Читать онлайн «Ватутин (путь генерала). 1901–1944». Страница 77

В распоряжении Манштейна тоже были массы техники. Несмотря на беспримерные, даже во второй мировой войне, потери тысяч танков, орудий, машин, капиталистическая промышленность гитлеровской Германии и Европы еще давала армии неисчислимое количество вооружения.

Манштейн, так же как и Ватутин, имел десятки дивизий, сотни тысяч солдат, обученных офицеров, опытных генералов, у него были пикирующие бомбардировщики и «мессершмитты», «ггигры» и «пантеры», масса минометов и другой смертоносной техники, и все же в столкновении с Ватутиным Манштейн был обречен на поражение.

На полях войны столкнулись сын русского солдата, внук русского солдата, ходившего в минувшем веке на Балканы, с сыном генерала Манштейна, внуком генерала Манштейна, командовавшего корпусом во франко-прусской войне 1871 года. Потомственный русский солдат из крестьян курской деревни сразился с выходцем из прусской военной аристократии — племянником Гинденбурга, служившим вместе с дядей в привилегированном третьем гвардейском полку кайзера.

Питомец советской школы, молодой генерал армии встретился на поле боя со старым генерал-фельдмаршалом, представителем вымирающей милитаристской касты.

Ватутин был носителем света, свободы, любви к человеку, к своему народу, к народам всего мира, а Манштейн — представителем мрака, смерти.

Америка стравливала Боливию и Парагвай и нанимала немецких генералов, посылавших солдат той или другой стороны в бой друг против друга. Американские и английские империалисты руками Чан Кай-ши угнетали китайский народ, закабаляли Китай, и там были немецкие генералы.

Америка и Англия, разжигая пожар второй мировой войны, спустили Франко на героический народ Испании, и там немецкие генералы испытывали на людях свое смертоносное оружие.

Готовые служить за деньги кому угодно, наемники без родины и племени, фашистские генералы особенно рьяно бросились на Польшу, преданную все теми же американскими, английскими и французскими империалистами.

Манштейн грабил, убивал, бесчинствовал на Украине, в Крыму, под Ленинградом, на Дону.

Всюду, где скрещивались пути Манштейна и Ватутина, советский полководец бил матерого фашиста и гнал его войска с территории Советской страны.

Ватутин был победоносен потому, что он вел за собой войска, героизм и воинское мастерство которых не имеют равных в истории войн.

Ватутин был победоносен, ибо он действовал, руководствуясь советской военной наукой, самой передовой военной наукой современности

Советский полководец победоносен потому, что силы, в рядах которых он действует, исторически непобедимы, ибо силы эти служат идеям коммунизма.

Теперь 1-й Украинский фронт грозно нависал над всеми гитлеровскими армиями, находившимися под командованием Манштейна на Правобережной Украине от Припяти до Буга.

С берегов реки Горынь весной 1944 года Ватутин уже видел, как войска нанесут удар, рассекающий фашистскую армию до самого подножья Карпат, а потом двинутся на Вислу, в глубину Германии, и страстно готовился к новому стремительному наступлению.

В марте 1944 года армии фронта, воспользовавшись распутицей, должны были внезапно обрушить на врага всесокрушающий удар. Для этого по плану Ставки войска совершили перегруппировку. Ватутин, как обычно, объезжал войска, разъяснял командирам, их штабам предстоящую задачу и проверил боевую готовность войск.

Во время одной из поездок Ватутин был ранен вражеской пулей.

Рана оказалась смертельной.

15 апреля газеты Советского Союза опубликовали сообщение:

«Совет Народных Комиссаров СССР, Народный Комиссариат Обороны СССР и Центральный Комитет ВКП(б) с глубоким прискорбием извещают, что в ночь на 15 апреля после тяжелой операции скончался в Киеве командовавший 1-м Украинским фронтом генерал армии Ватутин Николай Федорович — верный сын большевистской партии и один из лучших руководителей Красной Армии.

В лице тов. Ватутина Государство потеряло одною из талантливейших молодых полководцев, выдвинувшихся в ходе Отечественной войны.

Похороны генерала армии Ватутина Н. Ф. состоятся в г. Киеве.

Память генерала армии Ватутина Н. Ф. увековечивается сооружением ему памятника в г. Киеве»[15].

Три дня к дому, где был установлен гроб с телом Ватутина, шел народ. Шли рабочие вновь задымивших заводов. Шли приехавшие из освобожденных сел колхозники. Люди прощались с полководцем, который столько лет прожил среди них, которого видели в первый день освобождения Киева носителем этого освобождения, вестником свободы и жизни. Инвалиды войны, приблизившись к гробу, задерживались, чтобы навсегда запечатлеть в своей памяти образ генерала. Матери, поравнявшись с гробом, поднимали детей.

В эти часы с прифронтового аэродрома поднялся могучий скоростной самолет. Он взял курс на восток и вскоре закружил над селом Чепухино, над хатой Веры Ефимовны Ватутиной.

В феврале этого года почтальон принес Вере Ефимовне письмо, в котором начальник одного из госпиталей Калининского фронта сообщал, что «красноармеец Ватутин Афанасий Федорович, находясь на фронте, в бою за социалистическую Родину был тяжело ранен и умер от ран 4.2.1944 года».

А ровно через месяц с другого фронта пришло известие о гибели ее младшего сына Семена Федоровича.

Острая боль сдавила сердце Веры Ефимовны, когда она узнала, что с самолета брошен вымпел с запиской, в которой летчик просил председателя сельсовета привезти мать генерала Ватутина на ближайший аэродром.

У самолета встретили ее врач, медсестры, и огромная стальная птица подняла старую крестьянку от ее ткацкого станка, от домашних дел, от забот об осиротевших внуках и понесла над руинами сел и городов, над израненной землей, освобожденной войсками ее сына, к Киеву.

И старый военный врач, сотни раз принимавший последний вздох умирающих, сам видевший в бою смерть, не знал, как сказать матери, уже потерявшей в течение двух месяцев двух сыновей, что летит она к раскрытой могиле третьего сына. Не находил слов, которыми можно утешить мать.

Не было этих слов у врача — их нет, этих слов.

Только матери всего мира, склонив свои головы перед советской матерью, вырастившей борцов за спасение человечества, за счастье детей всего мира, разделяя ее горе, могут смягчить боль ее сердца.

И встала рядом с Татьяной Романовной, рядом со своими внуками Вера Ефимовна у изголовья сына, и окружили ее генералы, прибывшие с фронтов Великой Отечественной войны, чтобы отдать последнюю почесть своему боевому соратнику.

Ее сын — их молодой товарищ по оружию — покоился на холме живых цветов под сенью склоненных боевых знамен, повитых траурным крепом. Крепом были обтянуты люстры, зеркала. На тёмнокрасных подушках отсвечивали ордена Ленина, боевого Красного Знамени, Суворова 1-й степени, Кутузова 1-й степени. Под ними зеленели венки от Совета Народных Комиссаров СССР и Центрального Комитета партии, от И. В. Сталина и офицеров Генерального Штаба. Зеленели венки с надписями: «Витязю Красной Армии», «Легендарному воину», «Народному герою».