребил до 300 солдат и офицеров противника. Это результат высокого воинского умения, стойкости и мужества людей, воспитанных коммунистом Вотяковым, горящих неукротимой ненавистью к врагу.

Сам Вотяков погиб при этом смертью героя. Последними его словами была команда: "По немцам - огонь!"

За боевые подвиги Вотяков посмертно награжден орденом Красного Знамени.

Драться с врагом, как дрался Вотяков, стало боевой традицией подразделения, в котором он служил и боролся. Его имя навсегда включено в список подразделения и вошло в боевую историю. Оно стало бессмертным"{34}.

Так работали, так сражались, так погибали и побеждали коммунисты. Вот почему глубоко закономерен тот огромный авторитет, которым пользовались они и в солдатской, и в рабочей массе.

Как на фронте в канун особенно тяжких боев, в наиболее сложной обстановке бойцы несли парторгам заявления, в которых писали: "Хочу в бой идти коммунистом", так и на заводах в самые трудные периоды работы, увеличивался приток людей в партию. Бережно хранятся в архивах заявления о приеме в партию, написанные в годы войны рабочими и инженерами, конструкторами и служащими предприятий и учреждений наркомата вооружения. Люди разных возрастов и профессий, все они считали для себя самой высокой честью быть в годину суровых испытаний в рядах Коммунистической партии. Слесарь-инструментальщик П. Н. Федюков с завода, возглавляемого М. А. Ивановым, написал в своем заявлении 27 июля 1941 года: "В час, когда фашистские звери ворвались в наш советский дом и хотят покорить наш народ, хочу находиться в строю большевистской партии, в ее ленинских рядах бороться за победу над врагом. Заверяю, что доверие коммунистов оправдаю полностью". 3 августа 1941 года обратился в парторганизацию токарь-расточник Н. К. Прохоренко: "Прошу принять меня в ВКП(б), так как я хочу быть в самых первых рядах бойцов трудового фронта против немецких оккупантов. Не пожалею жизни, чтобы быть достойным звания члена нашей партии, большевика".