Читать онлайн «Адмирал Кузнецов». Страница 118

Глава 15

Москва слезам не верит

Судьба Николая Герасимовича была насыщена самыми неожиданными поворотами и жизненными эпизодами. Так, в нарушение всех законов, в 51 год, в зените морской и народной славы, умудренный военным опытом флотоводец Николай Герасимович Кузнецов был навсегда отлучен от любимого и единственного дела всей жизни. С ним вновь поступили по-сталински, еще раз на три ступени, понизили в воинском звании.

Никаких публичных сообщений по этому факту ни в открытых документах, ни в печати не последовало. Неожиданное для народа и никак не прокомментированное государственное решение попало в контекст с другими событиями тех бурных лет, вызвало массу предположений и догадок. Читателю напомню, что все это случилось за месяц до открытия XX съезда партии, который принял решение о преодолении культа личности Сталина и его последствий. «Москва слезам не верит, — с печалью констатировал Н. Г. Кузнецов в своих записках. — Но нужно было все-таки не потерять равновесия… Трезво рассудив обо всем происшедшем, найти себя для дальнейшей жизни…»

Николай Герасимович в большой тетради, подаренной ему к Новому, 1957 году женой, сделал такую запись: «У безработного — рабочая тетрадь». Этой записью он как бы открыл первую страницу своей новой жизни.

Вскоре опальный адмирал оправился от болезни. Лечащие врачи-профессора — Мясников, Волынский, Бакулев — настоятельно советовали ему жить за городом. Прежнюю дачу пришлось освободить — ее отдали новому главкому, Кузнецовы сняли в Раздорах в аренду деревянный домик. Платили за все — уголь, свет, газ, телефон и воду. Чтобы ездить в город, Николай Герасимович купил автомобиль «победа». На это ушли все финансовые накопления военно-морского министра. Содержать большую квартиру на улице Грановского было уже не по средствам, поэтому Кузнецовы переехали в меньшую на улице Горького.

Самым близким и любимым человеком всегда была супруга Н. Г. Кузнецова — Вера Николаевна. Природа наделила ее редким даром — умением создать в доме атмосферу добра и радушия. Она ненавязчиво и в то же время последовательно помогла Николаю Герасимовичу взяться за публицистику, создала все условия для его плодотворной работы. Все семейные заботы легли на ее хрупкие женские плечи. Кузнецовы воспитали достойных сыновей. Виктор окончил Нахимовское училище и Высшее военно-морское инженерное училище имени Дзержинского. Как и его отец, он стал морским офицером. Многие годы работал в научно-исследовательских учреждениях ВМФ. В звании капитана 1-го ранга вышел в отставку. Младшие его братья брали с него пример, оба учились в Нахимовском училище. Николай впоследствии стал гражданским специалистом, окончил Московский энергетический институт, многие годы работал ведущим сотрудником Института атомной энергии. Самый младший — Владимир окончил высшее военное училище, служил офицером в различных уголках нашей страны. В настоящее время он работает в Центральном музее Великой Отечественной войны на Поклонной горе, является президентом Общественного фонда содействия и увековечения памяти Адмирала Флота Советского Союза Николая Герасимовича Кузнецова.

Продолжим рассказ о жизни «опального» адмирала.

Жили Кузнецовы постоянно на даче. Жили более чем скромно. Николай Герасимович получал «неперсональную» пенсию — 300 рублей. Положенные ему ранее льготы отменили. Однажды военкомат безжалостно и бесстыдно его травмировал письмом, что ветераном Великой Отечественной войны он не является. Вот какие горькие слова написал Николай Герасимович в своей записной книжке за 1966 год: «Сегодня был в Польском посольстве. Вручили медаль за Испанию. За последние годы я получил три медали за Испанию и ни одной за защиту своей Родины. Ну, кто что заслужил, то и получает!..» Отставка Николая Герасимовича и вся его дальнейшая жизнь были обставлены так, чтобы не только наказать его, но и унизить, уничтожить морально. Жестокое время и жестокие люди, которые вершили эти деяния! Заслужил ли это прославленный советский флотоводец? Об этом судить читателям. Назовем имена «вершителей судьбы» «архангельского» адмирала…

Все чаще Николай Герасимович садился за письменный стол. Большого литературного опыта у него не было. Первым делом он освоил пишущую машинку. Попробовал заняться переводами. Начал воплощать свою давнюю мечту — изучить английский язык. Позднее он объяснял: «Дело в том, что интересная литература, многие документы по нашей флотской специальности изданы главным образом на этом языке». Кузнецов наметил для себя программу изучения английского языка. Слушал магнитофонные записи выступлений Бернарда Шоу, добросовестно выполнял задания радиоуроков. Однако вскоре он пришел к выводу, что лучше старого метода, проверенного еще в молодости, ничего нет. У кровати появились полоски бумаги с английскими словами. Заучивал, повторял, зубрил… Мир не без добрых людей. На помощь пришел профессиональный переводчик Н. Ф. Харитонов. Еще будучи молодым офицером, он познакомился с известным тогда уже всей стране военным флотоводцем Н. Г. Кузнецовым в Ялте на Крымской конференции. Потом был Потсдам…

Прилежный ученик занимался ежедневно по три-четыре часа. Упорная и повседневная работа над собой позволила ему довольно быстро добиться успеха. В записных книжках тех лет появилась запись: «Читаю английские журналы уже давно, свободно понимаю их. Это мое большое достижение. За семь-восемь месяцев сделано очень много. По сути дела, изучил язык. Очень много читаю». Об увлечении Николая Герасимовича английским языком знали друзья и знакомые. Однажды его попросили перевести статью лейтенанта Д. Кирчнера «Будущее гидросамолета». Кузнецов с охотой взялся за эту работу, флотская тема всегда интересовала его. Перевод шел туго. Смысл статьи был ясен, а вот профессионального перевода не получалось. Вновь брался за словарь, шлифовал фразы, советовался со специалистами. В редакции остались довольны переводом сложной статьи и предложили новую работу. Вскоре он дал вторую жизнь на русском языке статьям капитан-лейтенанта США Дж. Стронга «Освоение Арктики», П. Галлуа «Являются ли атомные подводные лодки-ракетоносцы полноценным оружием устрашения?», книге командира американской подводной лодки «Скейт» Джеймса Калверта «Подо льдом к полюсу». Книга «Подо льдом к полюсу» привлекла внимание «военного переводчика» Кузнецова тем, что она написана кадровым офицером военно-морского флота США, совершавшим походы под мощным ледовым панцирем Северного Ледовитого океана. Он детально и профессионально перевел описание устройства атомного подводного исполина, не прошла незамеченной и «арктическая стратегия» американского автора. В 1962 году Военное издательство Министерства обороны выпустило эту книгу 15-тысячным тиражом. Это стало своего рода ответом «опального» адмирала его немногочисленным оппонентам по вопросу строительства советских атомных подводных лодок. Дробный стук пишущей машинки наводил соседей по даче на мысль, что отставной адмирал печатает мемуары. А он заканчивал перевод книги Ч. Нимица и 3. Поттера «Война на море»…