Читать онлайн «ГРУ в годы великой отечественной войны. Герои невидимого фронта». Страница 66

Центральное положение страны, ее широкие связи с остальным капиталистическим миром открывали широкие возможности ведения разведки с позиции Австрии не только в Европе, но и за океаном. К сожалению, эта возможность разведкой ЦГВ почти не использовалась, поскольку главным объектом командованием группы считались противостоящие войска, которые, кстати говоря, не представляли собою никакого секрета.

Нами полностью игнорировались обширные каналы технической разведки — получение запрещенных к вывозу в социалистические страны образцов и патентов на средства радиоэлектроники, точной механики, медицинских средств и других новинок. Вместо этого ставились фантастические задачи добыть у французов бронетранспортер «Панар», американский миномет, винтовку НАТО.

Запомнился случай, когда профессор-хирург одной из австрийских больниц, работавший до войны в СССР, настоятельно рекомендовал получить через него уникальный в ту пору аппарат, объединявший в себе искусственное сердце и легкие. Это было в 1948 году, когда у нас о таких аппаратах еще ничего не было известно. Аппарат стоил 50 000 шиллингов. С учетом того, что рубль котировался в 6,5 шиллинга, на наши старые деньги это составляло около 8000 рублей. На мое предложение Центру купить аппарат я получил ответ, что наша медицинская техника является самой совершенной в мире и необходимости в таком аппарате наша армия не испытывает. Мне было предложено не отвлекаться от решения основных задач — разведки войск бывших союзников. Сообщение о создании такого аппарата нашими учеными появилось минимум 15 лет спустя.

Нужно заметить, что иногда сведения, представлявшие несомненный интерес и государственную важность, встречались нашим руководством весьма сдержанно, и наоборот, ответ на никчемные задания, поставленные в срочном порядке, например выяснить, сколько благородных металлов и каких содержится в американских орденах, размер денежного содержания вооруженных сил западных армий и т.п., при своевременном их выполнении получал высокую оценку.

Так, не придали должного значения сообщению нашего источника в МИД Австрии о готовящемся западногерманскими и австрийскими властями запросе о судьбе якобы оставшихся в СССР военнопленных фашистской армии. Немцы подсчитали по сводкам Совинформбюро, опубликованным в газетах, с первых и до последних дней войны, количество трофеев, взятых Красной Армией в боях. По этим сводкам, явно преувеличенным, суммарное число пленных достигало 11 миллионов, число вагонов превышало весь вагонный парк Европы и т.д. По этим данным, СССР должен был возвратить, помимо уже отправленных на родину, еще около 5 миллионов человек.

Такой запрос ФРГ действительно сделала, и если бы к агентурным данным отнеслись более внимательно, наш ответ на этот запрос можно было бы мотивировать значительно полнее или вообще добиться его снятия.

Перед заключением государственного договора с Австрией, в апреле 1945 года, состоялось строго секретное совещание Рааба (бундесканцлера Австрии) с верховными комиссарами западных держав. На этом совещании Рааб просил любой ценой добиться вывода советских войск из страны, заверяя, что одновременный вывод войск западных держав не изменит, а лишь укрепит историческую привязанность Австрии к Западу. Обещанный ею нейтралитет будет всегда благожелательным для Америки, Англии и Франции, и в случае какого-либо конфликта между Востоком и Западом Австрия всегда будет на стороне последнего. Донесение об этом совещании, доложенное нашему Верховному комиссару И.И.Ильичеву, никак использовано не было.

Слабо готовилась советская зона оккупации и на случай вывода наших войск, конкретные сроки которого, как говорилось выше, не были известны даже руководству. Слишком щепетильными мы были в решении острых специальных вопросов. Каждая попытка зарезервировать на длительное хранение необходимые для оперативной работы средства и материалы встречала сопротивление. Подбор глубоко законспирированных людей и организаций для выполнения наших заданий в будущем был начат лишь незадолго до вывода войск. Достаточно сказать, что отряды топографов для съемки территории советской зоны были присланы за несколько месяцев до убытия последнего эшелона. Рассматривая нашу оккупационную деятельность в Австрии, невольно замечаешь большое количество ошибок, досадных недоработок.

В сражениях на тайных фронтах и открытых битвах холодной войны нам приходилось выступать против изощренных и сильных противников, действующих единым фронтом, и нужно с удовлетворением сказать, что при всей сложности обстановки существенных провалов советская военная разведка не имела.

Значительно больше неприятностей оперативного порядка имели наши коллеги по линии государственной безопасности, объем задач у которых был значительно шире и включал в себя не только обеспечение наших войск, но и проникновение в контрразведывательные органы вероятного противника. Большие усилия наших КРО направлялись также на изъятие изменников, военных преступников, националистов типа бандеровцев и бульбовцев из западных зон с целью воздания им должного за содеянные ими злодеяния против человечества и своего народа в период войны.

Работа подобного рода проводилась систематически и требовала больших усилий, т.к. вся эта нечисть находилась под покровительством западных держав и австрийских властей. Извлечение каждого такого мерзавца из западных зон требовало сложных операций, больших материальных затрат, а иногда и потерь преданных нам людей.

Известной ошибкой, с моей точки зрения, являлось поголовное изъятие из советской зоны оккупации всех осевших там в период гитлеровского господства так называемых перемещенных лиц советского происхождения.

Как известно, немцы угоняли много молодых парней и девушек на работу в Германию и Австрию. В Австрии, где режим в отношении восточных рабочих был мягче, чем в Германии, часть из них вступала в браки с австрийскими гражданами, как правило, в какой-то мере симпатизировавшими Советскому Союзу.

К 1948–1949 гг. юноши и девушки, угнанные в рабство в 1941–1942 гг., когда им было 16–17 лет, уже успевали обзавестись семьей, детьми, изучить язык и в какой-то степени ассимилироваться с местным населением. Этих людей мы почему-то ставили на одну доску с военными преступниками. Их разыскивали, арестовывали и без выяснения причин задержки в стране высылали в СССР в лагеря. На этой почве возникали трагедии. Детей отрывали от матерей и отцов, жен разлучали с мужьями, т.к. браки с иностранцами не признавались в ту пору законными. Запомнился случай, когда секретарь одного из райкомов УПА Вены безуспешно ходатайствовал о возврате ему жены, матери двух детей, увезенной в СССР.