Читать онлайн «Черчилль и Гитлер». Страница 74

Более того, отставка Черчилля вовсе не являлась «затянувшимся унижением жаждущего славы и поклонения» человека, а четыре тома его «Истории англоязычных народов» получили широкое одобрение историков и, как мы видим, продолжают печататься и через сорок лет после первого выхода в свет. Стоит только Хитченсу упрекнуть Черчилля в том, что тот умышленно подверг в 1915 г. американский линкор «Луизитания» опасности с целью вовлечь Соединенные Штаты в Первую мировую войну, как возникают сомнения, а верит ли сам Хитченс в эти смехотворные утверждения.

Черчилль часто шутя говорил, что уверен в том, что история будет к нему благосклонна, потому что он сам ее пишет. Однако прискорбно, что о нем самом так много пишут люди, из-за своей необъективности потерявшие право называться историками и заимствующие друг у друга свои беспочвенные теории. Многие из цитат, которые господин Раико использует, дабы проиллюстрировать свои обвинения, имеют сноски, указывающие на то, что они заимствованы у Ирвинга и Понтинга; а Бьюкенен восторженно цитирует уже самого Раико. Некоторые из необоснованных утверждений Хитченса явно принадлежат Ирвингу. Почти невозможно поверить, что эти люди движимы искренним стремлением к исторической правде, а не нападают на Черчилля ради эпатажа (и увеличения продаж), оскорбляя столь значимую фигуру в англо-американской политической культуре.

Черчилль является мощным магнитом для всех, кто верит в теории заговора. Едва ли не каждый год выходит очередная книга, в которой его обвиняют в заманивании Рудольфа Гесса в Шотландию, осведомленности о готовящейся атаке на Перл-Харбор или другом столь же абсурдном преступлении. Его обвиняли в подготовке биржевого краха 1929 г. (в результате которого он потерял состояние); автор одной из статей в «Philadelphia Inquirer» утверждал, что если бы Черчилль «был чуть мудрее в 1911 г. или 1919 г., то не случилось бы ни Второй мировой войны, ни Корейской, ни Вьетнамской, ни войны в Персидском заливе, не произошло бы стремительного роста потребления наркотиков, ни громадного (американского) дефицита бюджета»; некоторые писатели до сих пор заявляют, что он позволил разрушить Ковентри, лишь бы не допустить утечки информации о том, что англичанам удалось взломать секретные коды «Энигмы». Нет нужды говорить, что Интернет открыл для ревизионистов Черчилля совершенно новые возможности для галлюцинаций, и теперь они могут загрязнять киберпространство еще более абсурдными фантазиями. Превосходный журнал «Finest Hour», издаваемый Международным обществом Черчилля, на протяжении многих лет коллекционирует и систематически опровергает это и десятки других подобных необоснованных утверждений[119].

Третьим и очень влиятельным источником ревизионизма в отношении Черчилля является пресса. Редакторы газет с готовностью подтвердят, что истории про Черчилля обеспечивают изданию значительные тиражи, тем более что покойный не может привлечь к ответственности за клевету. И в результате в уважаемых газетах мы читаем истории, которые, будь они написаны при жизни Черчилля, принесли бы ему сотни тысяч фунтов по мировым соглашениям. В некоторых недавних статьях утверждается, что Черчилль был наркоманом, который активно помогал своей невестке наставлять рога его сыну. Якобы он отдал приказ убить Муссолини, а потом пытался скрыть компрометирующие документы, касающиеся секретного англо-итальянского мирного соглашения, к заключению которого, как утверждают, он так стремился. Нам говорят, что Черчилль редко курил сигары, но ему нравилось появляться на публике с зажженной сигарой, чтобы «подчеркнуть свою мужественность».

По утверждению отдельных ревизионистов, он также был плагиатором, оппортунистом, милитаристом, лицемером, фантазером, истинным создателем нацизма – очень хитроумным – кошмарным военным стратегом и патологическим лжецом. Кое-кто даже написал книгу, которая необъяснимым образом, по ее собственной оценке, была отнесена к нон-фикшн, категорически заявляя, что Черчилль помог Мартину Борману бежать из Берлина в 1945 г., а потом подыскал ему дом в часе езды от Лондона, в котором тот должен был с комфортом прожить остаток своих дней.[120] Аванс, предложенный автору этого бреда, по имеющимся сведениям, составил около четверти миллиона фунтов, хотя говорят, что он так и не был выплачен полностью, поскольку содержавшиеся в книге обвинения не выдержали проверки. Не далее как в сентябре 2002 г. посол Саудовской Аравии в Лондоне Гази Алгосаиби выступил в «The Spectator» с заявлением, что в 1917 г. Черчилль приказал войскам стрелять по суфражисткам – обвинение, которое было полностью опровергнуто через две недели Международным обществом Черчилля.[121]

Все, что остается делать историкам, когда они сталкиваются с таким явным абсурдом, это сохранять спокойствие, обращаться к подлинным документам и наиболее авторитетным источникам – обычно это восьмитомная биография сэра Мартина Гилберта и четырнадцать томов примечаний к ней, изучать исторический контекст и имеющиеся доказательства и устанавливать правду, как это делается в суде. В 99 случаях из 100 обвинения в адрес Черчилля не подтверждаются.

Конечно, это не означает, что Черчилль вне критики. Совершенно очевидно, что, учитывая столь долгую и богатую событиями карьеру, в ходе которой ему дважды довелось перейти из одной партии в другую и неоднократно приходилось принимать важные решения, его взгляд на некоторые вопросы вполне обоснованно подлежит сомнению. Как при жизни Черчилля, так и после его смерти видные ученые и ответственные политики и журналисты критиковали Черчилля по разным вопросам, таким, как осада Сидней-стрит в 1910 г., Галлиполийская катастрофа, отделение Ирландии, возвращение к золотому стандарту, всеобщая забастовка, независимость Индии, династический кризис, политика целеуказания для бомбардировочной авиации, стратегия «мягкого подбрюшья» 1943 г., настойчивое требование безоговорочной капитуляции Германии, отказ помочь участникам «июльского» заговора, официальное признание Великобританией вины СССР в массовом убийстве польских офицеров в Катыни и предложение бомбить Освенцим. Эта критика была и остается вполне справедливой, хотя автор данной книги уверен, что почти в каждом из этих случаев Черчилль делал правильный выбор, демонстрируя таким образом лучшую способность к принятию решения, чем большинство его современников. Однако то, что происходит сейчас, являет собой не обоснованный и честный спор, а череду резких и враждебных нападок на патриотизм и доброе имя Черчилля.

Несомненно, наиболее обоснованные критические замечания в адрес Черчилля, способные замутить его столь незапятнанную репутацию, принадлежат доктору Джону Чармли, профессору Морису Коулингу и покойному Алану Кларку, которые в широком смысле слова создают то, что можно было бы назвать британской национальной консервативной критикой. В январе 1993 г. Чармли опубликовал книгу «Черчилль: Конец славы», за которой в 1995 г. последовал «Великий альянс Черчилля. Англо-американские особые отношения 1940–1957». Обе эти работы представляли собой тщательно аргументированный и хорошо написанный анализ личной ответственности Черчилля за крах британского влияния в двадцатом веке. В адрес Черчилля также выдвигаются обвинения в том, что он помешал герою Чармли, Невиллу Чемберлену, успешно довести политику умиротворения до намеченного результата, а именно изнуряющей войны между Германией и Советским Союзом, в ходе которой оба противника бились бы, пока не зашли в тупик, не истощили бы силы друг друга и, таким образом, больше не угрожали бы Англии или Западу.