Читать онлайн «Лётчики». Страница 71

12 сентября 1944 года Председатель Совнаркома Белоруссии писал Маршалу Советского Союза Г. К. Жукову: «На днях мы обнаружили и осмотрели в лесах северо-восточнее Минска огромнейший укрепленный лагерь немцев, полностью уничтоженный нашей штурмовой авиацией. Этот район представляет потрясающее впечатление по масштабам... демонстрации мощи нашего воздушного флота...»

Укрепленный лагерь немцев обнаружили и уничтожили наши летчики первой гвардейской Сталинградской Краснознаменной штурмовой авиадивизии.

Ратные дела первой гвардейской Сталинградской Краснознаменной штурмовой авиадивизии по достоинству оценены.

В музее боевой славы части есть и такой документ: «За умелые действия по защите Оршанского железнодорожного узла и прилегающих к нему перегонов от разрушения немецко-фашистских захватчиков присвоено звание «Почетный железнодорожник» летчикам-штурмовикам Беде Л. И., Брандысу А. Я., Бойцову Ф. С...»

За что же присвоено тринадцати летчикам это звание?

Отступая из Белоруссии, гитлеровцы уничтожали все, что можно было разрушить. Ими был продуман и жестокий план по уничтожению железнодорожных коммуникаций. Для его осуществления они использовали специальный путеразрушитель, который ломал рельсы, выворачивал шпалы. Необходимо было найти эту машину. Вначале на разведку вылетел один командир эскадрильи Леонид Беда. Прорвавшись сквозь завесу зенитного огня, Леонид Игнатьевич повел свой самолет вдоль железнодорожной магистрали Орша — Толочин. Внизу видны сожженные постройки и пущенные под откос составы — работа партизан, А вот и небольшая станция, тоже почти вся разрушенная. Леонид замечает, что в тени пакгауза — обыкновенный паровоз с дьявольской системой острых крючков на стальных тросах. «Это она!» — решает пилот. По радио сообщает в штаб местонахождение цели. Через некоторое время летчики эскадрильи пришли на помощь своему командиру. «Адская машина» была уничтожена.

...Это был его 110-й боевой вылет. Леонид Беда поднялся со своей эскадрильей на штурмовку вражеского аэродрома. Как всегда, атака была им продумана заранее: каждая пара штурмовиков прицеливалась самостоятельно. Такая тактика была выбрана наиболее удачно: истребители прикрытия надежно защищали их сверху.

Несколько заходов сделали советские летчики на вражеские цели. На одном из них в мотор самолета Беды попал вражеский снаряд. Осколками был пробит радиатор. Горячая вода хлынула в кабину. Неохлажденный двигатель вскоре заклинило. Леонид повел самолет на снижение. В последний момент летчик успел передать своим, что идет на вынужденную посадку.

Как только машина приземлилась, Беда и стрелок-радист старший сержант Романов выскочили на поле. Вокруг ни кустика, ни деревца.

— Что будем делать, товарищ командир? — с тревогой спросил воздушный стрелок.

— Снимайте радиостанцию и пулемет, будем драться с фашистами.

Но, подняв голову, Беда увидел, что его товарищи, образовав круг, продолжают поливать врагов огнем. В это время вдалеке показались автомобили с фашистами. Один из штурмовиков неожиданно пошел на посадку. Его вел комсомолец младший лейтенант Анатолий Береснев. На виду у фашистов Беда и Романов перебрались в самолет Береснева. Штурмовик взлетел и вскоре присоединился к своим. На следующий день Леонид Беда снова повел эскадрилью в бой.

Летчик Береснев за спасение командира был награжден орденом Красного Знамени.

Боевые товарищи любили своего комэска за смелость и отвагу, за то, что в трудные минуты он не теряется и принимает такое решение, которое приносит успех, за то, что в эскадрилье есть постоянный дух товарищества и незыблемое правило: «Сам погибай, а товарища выручай».

Тем острее переживали здесь горечь утрат.

Погиб старший лейтенант Борис Окрестин, врезавшись в танковые колонны врага. Не вернулся с боевого задания Сергей Герасимов. Он направил горящий самолет в железнодорожные цистерны. Оборвалась жизнь и гвардии капитана Дмитрия Прудникова. Осколки фашистского снаряда сразили его машину, и гвардеец спикировал на орудийную батарею фашистов.

О подвиге Прудникова стало известно его землякам-волжанам. Разделяя скорбь летчиков-гвардейцев, труженики завода писали: «Мы только что узнали о гибели Дмитрия Прудникова. Отомстите же, друзья, за смерть нашего товарища, земляка. Наш завод был превращен гитлеровцами в груду металла и камня. Теперь мы с гордостью рапортуем вам, что наш завод в основной своей части восстановлен и успешно приступил к выпуску продукции для фронта. Завод живет. Завод борется вместе с вами, дорогие товарищи: вы — на фронте, мы — в тылу...»

Письмо зачитали на митинге. Выступали летчики, техники, механики, стрелки. Они дали клятву бить врага еще крепче, еще беспощаднее. Бить до победы. Дал такую клятву и Беда. Один за другим он делал боевые вылеты со своими товарищами и в небе и на земле уничтожал врага.

...Гитлеровцы так укрепились на Сапун-горе, прикрывающей Севастополь, что взятие ее казалось просто-таки немыслимым. Командир авиационной эскадрильи старший лейтенант Беда максимально использовал боевые возможности «летающего танка», как тогда называли Ил-2, именно здесь, на Сапун-горе. Он понимал: победа только при внезапности атаки. И вел своих летчиков по крымским балкам на высоте 8-10 метров. Перед ощетинившейся орудиями и пулеметами Сапун-горой группа штурмовиков появилась совершенно неожиданно, даже не поднимаясь выше горы, нанесла по гитлеровцам ощутимые удары к тут же нырнула в одну из многочисленных балок.

Когда пришел день решительного наступления на Сапун-гору, штурмовики Леонида Беды шли в атаку, можно сказать, в одном строю с пехотой.

А потом — штурмовка фашистских кораблей в Северной бухте и аэродромов на мысе Херсонес. Все подходы открытые, а зенитный огонь сплошной. Но и тогда, когда небо начинало клубиться облаками взрывов, Леонид Беда выводил свою группу в бой, и шли на дно Северной бухты вражеские корабли, пылали на аэродроме самолеты со свастикой на килях.

Мужество летчика не раз отмечалось боевыми наградами. К ним прибавился орден Александра Невского. А в октябре 1944 года в газете «Правда» был напечатан Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении старшему лейтенанту Леониду Игнатьевичу Беде звания Героя Советского Союза.

Беда мысленно вновь и вновь возвращается к эскадрилье. Все ли сделал он для того, чтобы его пилоты эффективнее громили фашистских захватчиков? Правильно ли он их воспитывает? Вспоминает, как один из молодых пилотов обратился к нему с предложением, нельзя ли в нелетные дни увеличить время для отдыха. Беда внимательно посмотрел на него и ответил: «А давайте об этом спросим товарищей».