Читать онлайн «ГРУ в годы великой отечественной войны. Герои невидимого фронта». Страница 77

Новый министр обороны маршал Советского Союза Р.Я.Малиновский, как бывший унтер-офицер царской армии, особое внимание уделял строевой подготовке войск. С этой целью везде, в том числе и в высших штабах, вводилось три обязательных часа в неделю на этот важный вид боевой учебы. Было комично видеть на плацу в Вюнсдорфе пожилых полковников и генералов, прослуживших по 30 и более лет в армии, отрабатывавших повороты на месте, в движении и отдание чести. Никакие, самые неотложные оперативные дела не могли освободить даже старших офицеров без разрешения начальника штаба групп от этой муштры. Строевая выучка считалась основой воинского воспитания, и если, к примеру, наш радиополк ОСНАЗ, имея по всем видам боевой учебы отличную оценку, получал «удовлетворительно» по строевой подготовке, то в соответствии с приказом министра общая оценка не могла быть выше тройки.

Однажды на расширенном Военном совете группы войск, на котором стоял доклад начальника штаба о командирской учебе, я задал вопрос: «Не полезнее ли в предвидении ракетно-ядерной войны заменить строевые занятия офицерам штаба группы изучением боевой техники? В частности, вождения автомашины, бронетранспортера, танка, поскольку этими навыками офицеры штаба почти не владели». Одна только постановка такого вопроса на Совете вызвала ярость командования. Генерал-полковник Сидельников обвинил меня в критиканстве, непонимании главного в боевой подготовке войск и выразил сомнения в моих способностях с такими настроениями успешно руководить подчиненными.

За время службы в ГСВГ неоднократно приходилось наблюдать отдельные человеческие слабости наших руководителей и отцов-командиров, вызывавшие нежелательный резонанс у окружающих.

В одном доме со мною проживал пожилой полковник П., служивший начальником шифровального отдела штаба ГСВГ. Он предназначался к увольнению, поскольку особыми талантами не блистал, был уже пенсионного возраста, да и должность его не давала возможностей для дальнейшего продвижения по службе и в звании. Весною 1958 года в ГСВГ в качестве гостя главкома маршала М.В.Захарова прибыл министр обороны СССР маршал Р.Я.Малиновский с женой. Министерша оказалась фронтовой подругой молодой жены П. Жизненные дороги их разошлись, и при прочих равных качествах одна из них смогла отвоевать себе у старой жены маршала, а другая — всего полковника. Узнав о незавидной перспективе полковника П., высокопоставленная подруга уверенно заявила: «Помогу». Через день испуганного П., опасавшегося разноса за возможные упущения по его беспокойной службе, вызвали к главкому для представления министру обороны, а через несколько недель начальник шифротдела был уже генерал-майором. Обещание подруге жена министра выполнила. Новоиспеченному генералу было неловко встречаться с другими офицерами, которые имели все основания для получения генеральских погон, но оставались полковниками. Высокое покровительство семье П. продолжалось. Вскоре он был переведен с повышением в Генеральный штаб.

В 1957 году главком ГСВГ маршал Гречко А.А., бывший в ту пору фаворитом Хрущева, получил назначение на должность первого заместителя министра обороны СССР. Главкомом был прислан генерал армии Захаров М.В. В момент приема и сдачи командования в штаб ГСВГ прибыли с ранее обусловленным визитом командующий Британской Рейнской Армией генерал-лейтенант Ворд, его начальник штаба и сопровождающие их офицеры.

В честь гостей был дан обед, на котором гости и хозяева должны были обменяться обычными тостами. Внезапно слово взял новый главком. В торжественных тонах он заявил, что счастлив поднять бокал за талантливого полководца маршала А.А.Гречко, превратившего ГСВГ в мощный воинский организм, способный разбить любого противостоящего агрессора. Физиономии гостей при этом заметно вытянулись. А новый главком в течение пяти минут пел дифирамбы своему предшественнику и закончил здравицей в его честь.

В ту пору мне не совсем была понятна бестактность Захарова, допустившего не совсем гостеприимный жест в отношении англичан, провозгласив тост не за здоровье гостей, а за своего коллегу и сделав косвенно враждебный выпад против натовцев. Я это отнес за счет отсутствия должного дипломатического опыта. Лишь позже, когда через полгода он стал маршалом, а в последующем начальником Генерального штаба, мне стало ясно, что наш новый главком являлся отличным дипломатом, хорошо чувствовал перспективу и знал все тонкости предстоящих перемещений по службе. Очевидно, этим в известной мере объясняется то, что Матвей Васильевич проработал на посту начальника Генерального штаба до глубокой старости и, будучи одним из вершителей судеб офицеров и генералов Советской Армии, много сделал для омоложения ее руководящего состава.

В Вюнсдорфе недалеко от штаба группы войск располагался мотострелковый полк, предназначавшийся для «представительских» целей. Из его состава выделялся почетный караул для встречи различных высокопоставленных гостей, как своих, так и зарубежных. Казармы этого полка часто посещались различными делегациями. И силами этого парадного полка обычно демонстрировались отдельные элементы боевой подготовки на специально оборудованном учебном поле. Это был своего рода показной «гвардейский» полк главкома. Комплектовался он из рослых ребят. Его солдаты получали улучшенное, пригнанное по росту обмундирование, хромовые и яловые сапоги. Размещался полк в просторных казармах с прекрасно оборудованными вспомогательными службами, со своим клубом, спортивным и штурмовым городком. Боевой техникой полк был укомплектован полностью, имел большой лимит ее эксплуатации. Служба в этой части, несмотря на ее привилегированное положение, была нелегкой. В показном полку все должно было свидетельствовать о высоком уровне боевой подготовки войск группы в целом. Много уделялось внимания строевой подготовке, владению боевой техникой, стрельбе, слаженности в показных учениях. Понятно, что во всех войсках группы показатели были значительно ниже, бытовые условия хуже, нормы обеспечения боевой техникой несколько иные, чем в образцовом полку.

Капитальное строительство для ГСВГ в ту пору почти не велось, т.к. перспективы дальнейшего ее пребывания в ГДР были не ясны. Для расквартирования войск использовался старый немецкий казарменный и складской фонд. Солдаты размешались скученно, на двухэтажных койках. Моторесурсы для обучения водителей боевых машин отпускались крайне скромные, вследствие чего выезды проводились редко и на марше совершалось много поломок, аварий и катастроф. Понятно, что все эти теневые стороны пытались по возможности скрыть не только от иностранцев, но и от своих высокопоставленных посетителей, недостатка в которых не было. Объективно в каждом из наших начальников сохранилось что-то от Гришеньки Потемкина. Изменились масштабы, методы, формы, но цели остались прежние: выдать желаемое за действительное, добиться расположения вышестоящего руководства. Роль такой деревни в степи играл парадный полк.