Читать онлайн «Фрунзе». Страница 154

Многогранной была деятельность Михаила Васильевича в последние пять лет жизни. Три с лишним года он работал на Украине: командовал войсками на территории Украинской Советской Республики и был заместителем председателя Совета Народных Комиссаров в Харькове.

На его плечи легла ликвидация махновских банд. Борьба была упорная, она стоила многих жертв. Но кончилась тем, что «батька Махно», растеряв все свои «армии», с небольшим отрядом бежал в боярскую Румынию.

Руководители Советской Украины — Станислав Коссиор, Григорий Петровский, Дмитрий Мануильский, Влас Чубарь, Николай Скрыпник и Владимир Затонский оказывали Фрунзе большую помощь.

Михаил Васильевич неоднократно ввязывался в бои с махновцами и однажды едва не был схвачен ими. На Полтавщине, неподалеку от Миргорода, попал он в западню: убил пятерых, но и сам был ранен. И Политбюро ЦК КП(б)У вынуждено было принять специальное решение по этому поводу. Оно отметило мужество и личную отвагу Фрунзе, но категорически высказалось против его непосредственного участия в боях с бандитами.

Был страшный момент в 1921 году. Только что подавили Кронштадтский мятеж, как страна стала задыхаться без соли, в Поволжье возник невиданный голод из-за засухи. Хлеб Украины и ее соль, скопившаяся в Бахмуте и в Евпатории, должны были спасти республику. И Владимир Ильич назначил Фрунзе чрезвычайным комиссаром по хлебу и соли. «Урожай на юге превосходный, — писал Ленин Михаилу Васильевичу 18 мая 1921 года. — Теперь главный вопрос всей Советской власти, вопрос жизни и смерти для нас, — собрать с Украины 200–300 миллионов пудов.

Для этого главное — соль. Все забрать, обставить тройным кордоном войска все места добычи, ни фунта не пропускать, не давать раскрасть…

Поставьте по-военному…

Вы — главком соли.

Вы отвечаете за все». Соль была в то лето главной разменной монетой.

Надо ли говорить, что Фрунзе выполнил это поручение Ленина с присущей ему решительностью. Соль пошла по железной дороге и морем — из Евпатории в Одессу на буксире у военных судов. Пошел и хлеб. Более того, по инициативе командующего Украина дала приют голодающим: 200 тысяч взрослых и 50 тысяч детей получили братскую поддержку украинских крестьян.

И еще два дела чрезвычайной важности легли на плечи Фрунзе в Харькове.

Первое — дипломатическая миссия в Турцию на рубеже 1922 года. Новый год встречали в Анкаре.

В конце декабря Михаил Васильевич появился в меджлисе. Депутаты Великого Национального собрания шумно приветствовали Фрунзе: его боевая слава давно перешагнула через Черное море. Он приветствовал турецкий народ, который тогда вел под руководством Мустафы Кемаль-паши, прозванного Ататюрком, то есть «отцом турок», борьбу за национальную независимость. И пожелал скорой победы новой Турции. Потом он говорил о дружеских чувствах советских республик к стране, сбросившей ярмо колониального гнета, и о том, что она может рассчитывать на дружескую помощь не только России, но и Украины.

Мустафа Кемаль послал телеграмму в Москву и в Харьков: «Речь Фрунзе ничем не походила на искусственные, полные лжи и лицемерия речи представителей империалистического строя… Это событие дало нам возможность констатировать ту глубокую взаимную симпатию, которой связаны оба народа, и представило зрелище, оказавшее на всех членов Национального собрания самое глубокое впечатление. Уже один факт, что правительство Украинской Советской Республики для заключения договора дружбы, чтобы еще больше закрепить политические и экономические связи, существующие между обоими народами, выбрало Фрунзе, одного из выдающихся политических деятелей, являющегося в то же время одним из самых доблестных полководцев и героических вождей победоносной Красной Армии, вызвал особую признательность со стороны Национального собрания».

Михаил Васильевич расположил к себе руководителей новой Турции, и они открыто показали ему страну.

Он наблюдал и первые ростки нового и тяжелейшие последствия власти султана и затяжной войны с англичанами и греками за независимость. В дневнике он отметил и неравенство племен, в частности курдов и армян, и слабую подготовку турецкой армии.

Ему дали возможность побывать на передовой, в действующих отрядах, и он высказал ряд ценных замечаний о командирах и солдатах в боевой обстановке.

Возвратившись в Харьков, он имел право заявить украинскому правительству:

— Могу заверить, что общее представление о турецкой вооруженной силе я имею почти такое же, как и об украинской армии. Из этого факта вы можете сделать заключение о том доверии, с каким турецкое правительство отнеслось к представителям Советской Украины.

Он подписал в Анкаре договор о дружбе и братстве новой Турции с Украиной: черноморский сосед стал другом, хотя всегда был извечным врагом царизма.

Встретили и проводили добрую миссию Фрунзе с почестями. Но не обошлось и без забавных инцидентов, которые развеселили Михаила Васильевича.

В охране посла находился смышленый и любознательный Лука Колядко, который оставил интересные воспоминания о поездке в Анкару.

По дипломатическому ритуалу полагался заключительный ужин со стороны Фрунзе. Разумеется, подумали о нем заранее и еще в Тифлисе и в Баку захватили с собой припасы. «Приглашенных собралось около ста человек. Среди гостей члены правительства во главе с Мустафой Кемалем. Мы обратили внимание на то, что все они пришли в повседневной рабочей одежде. У начальника военной академии китель был даже с обтрепанными рукавами. Видимо, гости хотели подчеркнуть, что их страна переживает большие трудности.

Общество состояло из одних мужчин. В те времена турок не водил свою жену в чужой дом, да еще в большевистский. Ужин сопровождался питьем чистой, родниковой воды. Другие напитки за столом запрещались кораном. Но узкий круг лиц был конфиденциально предупрежден не уходить после ужина. Они согласились и ждали. И тут перед нами возникла новая помеха. Ярый приверженец корана председатель совета министров Февзи-паша никак не уходил домой. А пока он сидел у нас, не смели уйти и другие гости, хотя ужин уже кончился. Выручили молодые азербайджанские дипломаты. Они очень ловко устроили Февзи-паше торжественные проводы, а следом за ним ушли и остальные, не посвященные в наш план.

Тогда на столе появились кавказские вина и коньяки. Настроение у гостей вскоре поднялось, языки развязались, и полились речи. Один из ораторов, хлебнув лишнего похвалялся: если турецкий народ не пойдет за ним, он отрежет народу голову и донесет ее до цели. Мы мысленно пожелали храбрецу такого конца в его личной политической карьере.